БИАТЛОН
ИНФОРМАЦИЯ К РАЗМЫШЛЕНИЮ

Как вчера сообщал «Советский спорт», дисквалифицированная пожизненно финка Кайса Варис сумела, спустя год после того, как Международный союз биатлонистов (IBU) объявил свой приговор, добиться полной реабилитации. Юристы, отстаивавшие интересы спортсменки в Спортивном арбитражном суде (CAS), доказали нарушение процедуры при вскрытии пробы «В». Решение о дисквалификации финки признано незаконным. В этой связи и перспектива «дела Ахатовой, Юрьевой, Ярошенко» начинает выглядеть иначе.

ОШИБКА ГЕНСЕКА

6 января 2008 года допинг-проба Варис, взятая на этапе Кубка мира в немецком Оберхофе, выявила содержание в организме спортсменки эритропоэтина. Проба «В», вскрытая, как и положено в таких случаях, через пару недель, подтвердила первоначальный анализ. Кайса была с треском изгнана из большого спорта. Еще бы – ведь это был уже второй случай положительной допинг-пробы в карьере финской спортсменки! В 2003-м она, выступая в лыжных гонках, была поймана во время чемпионата мира. И вот второй случай. IBU не стал мешкать с принятием решения – и… крупно ошибся.

Во время вскрытия пробы «В» в лабораторию не были допущены ни сама Варис, ни ее представитель. Занимавший на тот момент пост генерального секретаря IBU Михаэль Гайстлингер попросту не пустил спортсменку. Не ручаясь за точность слов, предположу, что логика рассуждений высокопоставленного чиновника была примерно следующей: «Да что ей там делать – на ней же пробы ставить негде?!». Знал бы Гайстлингер, чем все закончится.

– Ошибку в деле Варис совершил Михаэль Гайстлингер, который был ответствен за координацию финской спортсменки и лаборатории, а также за сроки вскрытия пробы «В». Сейчас Варис может вернуться в биатлон, – заявил президент IBU Андерс Бессеберг в минувшее воскресенье. Симптоматично – не далее как в мае Международный союз биатлонистов вывел Гайстлингера из своего состава за «нарушение этических норм». Очевидно, что перспектива апелляции адвокатов Варис была ясна юристам IBU уже тогда.

НАШИ КОЗЫРИ

Таким образом, в самый канун принятия решения по поводу положительной допинг-пробы Альбины Ахатовой, Екатерины Юрьевой и Дмитрия Ярошенко создается прецедент, которым просто обязаны воспользоваться юристы Союза биатлонистов России (СБР). Вот по крайней мере два лежащих на поверхности аргумента.

Допинг-проба была взята у российских спортсменов 5 декабря – в выходной день первого этапа Кубка мира. Между тем в правилах IBU на тот момент было прописано: «Забор внесоревновательных допинг-проб во время соревнований не производится».

– Представители ВАДА могли забирать спортсменов на анализ только в день соревнований, – пояснил этот тонкий момент вашему корреспонденту технический делегат IBU Янес Водичар, долгое время бывший вице-президентом Союза, отвечающим за организацию соревнований. – В выходной день спортсмен имеет право на отдых и никакие проверки не должны его тревожить. С 1 января 2009 года это правило перестало действовать, но на момент взятия пробы у ваших спортсменов закон был именно таков. На мой взгляд, ваши юристы обязаны обратить на это внимание.

Вторым аргументом является то, что ни СБР, ни сами спортсмены до сих пор (с момента принятия решения о временном отстранении их от участия в соревнованиях прошло уже более месяца) не имеют на руках официальных документов, в которых было бы конкретно указано, какой именно запрещенный препарат найден в их допинг-пробе. Этот факт вашему корреспонденту подтвердила Лариса Жуковская, представляющая Россию в медицинской комиссии IBU и летавшая в Лозанну на вскрытие пробы «В». Это же сообщила мне Екатерина Юрьева, находящаяся в ожидании развития событий в Москве.

Эритропоэтин, эритропоэтин CERA, генный допинг… – каких только версий не сообщали за минувший месяц миру вполне официальные источники IBU. Произойди такое в области российского уголовного права, со спортсменов были бы уже сняты все обвинения – по действующему законодательству предъявить его прокурор обязан в течение 10 дней.

Я надеюсь на то, что читатели поймут автора этих строк правильно. Допинг – зло, бороться с ним надо решительно и жестко. Но не вытирая ноги о спортсмена – самого бесправного участника борьбы за чистоту спорта.

ИЗ ИСТОРИИ ВОПРОСА

Случаи реабилитации спортсменов в связи с нарушением процедуры взятия или хранения допинг-проб неоднократно имели место в новейшей истории спорта:

в 2002 году во время олимпийского турнира конькобежцев в Солт-Лейк-Сити допинг проба «А» спортсменки из Казахстана дала положительный тест на нондралон. Вскрытие пробы «В» не стали откладывать, но… когда все заинтересованные лица прибыли в лабораторию, пробирка оказалась вскрытой. Имя конькобежки так и осталось неизвестным;

в 2004 году олимпийский чемпион Афин американец Тайлер Хэмилтон был пойман с поличным на «кровяном допинге» (переливании в организм собственной крови, откачанной в специальные контейнеры во время высокогорных тренировок и, соответственно, богатой красными кровяными тельцами). Произошло все это в сентябре во время супермногодневки «Вуэльта Испания».

Сразу же возник вопрос: а законно ли добыл Хэмилтон свою золотую олимпийскую медаль в гонке с раздельным стартом (серебро тогда досталось нашему Вячеславу Екимову)? Обратились за пробой «В» – и… оказалось что она попросту замерзла в холодильнике. Хэмилтон, хоть и был дисквалифицирован на два года, олимпийский титул за собой сохранил.

Связанные материалы: