Евгения Медведева: Говорила ли я в последнее время с Загитовой? Без комментариев

– Евгения, прокомментируйте, пожалуйста, последние новости, касающиеся вашего ухода от Этери Тутберидзе.
– Последние новости заключаются в том, что теперь моим наставником стал Брайан Орсер. Это официальная информация.

– Расскажите подробнее, когда вы приняли решение уйти от Этери Тутберидзе?
– Я бы не хотела вдаваться в подробности.

– Теперь вы будете жить и тренироваться в Северной Америке?
– Да.

– Поделитесь подробностями, как это будет происходить?
– Сейчас это все на стадии разработки. Все, что я могу сейчас сказать: слухи иногда подтверждаются.

– Орсер обрадовался, что вы будете с ним работать?
– Спросите, пожалуйста, у Брайана.

– В последнее время в прессе было много догадок по поводу вашего спортивного гражданства…
– Это абсолютный бред. Мне кажется, все нормальные люди это прекрасно понимают. Смена гражданства – это не ко мне относится. Да, мне придется сменить место жительство на неопределенный срок. Все-таки я хочу себе долгую карьеру, именно из-за этого происходят такие большие перемены в моей жизни. Но никакого гражданства я менять не собираюсь!

– Судя по тому, что вы улыбаетесь, у вас внутренний подъем после перехода к Орсеру.
– Вы себе даже не представляете. У меня никогда не было такой мотивации.

– С Алиной Загитовой вы говорили в последнее время?
– Я не буду отвечать на этот вопрос.

– Этери Тутберидзе заявила, что вы не выходили с ней на связь. Это правда?
– Я думаю, что все, кому нужно, все знают досконально.

– Как будете проводить лето, когда собираетесь переехать в Канаду и когда первая тренировка под руководством Орсера?
– Я свое лето уже провела. Я прямо с корабля на бал – с самолета приехала сюда (в Олимпийский комитет России – прим. ред.). Недельку на солнышке провела, теперь хочу начать восстанавливаться, но пока что в самостоятельном режиме. Так как бытовые вопросы еще не решены, точной даты отъезда нет.

– Вас не пугает переезд в незнакомую языковую среду? Вы будете жить и работать с иностранцами.
– Нет, меня это абсолютно не смущает и никак не пугает. Намного больше половины людей, которые были рядом со мной на протяжении этого тяжелого времени, не разговаривают на русском языке. Поэтому мне не будет дискомфортно. Может быть, языковой барьер и есть, но он совсем минимальный, и я надеюсь, что мой английский язык, который за последние несколько лет стал намного лучше, позволит мне работать как можно более продуктивно.