«Давали 20 долларов на еду». Федор Чудинов про США, Россию и характер

Если поверхностно изучить историю братьев Чудиновых можно спутаться во впечатлениях. Они родились в Братске, уехали выступать в США, вернулись в Россию. Стали работать с Владимиром Хрюновым, дружить с мотогруппой «Ночные волки» и ронять своих соперников на ринге.

В последние несколько месяцев у братьев Дмитрия и Федора появилось неприятное отличие. Дмитрий в Англии кровопролитно уступил Крису Юбенку-младшему. Рефери испугался за россиянина и остановил бой в 12-м раунде, когда Дима просто жил на ринге под ударами соперника. Федор поехал драться в Германию и стал россиянином, который отметил 9 мая лучше всех. Во Франкфурте Чудинов побил Феликса Штурма, будучи андердогом у букмекеров и претендентом на титул. Теперь у него пояс чемпиона WBA, признание и вот такая история.

- Мы с Митей действительно родились в один и тот же день, но с разницей ровно в год. Он 15 сентября 1986-го, а я на год позже. Митя более пробивной и активный парень, а я спокойнее, я медленнее иду к цели. Митя с самого начала любил боевые искусства, любил драться: занимался кикбоксингом, потом перешел в бокс, а уже за ним потянулся и я. Так что брат стал примером для меня, сейчас уже без бокса себя не вижу.

- Дмитрий дрался умело, настолько, что мы например плечом к плечу ни разу не дрались на улице в детстве. Почему? Во-первых, Дмитрий один на один дрался редко, если дрался, то сопернику доставалось, его если и били, то несколько человек. Но чаще всего было так, что я уже не успевал к его дракам, потому что Дима мог и с несколькими справиться. Я ближе к концу появлялся.

- На самом деле у меня спокойнее характер намного, могу честно сказать, что в детстве я и на улице проигрывал часто и был более плаксивым. В любительском боксе мне было тяжело: долго разгоняюсь, долго нацеливаюсь на соперника.

- Дважды приходилось чувствовать ощущение тупика. Сначала в любителях, когда мы поняли, что подошли к какому-то уровню, но стало понятно, что дальше развития нет. Потом перешли в профессионалы, уехали в США, и там снова случилось – у нас промоутер был, как собака на сене, и не знал, что с нами делать и отпускать не хотел. Честно, тогда даже думал завязать с боксом.

- В США у нас был момент, когда надо было питаться на 20 долларов в неделю. Что можно купить: пачку гречки и немного овощей. Вот так мы жили тогда. Причем у нас жилье уже было оплачено, мы занимали половину хорошего дома, но на еду откровенно не хватало.

- Пока были маленькие думали просто о том, что нужно выступать, потому что это интересно. Плюс юношеские амбиции, юношеский задор. Тогда это было движущей силой. Потом пришли к тому, что у нас есть другая цель, что нам хочется поучаствовать в возрождении России, русского народа и своими боями нести именно эту идею. Если чем-то начинаешь заниматься, у тебя должна быть какая-то цель, что-то должно мотивировать. Чемпионский пояс – это один из показателей, я не хотел с первой же тренировки стать чемпионом, мне никто не говорил, что я стану чемпионом, хотя и наоборот тоже не говорили, но этот титул для меня важен как показатель роста.

- Бой Дмитрия, когда он проиграл, был одним из самых сложных переживаний в жизни. Когда ты видишь, что брат проигрывает бой, что он пропускает такие удары, это очень тяжело. Даже боялся смотреть, потому что ты просто не знаешь, что тут можно сделать. Но, когда бой закончился, мы поняли, что мы не сломались, да, проиграли бой, получили урок, но это не значит, что на этом все закончились.

- Мы немного поменяли состав команды, изменили подход к поединку и это оправдалось. Было психологическое давление: нельзя проиграть девятого мая к немцу, но и было давление ос стороны публики. Я был сильно удивлен таким отношением: крики во время гимна, крики во время моего выхода на ринг. Мне это не понравилось. Мне просто хотелось поставить точку в том, что делали ночные Волки, в их мотопробеге и хотелось, чтобы россияне опять победили в Германии, как и 70 лет назад.

- Легче драться, когда зал тебя поддерживает. Но, когда все против, это дает большую мотивацию, сразу хочется заставить их замолчать, сразу острее чувствуешь противодействие. Тем более здесь были против меня не как боксера, а как человека, как славянина, который несет какую-то идею.

- Феликс Штурм опытный и крепкий спортсмен. Тактика была классическая, правда в этот раз тренер просил меня больше двигаться, пробовать предлагать ему разные варианты во время боя. Много внимания уделяли защитным действиям. Тренер сильно помог в середине, потому что крики из зала, равномерный бой - начинаешь заводиться, появляется желания порубиться с кулака на кулак, и вот тут как раз тренер мне сказал, что нам наоборот надо больше двигаться, больше обстреливать его с дистанции. То есть мы сменили тактику, но не так, как этого ожидал Штурм.

- Все самое тяжелое происходит до взвешивания.  Когда на фоне психологической усталости, тренировок, ты еще и не можешь нормально питаться. После – ты уже понимаешь, что дороги назад уже нет, уже все. Ты нормально поел, ты спокойно ждешь боя, так что даже какое-то состояние эйфории наступает, нереально сильным себя чувствуешь.

- Мое воскресенье во время тренировок – это прогулки на свежем воздухе, хорошее кино, можно в ресторан сходить поесть чего-то полезного. От поездок на мотоцикле лучше отказаться. Во-первых, есть риск получить травму, во-вторых, ветер для кого-то может это смешно прозвучит, но тебе приходится исключать любую возможность переохладиться и простыть.

- Фильм, который меня впечатлил из последнего, это Ип Ман. Восточная философия, но очень близкая: у человека было все и потом он всего лишается и своими кулаками пробивает себе дорогу в люди.

- Мне нравится Федор Емельяненко, как он ведет себя, как он держится. Несмотря на свою известность, он остается простым, приятным человеком. Удивительный у них контраст с братом. Мы с Димой тоже очень разные, но не настолько.