Игорь Малиновский: Хочу стать ЗМС, но не как футболисты

– Как идет подготовка? – первый вопрос Малиновскому.
– Все отлично! Тренируемся в Сочи, на высоте 1400 метров, в условиях гипоксии (нехватки кислорода. – Прим. ред.). Погода отличная, настроение тоже.

– Как анонсировало новое руководство СБР, на сборе должны присутствовать все кандидаты в сборную России. Все в наличии?
– Да, все здесь, но сейчас тренируется только мужской состав, на предыдущем сборе здесь тренировались женщины.

– Значит, и Антон Шипулин с вами?
– Антона нет. Но он же вроде на самоподготовке. 

– Просто в СБР обещали, что осенью он присоединится к сборной и будет готовиться к сезону вместе со всеми. Что в команде говорят по поводу Шипулина?
– Мы Антона не обсуждаем. Ничего не могу сказать по этому поводу.

– СБР продолжает пребывать в статусе временно отстраненной федерации. Не давит эта ситуация на команду?
– Стараемся об этом не думать, это дополнительная психологическая нагрузка. Нам это ни к чему. Мы просто делаем свою работу.

– На юношеском уровне вы выиграли все. В 21 год пора пробиваться в основную команду. Согласны? 
– Конечно, хотелось бы. Но это такое дело: мне еще нужно набраться мастерства, опыта. Не все сразу. Считаю, что все нужно делать постепенно.

– Вы уже выступали на Кубке IBU, дебютировали и на этапах Кубка мира. Разницу почувствовали?
– Как только выходишь на трассу, разница сразу становится очевидной. Все готовы рвать и метать, как быки в корриде перед выходом на арену.

– Вы уже вошли в историю биатлона, как единственный 5-кратный чемпион мира среди юниоров. Когда сморите на эти медали, не посещает мысль: «Какой же я крутой парень!»
– Таких мыслей точно нет. Это прошедший этап в карьере, я эту страницу перевернул. Сейчас в моей жизни новая страница, и пока она чиста. Нужно постоянно развиваться, а если смотреть в прошлое, то никакого развития не будет. 

– Вы же могли повторить уникальное достижение Магдалены Нойнер, у которой шесть золотых медалей юниорских ЧМ, выиграй спринтерскую гонку на чемпионате мира этой весной. До этого победу в спринте вы никому не отдавали. Что случилось в Отепя?
– Накануне гонки заглянул в свой дневник и увидел, что всегда в спринте побеждал. А в Отепя стал только 11-м. Почему? Не знаю. Может, не стоило свой дневник листать? Видимо, немного перегорел. Кстати, про рекорд Нойнер я ничего не знал, мне потом рассказали.

– Одним из тренеров резерва был Владислав Тулаев, который стал известен благодаря скандальному видео. Наверняка, вы это видео смотрели. Что скажете?
– Смотрел. Стыдно за этого человека. Тренер не должен позволять себе такие слова.

– Вы с ним в работе пересекались?
– Пару раз на сборах он был. Но никто его в команде всерьез не воспринимал. Мы больше доверяли старшему тренеру. 

– На Олимпиаду в Пхенчхан от России поехали всего двое мужчин и две девушки. Результат – провальный. После Игр некоторые специалисты сетовали, что лучше было отправить в Корею молодых, они бы опыта набрались.
– Не знаю, почему меня не включили в команду, у меня было большое желание выступить на Играх. Возможно, я хороший результат и не показал, но бесценный опыт получил бы.

– В наших молодых лыжников на Играх-2018 тоже никто не верил. Вы с кем-то из них знакомы?
– Ребята просто молодцы, порадовали! На сборах мы пару раз пересекались, но лично ни с кем не знаком.

– Вы завершили учебу в омском Летном училище гражданской авиации?
– Защитил диплом. Но у нас немного другая система, чем в обычном ВУЗе. Мы вначале защищаемся, а затем проходим практику. Связано это с тем, что вертолетов на всех не хватает.

– У вас же сезон начался. Как вы собираетесь проходить практику?
– Я попросил поставить меня в самый конец очереди, поэтому записался на весну. К тому времени сезон закончится. Мне в этом плане в училище идут навстречу.

– Видимо, в училище вами гордились. Часто делали поблажки?
– Мне сразу дали понять, что профессиональный спорт и профессия пилота несовместимы. Однако, если человек к чему-то сильно стремится, то все трудности можно преодолеть. Летать – моя мечта с детства. Мой отец давно трудится в малой авиации, от него это увлечение и мне перешло. Поэтому я и поехал в Омск, поскольку здесь единственное училище в стране, где готовят пилотов вертолета Ми-8. Так что с мотивацией у меня было все хорошо – первый курс закончил почти на одни пятерки. Затем было тяжелее, но мне удалось справиться с учебой и не бросить спорт. А насчет поблажек… Не отчислили, вот и все поблажки.

– Как-то вы сказали, что мечтаете не об олимпийском золоте, а об авиации?
– Не совсем так. Если ты профессиональный спортсмен, то венцом твоей карьеры должна быть победа на Олимпиаде. Но это удается далеко не каждому. А вот стать пилотом и открыть свою авиакомпанию – это моя заветная мечта и она вполне реальна.

– Если будет стоять выбор: спорт или авиация, выберете авиацию?
– Мне хочется продолжить дело отца, но и спорт я не могу бросить, чтобы потом не жалеть об этом. Я пока мало чего достиг в биатлоне.

– Пилоту нужно набирать летные часы. На тренажерах летать не научишься. Как это совмещать со спортивной карьерой?
– Я все просчитал, совмещать можно, было бы желание. Просто нужно четко планировать свою жизнь.

– Еще одна цель спортсмена – значок заслуженного мастера спорта. Хотите стать ЗМС, как наши футболисты?
– Хочу, но не как футболисты. Хотелось бы добиться этого высокого звания, как положено в биатлоне. Значит, выиграть что-то действительно существенное. А получать звание за «почетное восьмое место» не хочу.

– После забитого гола Артем Дзюба отдает честь трибунам. Вы не хотите повторить этот жест в случае победы на этапе Кубка мира?
– Зачем? У меня есть свой жест: я имитирую вертолет. Я его уже делал на одном из юниорских чемпионатов мира после финиша.

– Во время монотонных тренировок спортсмены часто надевают наушники и слушают музыку. Какие исполнители в вашем плей-листе?
– Я вообще меломан. Моя любимая группа – «Linkin Park». Правда, сейчас она переживает не лучшие времена, год назад у них умер солист Честер Беннингтон. Сейчас группа на грани развала.

– Судя по всему, Ольге Бузовой в вашем плей-листе места не найдется.
– Я могу слушать разную музыку, но Ольга Бузова это явно не про меня, – смеется Игорь. 

– Как относитесь к рэпу?
– Не фанат, но несколько песен Оксимирона скачал.

– Какие тату уже набили и что еще хотите увековечить на своем теле?
– К татуировкам абсолютно равнодушен, у меня нет ни одной. Зачем? Я и так красивый.

– Не знаю, дай Бог, полтос (50 тыс. руб. – Прим. ред.) дали. Это второй момент. Мне главное – удостоверение получить. Мы с тобой будем парковаться на черном «Мерине» прямо возле Олимпийского комитета. И уходить в закат.

– Ксива – это безграничные возможности на дорогах, уничтожать и властвовать. Человек государственный. Это как ФСБ, только в спорте.

– Я договаривался: от 150 (тыс. руб. – Прим. ред.) я начинаю только пальчиками шевелить.