БИАТЛОН
ВСТРЕЧА ДЛЯ ВАС

Вчера героиня спортивного сезона биатлонистка Ольга Зайцева вместе со своей старшей сестрой и личным тренером Оксаной Рочевой побывала в редакции «Советского спорта», чтобы через газету поздравить всех ветеранов Великой Отечественной. Впрочем, говорили сестры не только о Дне Победы…

О ЗАВЕРШИВШЕМСЯ СЕЗОНЕ

— Предолимпийские сезоны Ольга Зайцева проводит ярко. В 2001 году – победа на чемпионате России и путевка в Солт-Лейк-Сити, в 2005-м – четыре медали чемпионата мира (одна золотая), в 2009-м – тоже четыре, но уже два золота…

Ольга Зайцева:

– А после чемпионата мира 2005 года я стала олимпийской чемпионкой. По этой логике в Ванкувере я должна выступить сильнее, чем в Турине… Хотя разве не естественно желание в предолимпийский сезон доказать свое право на место в олимпийской сборной?

— В минувшем сезоне практически вся женская сборная успела до чемпионата мира отметиться в призах на этапах Кубка мира, а вот у Ольги Зайцевой все не шло…

Оксана Рочева:

– В первый год после Олиного декретного отпуска, положа руку на сердце, мы таких высоких результатов не ждали. Я как тренер заполнила перед сезоном план-обязательство Ольги: 1—10-е место на декабрьских и январских этапах Кубка мира и 1—5-е место на чемпионатах мира. То есть, займи Ольга в Пьенчанге 4—5-е место, мы и этому были бы счастливы: значит, подготовка к Ванкуверу идет правильно. Очень хочется верить, что результаты Пьенчанга – не предел Ольгиных возможностей.

О «СЕМЕЙНОМ ПОДРЯДЕ»

— Сколько лет вашему семейному биатлонному тандему?

О.Р.: – С 2000 года вместе. Скоро юбилей творческой деятельности отметим.

— И насколько за это время выросло взаимопонимание Зайцевой-спортсменки и Рочевой-тренера?

О. Р.: – Я за это время подросла на два сантиметра! А понимать мы друг друга стали, конечно, лучше. Хотя случается всякое… Я обычно где-нибудь на трассе стою, и Ольга перед стартом всякий раз говорит: «Не кричи мне ничего – не выводи из себя!». И вот недавно на Камчатке во время гонки преследования я пошла и встала на тренерскую биржу, где кричать не положено…

О. З.: — Вот-вот! А я иду по трассе из последних сил, внутри все кипит, злость излить на кого-нибудь хочется, и тут на тебе – сестры нет. А кругом все только и делают, что подгоняют. Нервы натянуты до предела. Наш начальник научной группы Николай Загурский крикнул мне что-то вслед — хорошо, что моих глаз за очками не видно, испепелила бы… В общем, душа искала на ком сорваться. Да выскажи я такое и таким тоном тренеру – он бы и обидеться мог (и правильно бы сделал, наверное!). В общем, я благодарна Оксане за то, что она способна принимать меня такой, какая я есть.

— Оксана, а вы могли бы еще с кем-то работать так же успешно, как с сестрой?

О. Р.: — За два года, что я работала в детской школе, дети шли «к Оксане Алексеевне» с охотой. С психологическим подходом к подопечным у меня проблем не возникает.

О ДОПИНГЕ

— Самый яркий сезон в вашей карьере состоялся на фоне допинговых скандалов, бросивших тень на всю сборную России…

О. З.: – Тень легла на всех – не только на меня. По этому поводу я не особенно комплексовала. Драматизм ситуации нагнетался СМИ. Кто-то, конечно, не выдерживал давления, начинал бузить: не пойдем в столовую, там столько народу, и все на нас смотрят… Предрассудки какие-то. Еще в Интернете слишком много тогда сидели – отсюда все… А ситуация-то все еще под вопросом. А ответов до сих пор нет.

О. Р.: – Не должен спортсмен в подобной ситуации быть единственно виноватым. Ребята если и виноваты, то виноваты по минимуму, а главные наши провалы – в области спортивной медицины. И хорошо, что в биатлоне деятельность в этом направлении уже началась.

— Чем последнее медицинское обследование российских сборников в израильской клинике отличалось от углубленного медицинского обследования (УМО), которое вы регулярно проходили в России?

О.З.: – На первый взгляд немногим. Многие доктора говорят по-русски. Аппаратура новейшая и диагностика, такое впечатление, почти моментальная. Скажем, обнаружил дантист у кого-то проблемы с зубами и там же на месте все и залечил. Беговая дорожка с кислородными масками тоже последнего поколения, никаких тебе мешков за спиной, никакого впечатления, будто бежишь не по беговой дорожке, а по железным валикам. Тут же получаешь рекомендации и назначения. Мне, например, специальную мазь рекомендовали. Видно, что к визиту нашему тщательно подготовились.

— Антидопинговая комиссия Союза биатлонистов России уже сделала первые выводы: медицинское обслуживание в сборной не соответствует современным требованиям, и врача женской команды Андрея Дмитриева освободили от должности. Каково ваше мнение на этот счет?

О. Р.: – Для оценки работы докторов сборной нам не хватает медицинского образования. Выводы здесь должны делать профессионалы. Мы не знаем, как работают медицинские бригады в командах Норвегии и Германии…

— Наши спортивные чиновники заявляют о том, что на внутрироссийских детских соревнованиях по обочинам трассы шприцы валяются, а в туалетах и раздевалках вскрытые ампулы. Вы сами прошли через горнило этих соревнований, неужели все так и есть?

О. З.: — На детских соревнованиях боялась съесть безобидную «рибоксинку», потому что принимала ее за допинг. Когда я видела, что девчонки из других школ употребляют рибоксин, глаза в ужасе закатывала – допинг принимают!

О. Р.: – За время моей работы в детской спортивной школе мне таких картин также видеть не доводилось. Я не понимаю, как можно ребенку, у которого половое созревание толком не произошло, давать какие-то серьезные препараты, которые не дай бог повлияют на иммунную систему, гормоны… Сейчас благодаря СМИ у детей формируется сознание того, что без допинга достичь серьезного результата попросту невозможно. Даже тех, кто не попадается на допинге, воспринимают как «принимающего, но не пойманного». А одерживать победы хотят все дети, за этим они в спорт и идут…

О. З.: — России нужны свои представители в ВАДА. Специалисты, которые бы глубоко знали вопрос и работали на равных с зарубежными коллегами. А пока мы даже толковый перевод сделать не можем. Вот, скажем, вводится новая компьютерная программа «Адамс» — обязательная для регулярного заполнения всеми атлетами. Нам не к кому даже за консультацией обратиться, как ее правильно заполнить. Выпустили сейчас инструкцию по заполнению на русском языке. Вроде бы и на родном языке написано, но треть пунктов понять нельзя. 1 мая я получаю из ВАДА указание заполнить форму, прилетаю из Египта и семь часов провожу у компьютера, силясь заполнить эту нескончаемую таблицу. Сперва я сидела сама, потом вместе с Оксаной, потом все домашние… Я на взводе, а мне из Международного союза биатлонистов звонок-напоминание: «Вы форму заполнили?».

Два таких напоминания — и «желтая карточка», а там и до дисквалификации недалеко. В общем, я сейчас чувствую себя такой счастливой, что наконец-то правильно все заполнила, тьфу-тьфу-тьфу…. Мне сегодня Аня Булыгина (член сборной России) звонила: «Помоги заполнить». Она второй день мучается. В ее Салехарде Интернет еще через пень-колоду работает.

О ДНЕ ПОБЕДЫ

— Скоро 9 мая — День Победы…

О. З.: — Мы с сестрами выросли на рассказах папы. Его война успела коснуться на Курской дуге. Было ему тогда пять лет. Папа лично носил котелки с едой солдатам в окопы. Еще вспоминал, как к ним в дом приходили немцы и приставляли к голове его мамы пистолет, требуя отдать живность, кур, коров…

О. Р.: – Я хочу в День Победы купить много цветов, выйти вместе с семьей на улицу и дарить их всем ветеранам. Такое наше маленькое личное отношение к великому празднику.