Четыре оборота вокруг судьбы. Евгений Плющенко превозмог страх перед коварным четверным прыжком

– Я выйду на произвольную в любом случае, – говорил олимпийский чемпион после короткой программы. – Не выйду только, если не встану с кровати.

– Отдаете себе отчет, что без четверного выиграть почти невозможно?
– Конечно. Я готов к поражению. Третье–пятое место, не важно. Задача – победить любой ценой передо мной сейчас не стоит, – уверенно излагал Евгений.
Плющенко перехитрил всех. Третье–пятое место не для него. Пусть он и выступает на одной ноге и из-за больной спины не может повернуть голову. Он же Плющенко! На лед в субботу вышел не английский пациент, а прирожденный «убийца» – хладнокровный и беспощадный.

– То, что Женя будет делать четверной, я понял уже на раскатке, – признался тренер Амодио Николай Морозов.

Поняли это и другие соперники. Потом все они в один голос говорили, что не видели прокат россиянина. Возможно, и так. Вот только не слышать бурную реакцию зрителей было невозможно. Первая овация – после четверного. Вторая и третья – после тройных акселей: одиночного и в каскаде с тройным тулупом. Плющенко заводится и заводит зал. Он в своей стихии: пульс под 200, адреналин, свет прожекторов и восхищение болельщиков. Начиная с середины проката аплодисменты уже не умолкают. Программа заканчивается, зал встает.

Фигурист бьет руками по воздуху, что-то кричит трибунам. Надо уже кланяться, но мешают эмоции. Чтобы успокоиться, Евгений делает круг по льду, возвращается в центр площадки и первым делом посылает воздушный поцелуй жене.

– Когда зал встал, у меня мурашки побежали по телу, – признается Яна Рудковская. – Конечно, я знала, что Женя будет прыгать четверной. Накануне я его спросила «Ты будешь прыгать?». Он сказал: ну, если только для тебя!

– То, что Евгений – необычный фигурист, знают все. Я скажу больше – он феноменальный фигурист, – через полчаса после окончания соревнований мужчин двукратная чемпионка Европы в танцах Натали Пешала до сих пор под впечатлением от проката россиянина. – В это трудно поверить, но после возвращения он катается еще лучше! Он просто «убивает» конкурентов. Они из кожи вон рвутся, чтобы обскакать его, но побеждает всегда именно Плющенко. Я восхищаюсь им! При этом у меня была слабая надежда, что кто-то все-таки сможет составить Евгению реальную конкуренцию. Но такого человека не нашлось…

Нервы сгубили всех: чех Томаш Вернер недокрутил четверной, вместо тройного акселя прыгнул одинарный, ошибся на флипе, испанец Хавьер Фернандес рисковал (а как же иначе!): сделал два четверных, притом разных, но провалил оставшуюся часть программы, с Амодио все стало понятно, когда он вместо четырех оборотов в сальхове сделал два. Не сломался лишь один соперник: другой ученик Алексея Мишина – Артур Гачинский. Два четверных тулупа в начале (один в каскаде) не испортили ему прокат. Артур прыгнул всё, но для того чтобы победить Плющенко, этого оказалось недостаточно.

– Артур, сколько надо было прыгнуть четверных, чтобы одолеть Женю? Три? Четыре? – вопрос Гачинскому.
– Нет, над четверными, конечно, надо работать. Над новыми: их у меня в ближайшее время в программах появится два. Но главное для меня теперь – шлифовать свое катание, прибавлять в компонентах программы.

После победы Плющенко много и с удовольствием разговаривал с журналистами.

– Перед жеребьевкой произвольной думал лишь об одном – только бы не выступать последним, – улыбается Евгений. – К счастью, мне повезло: катался перед основными конкурентами. Пришлось вспомнить молодость, как катался раньше: с большой энергией, с эмоциями. Очень хорошо откатал сегодня. Сделал четверной, причем чисто. После четверного, конечно, завелся.

– Сделать остальные элементы вам уже не составило труда?
– Я прекрасно помню чемпионат мира-2004 в Будапеште. Тогда я исполнил каскад «4–3–2», а потом при заходе на тройной аксель у меня «слетел» конек. Тогда я проиграл Брайану Жуберу, и для меня это стало хорошим уроком. В произвольной программе были еще важные прыжки – аксель, тулуп. К тому же мне надо было докатать в полную силу до самого конца. В квалификации этого не получилось. Но там я катался на уколах – два в спину и три, извините, в пятую точку. (О характере двух травм Плющенко читайте на стр. 4). Сегодня уколов не было. Были массаж и специальные мази.

– Вы получили самые высокие в карьере оценки за произвольную программу. Это ваш лучший прокат в жизни?
– Нет, без двух четверных лучшим прокат назвать не могу. Хотя для моего нынешнего физического состояния он, возможно, действительно лучший. В общем, я очень рад своему седьмому титулу, рад, что вошел в историю (стал семикратным чемпионом Европы. – Прим. ред.). Это для тебя, Котенька, – Евгений машет рукой Яне.

– Зачем вводили всех в заблуждение и говорили, что не будете прыгать четверной?
– Я не утверждал, что на 100 процентов не буду его делать. Говорил, что скорее всего обойдусь без него. Но накануне на тренировке решил все-таки попробовать. Причем не сразу, а через тройной. Сделал нормально, проблемы с коленом были, но терпимые. Тогда и принял решение прыгать его в произвольной.

Я благодарен Господу и врачам, которые со мной работали, что сегодня не произошло прострела в ногу, что не заблокировался мениск. Потому что на последних тренировках в Питере такое произошло – мениск заклинило, и ничего нельзя было поделать. Сегодня же можно было кататься и работать в полную силу, что я и сделал.

– После этой победы вы радовались едва ли не больше, чем на Олимпийских играх.
– С каждым годом мне все сложнее кататься: мучают старые болячки, появляются новые. Именно поэтому я так доволен этой победой. Золото Шеффилда для меня седьмое на чемпионатах Европы и самое ценное. Только шестое, пожалуй, может с ним сравниться.

– Вы – олимпийский чемпион, трехкратный чемпион мира. И вам – 29. Что и кому вы еще хотите доказать?
– Своим катанием я хочу показать, что можно продолжать выступать и после победы в Олимпийских играх, не уходя в коммерцию, в шоу или в тренеры. Главная цель для меня сейчас – четвертые Олимпийские игры. Во время Игр в Сочи мне будет 31, и я хочу показать, что можно выступать и в этом возрасте. Не знаю, какой у меня будет результат на Олимпиаде, но для меня само участие в сочинском турнире уже станет победой.

Перед Ванкувером все говорили, что невозможно не кататься три года и вернуться. Сейчас тоже мало кто верил в мое возвращение. Я знаю, что делаю что-то новое, но не знаю, что из этого получится. Но я первый, кто это делает, и мне это приятно.

– Кататься в шоу проще?
– Конечно, я мог бы кататься в шоу и горя не знать. Но мне нужны адреналин, кураж, непонимание, выиграю я сегодня или проиграю. Нужно ощущение борьбы.

– Решение не участвовать в чемпионате мира – окончательное?
– Операция намечена на 21 февраля. Потом нужен месяц на восстановление – это уже 21 марта. Как раз начало чемпионата мира. У меня еще будет и чемпионат мира, и четвертая Олимпиада. Пока же я хотел бы просто вылечиться.

– Вот наши смеются, – продолжает Евгений, увидев улыбки на лицах Яны, хореографа Давида Авдыша, менеджера Ари Закаряна. – Нет, психически я здоров, – расплывается в улыбке Плющенко. – Хочу вылечиться физически и подойти к следующему сезону полностью здоровым.

– Уже сегодня многие называют вас небожителем, а соперники просто падают ниц перед вами…
– Небожитель – это слишком громкое определение. Люди назвали меня Королем льда. И я стараюсь быть им и остаться таковым в памяти поклонников.