Любовь и ревность Фуркада. Француз Симон Фуркад рассказал, как ревновал брата к победам, и признался, что влюблен в девушку из России

Старшему из братьев Фуркадов Симону – 27, он по-модному небрит и похож скорее на торговца мандаринами из какой-нибудь солнечной страны, чем на одного из лучших биатлонистов мира. Впрочем, таковым он стал недавно – до нынешнего сезона на счету у Симона был всего один подиум Кубка мира. Пока младший Мартен пачками выигрывал награды и претендовал на победу в общем кубковом зачете, к Симону все прочнее приклеивался ярлык «того, на ком природа отдохнула».

И лишь в этом году Фуркад-старший стал показывать такую скорость на лыжне, что и младший позавидует. Шутка ли, в субботу Симон сумел подняться на пьедестал спринта с тремя (!) промахами и по бегу был абсолютно лучшим. Семейный пьедестал братьев Фуркад стал первым в их карьере, а Симона уже без всяких оговорок можно назвать открытием нынешнего сезона Кубка мира!

– Мы мечтали об этом практически с самого начала карьеры! – улыбается герой. – Конечно, должно было совпасть очень много факторов: тут за самого себя-то сложно отвечать, а уж за другого человека… В прошлом году был случай, когда мне, чтобы стать призером вместе с Мартеном, не хватило буквально пары секунд. А накануне спринтерской гонки в субботу брат в шутку сказал мне в смазочной кабинке: «Ну что, может, сегодня?». Получается, как в воду глядел!

– Честно, сам очень удивлен. Моей сильной стороной всегда считалась стрельба, но никак не скорость. После двух ошибок на стойке уже подумал, что ничего не светит. Когда тренеры на трассе крикнули, что я все равно иду вторым, был просто в шоке. Возможно, сумел прибавить в этом году, потому что избавился от психологического давления, которое постоянно испытывал после успехов брата, как бы странно это ни звучало.

– Только этим летом я по-настоящему смирился с тем, что брат – пока более успешный биатлонист, чем я. Это было очень сложно: осознать, что младший братишка, который еще недавно смотрел на меня как на кумира, теперь меня обыгрывает. Я старше на четыре года, и Мартен всегда тянулся за мной, подражал, все впитывал. Когда я выступал на Кубках мира, он был еще зеленым юниором. И вот теперь, выходит, я так его натаскал, что сам оказался в тени. Только этим летом я переступил через эту обиду и впервые спросил у Мартена совета.

– Нет, конечно. Меня пугала сама мысль: учиться у младшего брата. И только теперь могу спокойно сказать, что в чем-то он лучше меня. И не стесняюсь на тренировках смотреть, как он работает, и заимствовать какие-то упражнения.

– Я спрашивал Мартена, что он предпринимает, чтобы сохранять скорость на последнем круге. Какие делает интервальные отрезки, ну и так далее. Ответов брата я не расскажу, это наши семейные тайны, – хохочет Симон.

– Да, когда брат выступал по юниорам, нам не приходилось соревноваться между собой – и мне было гораздо проще. Мы стараемся относиться к этому с юмором, подкалываем друг друга. Когда в прошлом году у меня были неудачные гонки, Мартен даже после своих успехов старался ко мне не подходить, чтобы не дразнить лишний раз. В конце концов мы братья в течение гораздо более длительного времени, чем соперники.

– Да, откуда вы знаете? – во все 32 зуба скалится Симон. – Ее зовут Настя, мы вместе уже почти год.

– Прошлой весной на Мемориале Фатьянова на Камчатке. Она там живет, а биатлоном занимается на любительском уровне. Мы познакомились после соревнований, поболтали, и я понял, что это мой человек.

– Она приезжала на декабрьские этапы, и мы вместе встретили Рождество у меня дома во Франции. Сейчас Настя вернулась домой, и увидимся мы теперь весной – наверное, снова на Мемориале.