Бонусы букмекеров
БАСКЕТБОЛ. ЕВРОЛИГА УЛЕБ
«ФИНАЛ ЧЕТЫРЕХ». ФИНАЛ
После финального матча литовца едва не разорвали на части. Журналисты хотели с ним общаться. Болельщики и даже работники спорткомплекса — хотя бы просто прикоснуться. Вот в такой суматохе Ясикявичюсу пришлось отвечать на вопросы корреспондента «СС».
— Шарунас, каковы ваши первые впечатления после долгожданной победы? Что приятнее – титул MVP или звание лучшей команды Европы?
— Еще спрашиваете! Конечно же, быть первым на континенте. А приз самому ценному игроку – всего лишь красивая добавка, не более того.
— Какой момент стал ключевым в финальном противостоянии?
— Сам хочу узнать! — смеется. – Если серьезно, то какой-то один момент выделить не могу. Решающих факторов было очень много.
— Наверное, выигранная вами дуэль у Арвидаса Мацияускаса – один из них?
— Не стоит сталкивать нас с Арви лбами. Сегодня мы оказались на разных сторонах площадки, но вне ее у нас замечательные отношения. Не думаю, что Мацияускас более виноват в поражении, чем кто-либо другой в составе испанской команды.
— Сегодня «Маккаби» превосходно отыграл в защите. Но ваша команда славится потрясающим нападением и обычно не любит упорно обороняться. Что случилось?
— Мы научились защищаться специально к «Финалу четырех». А если серьезно, то хорошая защита – ответ «Маккаби» скептикам, которые весь сезон выискивали у нас слабости. В финале нам не удалось сдержать только одного баскетболиста – Луиса Сколу. Остальным же пришлось рассчитывать на случайные попадания издалека и наши немногочисленные ошибки. Неплохой результат, вам не кажется?
— «Маккаби» два раза подряд побеждает в Евролиге, вас признают самым ценным игроком «Финала четырех», сборная Литвы – чемпион Европы по баскетболу. Остались ли у Шарунаса Ясикявичюса стимулы для продолжения карьеры в Старом Свете?
— Очень сложный вопрос. Необходимо многое взвесить, оценить, прежде чем принимать какие-либо решения. Но я сейчас совсем не хочу о чем-то думать. Хочу праздновать!
Последнюю фразу литовец произнес уже на бегу. Ловко, словно поединок еще продолжался, Шарунас ушел от журналистской «опеки» и кинулся обнимать Нестороса Комматоса. А потом и всех, всех, всех.