«Пухлые губки» Пике, потрошки для Касильяса и поэт Мата. «ССФ» - о кухне чемпионов

Хосеп РЕЙНА. «Мир в наших руках»

«Фабрегас не мог дышать и звал на помощь»

«Вода в душе не успевает замочить ноги Педро – так он быстр!»

– Я стоял на коленях, а вся наша команда неслась вперед, чтобы «похоронить» меня под грудой тел. Это был финал праздника, который начался несколько часов назад. Ну ладно, сутки назад. В тот момент я думал не только о двух месяцах, что все мы были вместе, но и о каждом шаге в моей карьере. И конечно же обо всех этих придурках (в хорошем смысле), сделавших меня самым счастливым парнем в мире.

Во время парада по улицам Мадрида в открытом автобусе я едва не сломал позвоночник. Арбелоа грохнулся на меня и утащил вниз. Я скатился по ступенькам, встретился глазами с водителем и поинтересовался, чего это мы стоим (на самом деле мы ехали со скоростью 5 километров в час). Водитель помолчал и произнес: «Ты давай-ка лучше держись». Я взял еще пива, поднялся наверх и стал держаться!

Все внимание СМИ во время чемпионата мира было направлено на новичков сборной, за что ветераны с первого же дня сборов были им искренне благодарны. Это означало, что мы могли спокойно везде ходить. Вокруг были камеры, фотографы и микрофоны, и за ними мы периодически могли разглядеть Виктора Вальдеса, Педрито (постепенно превратившегося в Педро) и Хави Мартинеса.
Катаясь в автобусе, я подумал, как хорошо, что Педро сейчас просто сидит. Жаль только, продлится это недолго. В один прекрасный момент он встанет и вновь начнет носиться. Уверен, если бы он решил побежать в ресторан, он был бы на месте раньше автобуса. В душе вода не успевает замочить его ноги – такой он быстрый парень. И во время чемпионата он ни разу не остановился.

Потом мои мысли переключились на Хуана Мату. В нем я отчасти узнавал себя. Человек шагнул назад, чтобы спустя несколько месяцев сделать несколько шагов вперед и стать чемпионом мира (Рейна начинал карьеру в «Барселоне», затем перешел в «Вильярреал», а потом оказался в «Ливерпуле»; Мата, воспитанник «Реала», раскрылся в «Валенсии», а сейчас играет в «Челси». – Прим. пер.). Самым простым для нас было оставаться на прежних местах, представлять большие клубы, приняв уготовленные нам роли. Но каждый сам выбирает, что ему действительно важно.

В Южной Африке Мате дали не много игрового времени, но… он выиграл у меня в настольный теннис. Он был чертовски хорош! Ладно, между нами, девочками, я не слишком-то старался за столом.

И Тринадцатый (номер Маты в сборной. – Прим. пер.) был счастлив.

Пике не знал, что его ждет дальше. Логично, что он парился, из-за того что его освистывали. Но мне кажется, больше его беспокоил внешний вид. В матче с Гондурасом после удара в лицо ему на губу наложили три шва. И еще три – после того как старые швы слетели на тренировке перед игрой с Чили. В те дни мы хохотали над его «пухлыми губками». В один из вечеров за игрой в карты Пике не мог даже толком разговаривать, не то что смеяться.

Во время сборов Пике и Сеск – настоящие Зипи и Запе команды (герои испанских комиксов, чьи имена – производные от слов «шум» и «суматоха». – Прим. пер.). В ЮАР эти парни дни напролет устраивали розыгрыши и ржали, довольные собой.

Когда Иньеста забил в финале, мы все дружно навалились на Андреса. Я упал на Сеска, а он на полном серьезе начал звать на помощь, так как не мог дышать. Я крикнул остальным, чтобы перестали наваливаться, но мои слова остались без внимания. Все посходили с ума, и только мы с Сеском думали о том, как бы ему не задохнуться.

Вернувшись на скамейку, я не стал садиться. В ту минуту целью всей жизни было покинуть стадион с одним из мячей финала. Не представлял, как можно это провернуть, но я обязан был это сделать.

Выбивший на последней минуте мяч Пуйоль упростил задачу. Мяч подкатился близко к скамейке, и я сказал себе: сейчас или никогда!

Когда матч закончился, все стали праздновать, а я стоял, словно беременная женщина. Единственное, куда можно было спрятать мяч, – под футболку. Даже обняться с друзьями не получалось. Я так переживал, что кто-нибудь заберет у меня мяч, что помчался в раздевалку. На пути меня остановил секьюрити и заявил, что брать с собой мяч нельзя. Охрана образовала живую стену, но я прошмыгнул мимо. Позади слышался топот и крики: «Мяч, мяч!».

Товарищи по команде отмечали победу, а я утекал от секьюрити, крича: «Делайте со мной, что хотите, но мяч не отдам!». Был наш первый триумф на чемпионатах мира, и мяч стал сувениром на всю жизнь. В конце концов охрана поняла, что я не шучу. В раздевалке я положил мяч в рюкзак и последним присоединился к празднику, едва не опоздав на вручение медалей.

Прикольно, что люди думают, будто это я снимал на видео визит королевы в раздевалку после полуфинала. На самом деле снимал Пабло, отвечавший за все аудио- и видеоштучки в сборной. Ко мне даже обращались из королевской резиденции, чтобы я переслал им фотки. Но я просто был там и вместе со всеми наблюдал появление полуголого Пуйоля пред светлыми очами Ее Величества.

Жоан Капдевила, а также Касильяс и Пике стали единственными, кто отыграл без замен все матчи чемпионата. И Капдевила, в четвертьфинале в 50‑й раз вышедший на поле в форме сборной, спрашивал меня (меня!), как нам дальше обыгрывать немцев.

За несколько минут до стартового свистка матча я традиционно начал подбадривать основу. И тут ко мне подбежал Капдевила: «Пепе, скажи, как ты играешь такие матчи?». Я не знал, что ответить. «Именно так, как ты проводишь все остальные матчи в карьере. Это самые простые игры». Но Жоан не отставал: «Ты же играл в полуфиналах, финалах…» – «Слушай, – прервал я его. – Иди и просто получи удовольствие. Мы выиграем, потому что мы лучше». Ответ вряд ли его удовлетворил, и он продолжал меня пытать: «Но… Неужели ничего особенного не надо делать?». Стоит отметить, что Капдевила задавал вопросы с детской непосредственностью. Было забавно, как, впрочем, и все, что связано с именем Жоана.

В ожидании первого матча на чемпионате мы по привычке отдали ему часть своих кровных. У нас есть ритуал – в первый же день сборов Капдевила проходит по кругу и собирает по пятьсот, а то и по тысяче евро с каждого (в зависимости от того, как долго длится сбор). Таким образом, мы можем играть в карты, бинго и прочее. Жоан счастлив, даже если в итоге остается ни с чем. Ему нравится сплачивать коллектив. Я представлял, как однажды он наконец-то выиграет. Увы, каждый раз ему что-то мешало.

Еще хуже играл в карты Льоренте. Фернандо ни разу меня не обыграл. Когда начался четвертьфинал между Германией и Аргентиной, мы были в отеле и видели, как немцы быстро, уже на 3‑й минуте, открыли счет. Фернандо заявил, что аргентинцы не забьют. Памятуя о том, как «удачлив» Льоренте в картах, я предложил ему пари. Достал деньги и поставил в пять раз больше на то, что Аргентина забьет как минимум один мяч. Этого не случилось, и Льоренте за один вечер отыграл у меня все, что профукал! Новичкам везет... Дошло до того, что он решил устроить победное шествие со всей нашей командой вокруг гостиницы, отмечая победу Германии. И, конечно, персональную победу надо мной. И этот человек называет меня своим другом!..

Святой, индеец и психованная пташка

Пепе Рейне на праздновании победы в ЧМ-2010 выступил в роли своеобразного «спикера», дав шутливые характеристики партнерам по команде.

Икер Касильяс – «Святой из Мостольет, не побоявшийся ни руки, ни ноги Роббена».

Рауль Альбиоль – «Охотится на знаменитостей, умрет от нерешительности».

Херард Пике – «Настоящий денди и центральный защитник мира».

Карлес Пуйоль – «Голова Испании, которая вывела сборную в финал, африканский Тарзан, который питается берцовыми костями».

Андрес Иньеста – «Мой сладкий, его любит вся Испания!».

Хави – «Дирижерская палочка: сейчас здесь, потом там, тебе дам, тебе не дам».

Сеск Фабрегас – «Будущее «Барселоны» и Испании».

Виктор Вальдес – «Пантера, гений и символ».

Хуан Мата – «Опасный друг с волшебными щиколотками».

Хаби Алонсо – «Легкие! Ветеран, контуженный в боях за свою страну».

Серхио Рамос – «Индеец из Камаса».

Серхио Бускетс – «Снегоуборочная машина, щупальца Испании, раскинутые по всему полю».

Альваро Арбелоа – «Спартанец».

Педро – «Идет мыться – бегом, идет есть – бегом, идет в кровать и там прыгает! Подлинный и несравненный!».

Фернандо Льоренте – «Грузовик сборной: рядом с ним защитники пьянеют, а он загружает на себя троих, четверых, пятерых. Фура «фурии».

Хави Мартинес – «Человек из Бильбао, который отбирает больше всех мячей на планете, сила и мускул Испании».

Давид Сильва – «Постоянная угроза, он то тут, то там, и в нем росту – метр сорок. Психованная пташка и нерв сборной».

За что Льоренте прозвали Халком

О БЕГАЮЩЕМ ПО ВОДЕ НАВАСЕ

– Физиотерапевт сборной Хави Миньяно любит вспоминать бассейн с ледяной водой на базе команды в ЮАР. Контрастные температуры помогают лучше восстанавливаться. Так вот поначалу никто не решался окунуться в эту «прорубь». Самым смелым оказался Арбелоа, со временем подтянулись и остальные. Что касается бассейна с теплой водой, служащие на ночь накрывали его пленкой, чтобы вода не остывала. Однажды Хесус Навас заявил, что сумеет перебежать по этой пленке весь бассейн. Миньяно не верил. Что ж, Навас выполнил обещание. Он очень быстрый и очень мало весит.

Другие игроки пытались повторить этот трюк, но безуспешно.

О ЯИЧНИЦЕ ДЛЯ ИНЬЕСТы

На обед у команды обычно была паста, рыба, мясо на гриле и много разных салатов. Над меню корпели Оскар Селада и Хавьер Арбицу. От них я узнала, что Рейна обожает слабо прожаренное мясо, чуть ли не сырое. Пике, наоборот, предпочитает хорошую прожарку. Иньеста любит яичницу, поскольку блюдо напоминает ему о маме. Пуйоль и Хави баловали себя всевозможной рыбой. Касильяс всегда просил приготовить ему потрошки. Десерты в меню гостили нечасто.

О ПОКУПКЕ iPAD ХАВИ МАРТИНЕСОМ

Однажды Хави Мартинес подозвал меня и попросил помочь купить iPad. Во время прогулки он заметил недалеко от отеля магазин Apple. Хави вытащил из бумажника внушительную пачку евро и попросил у администратора сборной конверт, чтобы «проще было хранить». Я сказала ему, что в ЮАР другая валюта, он потеряет кучу денег, если заявится со своим конвертом в магазин. Хави и глазом не моргнул: «Да все нормально, Сильви, не волнуйся. Здесь так скучно. Ничего страшного, если я просажу несколько лишних евро. Если что-то останется, купим тебе что-нибудь». Я была в шоке.

О ПОЭТИЧЕСКИХ СПОСОБНОСТЯХ МАТЫ

Мата – один из самых любознательных игроков из всех, с кем мне довелось встречаться. Ему всегда хочется изучать что-то новое. В поездках он всегда с книгой, а не за электронными игрушками. Когда выступал за «Валенсию», Мата посещал поэтический кружок и цитировал наизусть Марио Бенедетти и Лорку. «На самом деле многие из сборников читают. Пора заканчивать со стереотипами», – пожал плечами в ответ на мои комплименты скромняга Хуан.

О СПЕЦИАЛЬНОЙ МАЙКЕ ЛЬОРЕНТЕ

Помню, как в одной из игр Фернандо Льоренте вышел на замену в футболке, отличавшейся от тех, что были у других. Я подумала, что она чересчур облегающая. Спустя пару минут мою догадку подтвердил Луис Каньо, представлявший технического спонсора сборной. Он прислал мне письмо, в котором рассказал, что все игроки могут выбирать две разные экипировки. Льоренте остановился на втором варианте, чтобы соперники не хватали его за майку во время угловых. После матча Фернандо пришлось отбиваться от шуток товарищей и прозвища Халк.