Бонусы букмекеров
Тренер клуба Universum Box Promotion Магомед Шабуров, недавно начавший работу с бывшим чемпионом мира в супертяжелом весе по версии WBA Русланом Чагаевым, рассказал о том, как и почему стал наставником боксера из Узбекистана.
— Магомед, вас удивило предложение Руслана работать с ним?
— Честно говоря, да. Когда я встречал его в зале, он хорошо выглядел и был всем доволен. Поэтому для меня его обращение ко мне стало неожиданностью. Хотя, конечно, было приятно.
— Честно говоря, да. Когда я встречал его в зале, он хорошо выглядел и был всем доволен. Поэтому для меня его обращение ко мне стало неожиданностью. Хотя, конечно, было приятно.
— За счет чего на данном этапе вы намерены улучшить Чагаева?
— Скажу так: всегда сложнее что-то перестаивать, чем возводить новое. Придется провести тщательную работу над ошибками, которые Руслан делал последние пять лет. Постараюсь вывести на первый план его сильные стороны.
— Скажу так: всегда сложнее что-то перестаивать, чем возводить новое. Придется провести тщательную работу над ошибками, которые Руслан делал последние пять лет. Постараюсь вывести на первый план его сильные стороны.
— Какие ошибки вы имеете в виду?
— У каждого тренера есть своя философия. Моя такова: если вижу шанс, стараюсь ухватиться за него и работать. Я верю в чудеса, но только в те, которые происходят за счет серьезной и тяжелой работы. Поэтому на сотрудничество с Русланом настраиваюсь очень серьезно. Для меня как для тренера это тоже проверка.
— У каждого тренера есть своя философия. Моя такова: если вижу шанс, стараюсь ухватиться за него и работать. Я верю в чудеса, но только в те, которые происходят за счет серьезной и тяжелой работы. Поэтому на сотрудничество с Русланом настраиваюсь очень серьезно. Для меня как для тренера это тоже проверка.
— Вы больше известны, как тренер боксеров более легких весовых категорий. В частности, Сузанны Кентикян, Виталия Тайберта. Руслан — тяжеловес…
— У меня были тяжи. И Валера Чеченев, и Тарас Биденко. Супертяжи — особый тип боксеров. Они хоть и большие, но во многом как дети: с ними нужно много разговаривать, многое объяснять. Но если человек понял, что ему говорят, он работает лучше и более осознанно. Что касается Руслана, он очень легкий боксер для тяжелого веса. А посему должен действовать разнообразнее, быстрее. Должен очень хорошо работать ногами.
— У меня были тяжи. И Валера Чеченев, и Тарас Биденко. Супертяжи — особый тип боксеров. Они хоть и большие, но во многом как дети: с ними нужно много разговаривать, многое объяснять. Но если человек понял, что ему говорят, он работает лучше и более осознанно. Что касается Руслана, он очень легкий боксер для тяжелого веса. А посему должен действовать разнообразнее, быстрее. Должен очень хорошо работать ногами.
— Был ли смысл Руслану выходить на бой с Владимиром Кличко? К бою с Валуевым он готовился на 30 мая, а на ринг вышел 20 июня. Пик формы минул…
— Не знаю, что там произошло. Я не видел ни его тренировок, ни его спаррингов. Но то, что случилось на ринге, стало настоящей катастрофой. Думаю, что это и был тот момент, из-за которого Руслан принял решение сменить тренера.
— Не знаю, что там произошло. Я не видел ни его тренировок, ни его спаррингов. Но то, что случилось на ринге, стало настоящей катастрофой. Думаю, что это и был тот момент, из-за которого Руслан принял решение сменить тренера.
— Но, все-таки, это Руслан был очень слаб или Кличко так силен?
— Кличко делал, что хотел, потому что Руслан не мог ему ничего противопоставить. Он взял его под прицел и начал «обрабатывать». Владимир очень спокойно сделал работу, по-любительски — бил одиночными и «раз-два», правой-левой.
— Кличко делал, что хотел, потому что Руслан не мог ему ничего противопоставить. Он взял его под прицел и начал «обрабатывать». Владимир очень спокойно сделал работу, по-любительски — бил одиночными и «раз-два», правой-левой.
— Бросалось в глаза то, что Руслан, будучи левшой, на протяжении всего боя не вставал в привычную стойку. Что бы это значило?
— Этот вопрос не ко мне, а к бывшему тренеру Руслана Михаэлю Тимму. С такими ошибками я сейчас и пытаюсь бороться.
— Этот вопрос не ко мне, а к бывшему тренеру Руслана Михаэлю Тимму. С такими ошибками я сейчас и пытаюсь бороться.
— Вы с Русланом дружите семьями…
— Не только с Русланом, но и со всеми русскоязычными ребятами в клубе. А с боксерами из моей группы два раза в месяц устраиваем пикники, жарим мясо, общаемся. Но на первом месте у нас спорт. Дружба дружбой, но Руслану со мной легче общаться.
— Не только с Русланом, но и со всеми русскоязычными ребятами в клубе. А с боксерами из моей группы два раза в месяц устраиваем пикники, жарим мясо, общаемся. Но на первом месте у нас спорт. Дружба дружбой, но Руслану со мной легче общаться.
— Кого бы вам хотелось видеть в качестве соперника Чагаева после возвращения на ринг?
— Кличко.
— Кличко.
— Насколько это реально?
— Мы еще доберемся до него. Боксировать нужно только с сильнейшими. И сам Руслан хочет этого. И хотя он потерял былые позиции, все равно остается в первой десятке рейтинга. Думаю, что через пару боев мы будем драться за высшие награды.
— Мы еще доберемся до него. Боксировать нужно только с сильнейшими. И сам Руслан хочет этого. И хотя он потерял былые позиции, все равно остается в первой десятке рейтинга. Думаю, что через пару боев мы будем драться за высшие награды.
— Валуев тоже интересен?
— Думаю, что мы спокойно показали бы, что Валуева можно нокаутировать, если это сейчас не сделает Хэй.
— Думаю, что мы спокойно показали бы, что Валуева можно нокаутировать, если это сейчас не сделает Хэй.
— Верите в победу Хэя над Николаем?
— Тяжело сказать. Большой плюс Николая в том, что его тренер — Александр Зимин, которого знаю лично. Правда не уверен, помнит ли он меня. Я работал с ним в сборной Союза, но тогда был еще совсем маленьким. Мне было лет семнадцать.
— Многие считают, что после начала работы с Зиминым Валуев стал быстрее. Теперь дело осталось за акцентированным ударом.
— Тяжело сказать. Большой плюс Николая в том, что его тренер — Александр Зимин, которого знаю лично. Правда не уверен, помнит ли он меня. Я работал с ним в сборной Союза, но тогда был еще совсем маленьким. Мне было лет семнадцать.
— Так он не может его нанести в силу своих габаритов. У него другая структура мышц. Стал ли он быстрее? А в чем? Он просто стал правильно бить, по канонам хорошей боксерской школы. Зимин же работал с нашими первыми боксерами-профессионалами — Юрой Арбачаковым, Орзубеком Назаровым… Кстати, бои Юрия Арбачакова я часто показываю на видео своим ребятам. Это отличное пособие, как нужно работать «передней» рукой. Лучший учебный материал!
ЭКСКЛЮЗИВ
1.12
19.00
