Плющенко держит удар и отбивает мячи

В Мадонна-ди-Кампильо прохладно. Евгений в середине третьего тайма поднимает на себе ветровку. Под ней – серая майка, ставшая от пота темно-серой. На футбольном поле Плющенко вообще-то вратарь. Но одновременно – причем очень часто – еще и форвард. Неожиданно вырывается из «рамки», чтобы совершить рейд к чужим воротам и забить гол.

Команду сколотили из маленьких фигуристов группы Алексея Мишина. К ней примкнули сыновья Яны Рудковской. Мальчикам Яны в такой компании тяжело. Не та физподготовка. Но олимпийский чемпион и отец Евгений Плющенко не дает им расслабиться.

«Коля! – под конец матча строго останавливает он Колю Батурина. – Я сейчас кричать начну. Что ты пешком по полю ходишь? Ты думаешь, у нас тут сборная России? Это они там бегут и смотрят, как кто-то другой забивает. А мы бежим осознанно, осознанно, Коля!»

Конечно, Плющенко так и не начнет кричать. А я, понаблюдав за ним в компании детворы, поверила: из Евгения и правда может получиться хороший детский тренер. У него вдруг непроизвольно находится такое слово, что заставляет свернувшегося калачиком от боли или просто свалившегося без сил мальчишку засмеяться, вскочить и снова бежать на уже, кажется, совсем не бегущих ногах.

В команде у Плющенко самый активный – Алексей Красножон. Он поразительно напоминает… Ягудина! И прической, и цветом волос, и фигурой, и чертами лица, но в основном характером. У них даже имена совпали! Маленький Ягудин, если почитать воспоминания Плющенко, играл в футбол с такой же непримиримой злостью. И срубал юного Плющенко сзади ударом по ногам, как безжалостная газонокосилка.

А наследник Ягудина на моих глазах срубает талантливого фигуриста Макара Игнатова. Тот не спешит подниматься.

– Макар, – склоняется над ним Плющенко. – Носилки и заморозку вызываем?