Светлана Ишмуратова: Могу отдать приказ Цветкову – без медали не возвращаться

Олимпийская чемпионка рассказала о том, что ждет от чемпионата мира, о новой работе, вспомнила, как 10 лет назад побеждала в Турине.
Светлана Ишмуратова: Могу отдать приказ Цветкову – без медали не возвращаться
29 февраля 2016 21:03
автор: Наталья Кузина

Впреддверии чемпионата мира по биатлону(3-13 марта, Норвегия) в гостях у Sovsport.ruпобывала двукратная олимпийскаячемпионка Светлана Ишмуратова. В началефевраля она была назначена на должностьзаместителя начальника ЦСКА, также ейбыло присвоено звание подполковника.В беседе с нашими журналистами Светланарассказала о том, что ждет от чемпионатамира, о новой работе, вспомнила, как 10лет назад побеждала в Турине, как падалав обморок в Нагано, о чем думала во времябронзовой эстафеты в Солт-лейк-Сити имногом другом.

«Пустьсборная знает, что мы в нее верим»

Скажите,Светлана, а может подполковник Ишмуратоваотдать приказ прапорщику Цветкову безмедали с чемпионата мира не возвращаться?
– Приказдам! И сама сделаю все, что нужно, дляуспехов наших спортсменов.

По-вашему,можем ли мы надеяться на медали женскойсборной в Норвегии или это завышенныеожидания?
– Девушкамбудет трудно выигрывать медали. И даватьоптимистический прогноз на чемпионатмира – слишком смело. Но помня об успехекоманды в Антерсельве, можно на что-торассчитывать. К сожалению, послеитальянского этапа последовало падение.Но, может, на последнем сборе командаподтянулась. В первую очередь, рассчитываюна Ольгу Подчуфарову как на лидеракоманды. А вообще хочется, чтобы всеприбавили в скорости. Если она появится,то и стрельба встанет на свое место.

Обрестискорость за короткий промежуток времени– это реально?
– Командасидит на сборе не просто так. У нас естьтренер по функциональной подготовке.Надеюсь, наши наставники сработалинаилучшим образом. И еще – очень важно,чтобы девушки чувствовали нашу поддержку.Если они будут понимать, что мы некритикуем их, а верим в их успех, им будетлегче.

«Ситуацияс легкоатлетами выходит из-под нашегоконтроля»

Светлана,вам очень идет армейская форма. На работефирменный пиджак с эмблемой обязателен?Или можно прийти в офис в платье?
– Навсех военных мероприятиях я должна бытьв военной форме, на спортивных – вклубной. За последний год наше руководствомногое сделало для возрождения традицийклуба, в том числе вернув клубную форму.Она является своего рода рекламой,повышает узнаваемость ЦСКА. Форма ведьотличная у нас. Ее приятно взять в руки,надеть на себя. И выглядит здорово –правда ведь? Даже галстук не простой, афирменный.

Акак ощущаете себя в новой должности?Это ваше?
– Должность– серьезная, труд – тяжелый. Сейчас уменя громадное количество работы поподготовке коВсемирным военным играм СИЗМ (Международныйсовет военного спорта), которые пройдутв феврале 2017 года в Сочи. Этоочень важное для нас соревнование. Там,между прочим, выступают братья Фуркады– Симон и Мартен. Наших биатлонистов –Цветкова, Бабикова, Елисеева – оченьпрошу: «Обыграйте, пожалуйста, Фуркадов!»...В общем, знаете, по-старому я замполит.Отвечаю за работу с личным составом,создаю спортсменам комфортные условиядля работы, поддерживаю моральный дух.

Каквы поддерживаете моральный дух армейскихлегкоатлетов, которые отстранены отмеждународных соревнований и рискуютпропустить Олимпийские игры в Рио?
– Этотяжелая тема. Я говорила об этом с АннойЧичеровой (олимпийской чемпионкой впрыжках в высоту – Прим.ред.). Онадостойно ведет себя в этой ситуации.Сказала мне, что будет готовиться так,как если б федерацию не дисквалифицировали.А там уже действовать по ситуации.

Считаете,что российская сторона успеет решитьвопрос с участием легкоатлетов на Играхв Рио?
– Мнебы очень этого хотелось, но есть ощущение,что ситуация выходит из-под нашегоконтроля.

Продопинг со спортсменами вы тожеразговариваете?
– Да.Но это моя самая нелюбимая тема. Каждыйпрофессионал и без разговоров понимает,чем ему за это грозит. Напоминать людямо том, что они не должны делать очевидныевещи – лишний раз без необходимостимутить воду.

Аесли не напоминать, то мы получим ещебольше ситуаций, как у легкоатлетов.
– Естькуча людей, которые должны следить заэтим. В любой команде работают тренер,врач. Но почему-то, случись что, наказаниенесет спортсмен, а все остальные стоятв стороне.

Некажется ли вам, что за российский спортвзялись по-крупному, чтобы изменитьнаше отношение к виновным в употреблениидопинга. Как правило, пойманных у нассчитают жертвами, а не нарушителями. Выведь тоже посвятили Ольге Пылевой свойэтап в золотой туринской эстафете.
– Развея могла поступить иначе? Ольга – мояподруга, я уважаю ее и люблю. Когда онапопала в такую беду, я не могла плюнутьей вслед со словами «ты такая-сякая».

Акак вы относитесь к тому, что некоторыеспортсмены, закончившие карьеру из-запроблем с допинговыми службами, черезнекоторое время всплывают в качествеэкспертов в СМИ, тренеров, административныхработников спортивных организаций...
– Категорическине приемлю. Запятнал репутацию – уйдииз спорта, найди себя в чем-нибудь другом.На месте родителей никогда бы не отдаласвоего ребенка к тренеру, у которого вкарьере было что-то подобное.

«ПослеТурина проспала на прием к президенту»

Наднях исполнилось 10 лет с той поры, каквы одержали самую главную победу вжизни, выиграв в Турине индивидуальнуюгонку. Как вы вообще смогли собратьсяименно на Олимпиаду, ведь до этого наКубке мира у вас была только одна личнаяпобеда.
– Явсе просчитала и знала, как мне нужноработать.

Какможно просчитать что-то в биатлоне?
– Авот так. Когда я наконец победила в Кубкемира – это было в Словакии – я поняла,что мне может помочь. Нужно было сделатьтак, чтобы до последнего рубежа у меняуже был промах. Три нуля повышали быградус, и я могла не справиться с последнейстрельбой. А ранний промах снимал быэто напряжение.

Еслибы шли на ноль – специально пальнулибы в молоко?
– Нет,конечно, но я стреляла расслабленно,потому что не боялась ошибиться, таккак понимала, что промах мне как разпоможет. Получилось все по плану.

Этоправда, что вы хотели бросить биатлондо туринской Олимпиады?
– Да,за два года до Турина мне постояннохотелось бросить биатлон – так надоелотренироваться и соревноваться. Спаслоситуацию знакомство с будущим мужем.Он очень просил меня: «Ты только выиграйОлимпиаду и тогда бросай». Я говорилаему, что в таком возрасте ничего невыигрывают. А он не отставал, постоянночто-то втолковывал. Я сидела, слушала,высчитывала и делала вывод: а ведь еслипойду так-то и так-то, сил может хватить...

Чтовы сказал муж после победы?
– «Нувсе, – говорит. – Ты – свободна!». Потомделает паузу: «Ой, то есть нет. Вы ещеэстафету выиграйте!» Аппетит разыгрался-то.Хотя он изначально надеялся на менябольше как на эстафетчицу. Я же ставиласебе задачу победить в личной гонке.Получилось, что в тот олимпийский сезонбыло три индивидуальных гонки, первуюмне сказали пропустить, а две другие явыиграла. В итоге малый хрустальныйглобус тоже достался мне.

ПослеТурина вы не попали на прием к ПрезидентуРоссии. Почему так получилось?
– Проспала.Я проснулась за полчаса до вылетасамолета. Мы делали попытки задержатьрейс, но мне сказали: «Извините, но ждатьмы не можем». Мне очень стыдно в этомпризнаться, но вот так получилось.

Нунельзя же так просто взять и проспатьприем у Президента. Наверное, вы слишкомустали после Италии.
– Да,усталость была неимоверная. Во-первых,тяжело было в самом Турине. Насоревнования мы ездили в горы по«серпантину», меня на таких дорогахвсегда укачивает. К месту старта яприезжала зелененькая, перед стартамис трудом приходился в себя... Уже дома,накануне приема, ябыла у родителей в Златоусте, а туда комне приехала съемочная группа изБашкирии, и я должна была уделить имвремя. Мы работали допоздна, потом двачаса ехали в Челябинск на машине. В тричаса ночи я легла спать, а в пять нужнобыло вставать. Организм такого графикапросто не выдержал.

«Закончиластрелять и потеряла сознание»

Организмне выдерживал уже до Олимпиады, ведь вянваре вы сильно заболели...
– Да,я даже была готова к тому, что повторитсяНагано-98, где я заболела воспалениемлегких и во время соревнований лежалапластом. Обидно было очень, ведь до Игря была в хорошей форме. Кстати сказать,о диагнозе «пневмония» я узнала толькоот японских врачей – наш доктор ко мнене подходил и не лечил меня.

Почему?
– Наверное,у него были соответствующие указания.В той команде я была лишней, потому чтопробилась туда из экспериментальногосостава. Когда я подошла к доктору ипожаловалась на первые симптомы, он мневручил гидроперит со словами: «Разводии полоскай этим горло». Вы пробоваликогда-нибудь эти таблетки на вкус? Ужас!Но я терпела и полоскала, сколько могла,пока не потеряла сознание на тренировке.

Какэто произошло?
– Яникому не говорила, что мне все хуже ихуже, держалась до последнего. Стоилосказать, что плохо себя чувствую, менябы с радостью официально отстранили быот Игр. А я очень хотела бежать. И вот наодной из тренировок я закончила лежкуи отключилась. Когда пришла в себя,подошла к своему личному тренеру(Валентин Николаевич Задонский – Прим.ред.) и сказалаему, что сил у меня нет совсем. Мы вернулисьв олимпийскую деревню и пошли с ним кяпонским врачам. Те сделали рентген иговорят: «Изолятор!». Лечили меня вроссийском медицинском центре волимпийской деревне. А доктор командытак и не подошел ко мне больше. Вот такойбыла моя первая в жизни Олимпиада...

«БронзаСолт-Лейк-Сити – дороже золота»

БоксерСергей Ковалев хочет написатьавтобиографию, и один из вариантовназвания – ЧТЗ. Если бы вы писали книгуо себе, как назвали бы?
– Никогдане думала о том, чтобы написать о себекнигу. Чем я это заслужила? Я ничеготакого не сделала. Да, выиграла в Турине,ну так у нас сколько олимпийскихчемпионов!

Складываетсяощущение, что вы недооцениваете своеолимпийское золото. Вы ведь и сразупосле победы говорили, что у вас естьболее дорогая награда.
– Да,это бронза из Солт-Лейк-Сити.

Почему?
– Онадалась тяжелее. Была ситуация, о которойя не хочу рассказывать. Это поставитодного человека в неудобное положение.

Онобидел вас?
– Нетолько меня. Сказал кое-что наканунестарта. Мне нужно было заставить себязабыть эти слова и бежать как ни в чемне бывало. Было сложно, тяжело, а бежатьнадо было. У нас в Челябинской областитогда не было условий для тренировки ивсе время приходилось выбивать деньгина поездки. С каким лицом я бы приехаладомой – без медали. Мне бы не оплатилибольше ни один сбор. Что бы я им сказала?Любите меня такой, какая я есть? ВторыеИгры и опять без медали – этого нельзябыло допустить. Тем более, что в то времянаша команда рассматривала второе местокак поражение.

Состороны кажется, что спортсмен из-занапряжения не думает вообще ни о чем.
– Ктокак. Мне всегда было, о чем подумать. В2003-м, помню, в Хантах всю эстафетупроревела. Даже тренер сказал: «Всебудет хорошо!». А я пристреляться передэстафетой не могла. На стойке винтовкаходит ходуном, лежка тоже врассыпную.Тренеры сборной суют мне в нос мишень:посмотри, мол, какой кошмар. Ну все,думаю, подведу команду. Настал мой третийэтап. Лежка получилась с дополнительнымипатронами, но другие тоже ошибались.Бегу второй круг: на спусках рыдаю, вподъем дышу. Тут я на себя разозлилась– чего я все вою? И на стойке попала все.Тренер кричит: «Ну чего ты ныла?» А уменя опять слезы – от радости уже…

«Впервой гонке заняла седьмое место, атренеры сказали: «Позор!»

Насколькопристально вы сейчас следите за событиямив биатлоне?
– Временина это нет совсем. Если знаю, что идетгонка, частенько звоню домой: «Папа, кактам обстановка?». И он мне докладывает.«Шипулин, – говорит, – молодец! Гараничев– тоже. Пацаны, в общем, все неплохо, нодевчонки, девчонки, эх! Свет, ты имхоть что-нибудь скажи, а?»

Нутак скажите: почему наши девушки сейчасне слишком убедительны?
– Неудачнопроводим смену поколений. Все трясемсяи боимся: а вдруг девочка плохо выступит,займет последнее место и чего мы будемделать-то? А ведь на нее – на девочку –это психологически будет давить,ой-ой-ой. Ну смешно же! Так нельзя.Обкатывать нужно больше молодежь. ИКубок IBUдля этого не подходит. Для нас бежатьтам было страшным наказанием. В командуты мог больше не вернуться. А сейчас мыговорим, что на IBUмы скорость набираем. Да там никогда ненаберешь скорость, которая нужна наКубке мира.

Навас не давили низкие результаты? Вспомнитекакую-нибудь неудачную свою гонку –что вы тогда чувствовали?
– ВЭстерсунде я как-то стала 81-й с девятьюминутами штрафа. Лежка выходила на ноль,а на стойке… Первый рубеж – пятьпромахов. Я решила, что сломаласьустановка. Жду, что тренеры мне скажут,мол, все нормально, все попала. А никтоничего не говорит. Я уже в лица имзаглядываю: ну говорите же! Нет, молчат.Прихожу на четвертый рубеж – опятьчетыре мимо и только последним попадаю. И ничего, не умерла – наоборот, считала,что нормально выступила.

Асвою первую гонку помните?
– Акак же. В 1996 году я начала заниматьсябиатлоном, а в 1997-м поехала на этап вОберхофе и заняла там седьмое место.Тоже бежала после гриппа. На лыжах я нестояла, наверное, дней десять, так каксразу после отбора на Ижевской винтовкея заболела. Бежала в Оберхофе я ужасно,но зато стреляла ноль.

Чтосказали тренеры?
– «Позор!– сказали. – Лыжница с нулем – на седьмомместе!» Нас никто не жалел и не думал,что мы сломаемся психологически.

Ваширецепты хорошей стрельбы и быстрогохода?
– Бежать в подъем нужноне размеренно «раз-два», а шустро«раз-два-три-четыре». Вот и весь рецепт.Что же касается стрельбы, то после каждойтренировки нужно делать анализ.Обязательно. Чтобы знать причины ошибок.Самой главной бедой для меня была боязньвыстрела. Как только от этого избавляешься,стрельба поднимается на порядок выше.Страх и желание попасть сковывают. Когдастоишь на последнем рубеже и так хочетсяпопасть, ты рвешь спусковой крючок ипуля улетает в молоко. Вы знаете, как мывсе хорошо стреляем на тренировках? Непредставляете, что у нас Альбина Ахатова делала, – богиня!

Умениестрелять – это больше талант илинаработка?
– Этоталант и труд, нужно нарабатывать иодновременно учиться максимальноконцентрироваться. Малейший звук можетповлиять. Или мельчайшая недоработкапальцем. Нажимать спусковой крючокнужно очень плавно. Вижу сейчас у ребяттакие ошибки.

Есливы все видите, почему не пошли в тренеры,а сразу – в депутаты?
– Вдепутаты – потому что так получилось.Если бы не это, может, и стала быпреподавателем. Но почти сразу я попалав законодательное собрание Челябинскойобласти, причем прошла по одномандатномуокругу. Район мне нарезали самыйдепрессивный – Горнозаводской. Всеэто было совершенно новым для меня. Замесяц нужно было научиться разговаривать,доносить до людей свою точку зрения.Хотелось сделать так, чтобы они понялименя и полюбили. У многих ведь какоеотношение: ой, ну спортсменка, нуолимпийская чемпионка – а что с того?Работать было сложно, но меня затянуло.Я пыталась помочь простому народу,развивала детский спорт. В Челябинскойобласти это все на низком уровне.

Что-тоудалось сделать?
– Япридумала свою программу «Чемпионырастут на Урале», нашла под нее спонсоров.Затем год добивалась присвоения ейстатуса, чтобы не было такого: ушлаИшмуратова и все закрылось.

Ишмуратовав итоге ушла, и?
– Всезакрылось.

«Иностранцевприглашаем, а своих затолкали»

Светлана,есть такой вопрос, который мы не можемвам не задать. Как вы относитесь кПихлеру?
– Хорошо.Видели бы вы, как он тренировал МагдаленуФорсберг. Помню, в Контиолахти послегонки и награждения она взяла лыжи ипоехала откатывать тренировку. И непросто пешком, а в хорошем режиме. МнеЗадонский говорит: «Ну и ты прокатипятерочку». Пихлер стоял тогда и объяснял,насколько это важно: «Хочешь стабильности– нарабатывай объем».

Почемуу него не получилось в России?
– Наверное,не ожидал, что у нас столько народу можетвмешиваться в тренировочный процесс.В России только на словах не мешают, ана деле главный тренер не такой уж иглавный.

Тоесть неправду говорят: загнал Пихлер,загубил?
– Туже Зайцеву он не загнал и не загубил.Потому что у нее очень хорошая базабыла.

АГросса как оцениваете?
– Ик нему я отлично отношусь. Гросс – этовеличина. Не так давно сам прошел школуспортсмена. Но мне очень обидно – а гдеже наши ребята? Почему мы приглашаеминостранцев, а своих затолкали далеко?Конечно, думаю, что не все хотят заниматьсятренерской работой, потому что еслиспортсмены – это почти семья, то науровне руководящего состава такогонет. Бывала я на тренерских советах ибыла поражена, как люди друг к другуотносятся.

ТРИДОПОЛНИТЕЛЬНЫХ ВОПРОСА

Знаете,где будет метро ЦСКА?
– НаХодынском поле. Есть же станции «Динамо»,«Спартак». Мы очень хотим, чтоб одна изстанций Московского метрополитенаносила имя ЦСКА – крупнейшего в миреспортивного клуба.

Покакому каналу вы смотрите биатлон?
– ПоМатч тв и Евроспорту. Если приходитсясмотреть на «Матче», то немного приглушаюзвук. Там слишком громкая подачаинформации.

Знакомыли вы с вашим земляком Анатолием Карповыми играете ли вы в шахматы?
– САнатолием Карповым знакома, конечно,он ведь тоже родом из Златоуста. А вшахматы не играю. Отец пытался учить,но так как я постоянно была в разъездах,то он бросил эту затею.