«Домрачева готовится именно так». Врач – об ограниченности тренеров и мельдонии

Спортивный врач Иван Федотов объясняет, почему подход многих наших тренеров устарел и как «Милдронат» вдруг стал оружием против россиян.
«Домрачева готовится именно так». Врач – об ограниченности тренеров и мельдонии
23 марта 2016 18:09
автор: Андрей Васильев

Spb.Sovsport.ru поговорилсо спортивным врачом Иваном Федотовым, который прививает профессиональным спортсменампривычку обращаться за помощью к медикам, а не бездумно увеличивать нагрузки.

Иван Федотов - кандидатмедицинских наук, спортивный врач, клинический фармаколог и руководительнаправления «медицинское сопровождение в спорте» клиники спортивной медицины «Время».

У клиники, которая располагается на Большом Сампсониевском, 60, в целом миссионерскаязадача: объяснить и на примерах доказать, что профессиональный спортсмен можетдобиваться гораздо большего, если он будет обращать пристальное внимание насвое здоровье.

Об измотанном накануне Олимпиады гребце

- У нас есть пример:спортсмен-гребец, который выигрывает чемпионаты России, удачно выступает начемпионатах Европы и мира, а как только подходит к Олимпиаде – начинается провал.Мы проводим тестирование физического состояния и психотесты. Приходим к выводу,что у спортсмена возникает эффект перетренированности. У него настолькоизматывающий график тренировок, что к ключевому старту он уже не чувствует всебе сил выступать.

Об ошибках и недальновидности тренеров

- К сожалению, пока немногиепрофессиональные спортсмены обращаются к нам. Все еще существует у тренеровсоветский стереотип: народу в стране много, можно действовать по принципужесткого естественного отбора.

Я был на велотреке у тренераАлександра Кузнецова, отца теннисистки Светланы Кузнецовой. Помочь друг другумы не смогли, хотя, например, видно, что некоторым спортсменам не хватаетпросто-напросто сбалансированного питания. В итоге результат показывают толькоте, кто готов к этому на генетическом уровне. Набрали двадцать человек: по ходусезона кто-то сломался, кто-то истощился. Некоторым родители покупают витамины,некоторым нет. Десять человек отсеялись, и часто эти вылетевшие спортсмены вдругих командах показывают хорошие результаты. Только за счет того, что для нихстроят индивидуальные графики тренировок. Мы делаем все для того, чтобы донестидо людей: нужен личный вдумчивый подход.

Об опасности внутреннего страха

- Мы хотим, чтобы клиника былаполезна не только молодым спортсменам для оценки их физических возможностей, нои профессионалам. Ведь переутомление опасно травмами, затем может появлятьсявнутренний страх: надо бы напрячься, но изнутри что-то спортсмена тормозит и недает показать максимальный результат.

О генетическом паспорте спортсмена и пользе для родителей

- У нас есть возможностьопределить генетический паспорт спортсмена. Это особенно актуально для совсемюных и для родителей, которые отдают детей в спорт. Большой спорт – своего родабизнес, особенно фигурное катание, большой теннис. Там нужно сразу жевкладывать в детей достаточно большие деньги. По генетическому паспортуизначально можно понять, к какому виду спорта ребенок предрасположен, и неделать ошибок. К сожалению, до 80 процентов детей или просто не остаются вспорте, или даже травмируются, потому что не готовы к конкретной дисциплине илик большим нагрузкам в принципе. Мы можем делать эту первичную оценку.

О стероидном эффекте после употребления спортивного питания

- На рынке спортивного питания,которое используют многие спортсмены, много контрафактной продукции. Мыпредлагаем спортсменам проверку того, что употребляют они. Лет семь назад впяти протеиновых комплексах из семи мы обнаруживали элементы, которые при длительномприменении давали эффект стероидов, то есть фактически провоцировалиположительную допинг-пробу на официальных соревнованиях. Плюс вредили здоровью,разрушали печень.

О подготовке Дарьи Домрачевой

- Очень известное имя –биатлонистка Дарья Домрачева, которая когда-то выступала за Россию и уехала вБелоруссию. Она готовится именно так: специалисты контролируют все детали,никого лишнего к ней не подпускают. С ней работает отдельный психолог, другиеврачи.

О бойцах ММА

- Мы много помогаем, например,бойцам смешанных единоборств. Они много работают над собой, тратятся надополнительное питание – им очень важно отслеживать, от чего есть эффект, отчего нет. Когда возникают ненужные побочные явления. Мы хотим привить этукультуру. Потому что очень обидно видеть, как спортсмены с огромным трудомзарабатывают деньги боями, а потом тратят их на дальнейшую подготовку далеко нетак эффективно, как могли бы.

О помощи тем, кто занимается фитнесом

- Для непрофессиональныхспортсменов мы ввели отдельную программу. К нам приходят те, кто хочет простозаниматься фитнесом, тренироваться в спортзале. Часто ведь приходится видеть,как кто-то крутит велотренажер до изнеможения, уходит из зала и на следующийдень подворачивает ногу. И бросает заниматься с убеждением, что у него ничегоне получилось и не получится. Мы даем возможность разобраться, что организмудействительно нужно и где кратчайший путь к достижению результата.

О безобидности мельдония

- Мельдоний, «Милдронат» –препарат чисто метаболический. Все равно что назвать допингом «Рибоксин» или «Панангин». Мы проводили исследования с «Милдронатом» на животных, со спортсменами тоже.По нашему опыту, нет никакого эффекта повышения результатов. Никакихпреимуществ использование этого препарата не дает.

Эдуард Безуглов: Даже мой кот знал о запрещении мельдония

Об ответственности за скандал с мельдонием

- Ответственность в первуюочередь лежит на руководстве. О внесении препарата в список запрещенныхговорили еще в середине прошлого года. Почему никто не стал сопротивляться,почему не было научного обоснования, почему не подняли всю информацию?Заговорили о мельдонии только тогда, когда стало уже поздно. Его употребляютдля того, чтобы уменьшить риск внезапной смерти, остановки сердца. Запредельнуюнагрузку нужно чем-то компенсировать.

Так получилось, что «Милдронат»– препарат, разработанный в Советском союзе, распространен только в ВосточнойЕвропе, потому что в то время его никому не отдавали. На Западе пользовалисьсвоими, а у нас – этим. Еще десять лет назад его остатки в организме не смоглибы обнаружить, а сейчас технологии такие, что это возможно.