Бонусы букмекеров
ЭКСКЛЮЗИВ
«Какая же молодец эта девчонка, – обычно такой интеллигентный и строгий президент федерации Александр Горшков не хочет сдерживаться. – Какой боец!» О ком бы вы думали, он так говорит? Об Ане Погорилой. На дебютном чемпионате мира 15‑летняя фигуристка стала четвертой.
– Медаль у меня всего лишь «деревянненькая», – с некоторым неудовольствием констатирует сама виновница торжества президента.
– Просто ее пока еще толком не знают судьи, – дает необходимое пояснение к «деревянной» медали Горшков.
Может, она и «деревянная», но такая важная! Благодаря Погорилой, поддержавшей серебряную Юлю Липницкую, у России появилось три квоты в женском одиночном катании. Мы же знаем, сколько подросло талантливых девчонок, и все томятся в очереди в сборную.
«ТАК БОЛЕЛА ЗА ЮЛЮ – ЖИВОТ СВЕЛО!»
– Аня, – спрашиваю у Погорилой, – кому-то в такой ситуации придется и в другую страну переехать. Вы лично о таком сюжете для себя не задумывались?
– Нет. Если выступать за другую страну, то только за Украину. У моей семьи украинские корни. Но я хочу все-таки за Россию. Громких слов о патриотизме произносить не буду, не люблю пафоса. Просто обычно такие переходы плохо заканчиваются. Ты уходишь от конкуренции, попадаешь в более тепличную обстановку – и деградация неизбежна. Лучше уж я в России за место в сборной продолжу бороться. Пусть это очень и очень нелегко.
– Некоторых девочек в такой ситуации отдают в парное катание.
– Меня раньше пытались. И в парное, и в танцы. Потому что я была очень худенькой и при этом с хорошими прыжками. А теперь уже трудно. Я расту и вес мой вместе со мной. Не критично, разумеется, но в парное катание уже не гожусь, к счастью.
– Вы тренируетесь на одном катке с Юлей Липницкой.
– Ой, я так болела за Юльку на Олимпиаде – у меня даже живот свело! За всех остальных я тоже, естественно, переживала, но не так сильно, как за Юлю. Плакала ли я, когда она упала в личном турнире? Вы знаете, нет. Все равно она уже – олимпийская чемпионка. О чем тут плакать? Она совсем маленькая, она ребенок, я не знаю другого ребенка, который смог бы так командные откатать, как это сделала она.
– Вы бы на ее месте смогли так?
– Трудно ответить на этот вопрос. Может быть, и нет. А все это сумасшествие, которое обрушилось на Юлю после Олимпиады в Сочи, нам пришлось переживать вместе.
«ОСАДА «ХРУСТАЛЬНОГО»
– Имеете в виду осаду журналистами дворца «Хрустальный»?
– Если бы только осада! Было очень неприятно, когда прямо во дворец ко мне приезжали репортеры, не предупредив заранее. Ради Юли. И ради Аделины особенно. Меня с больной спиной заставили имитировать Аделину Сотникову. А мою близкую подругу – Ю-На Ким. Мне это было реально неприятно.
– Что значит «заставили»?!
– Приехало иностранное телевидение и потребовало, чтобы я изображала Аделину с бильманом, а Полина «играла» Ю-На Ким. Уже без бильмана. Они нас снимали и таким способом моделировали Олимпиаду, пытаясь для себя уяснить, кто же был лучше – Сотникова или Ким. Мы с Полиной должны были доказать, что Аделина была лучше Ю-На… И что россиянка достойна своей золотой медали. Но при чем здесь была я?!
– Странные способы ведения следствия. Почему не отказались?
– Не знаю, наверное, согласилась из вежливости. Люди же ради этого к нам на каток приехали. Неудобно отказывать. Но внутри испытывала не самое приятное чувство. Спина болела ужасно. У меня ведь много травм случилось в последние месяцы. Как-то упала, и у меня подозревали сотрясение мозга.
И много чего еще.
«МЫСЛЬ ОБ ЭКЗАМЕНАХ ГНЕТЕТ»
– И после таких травм – этот замечательный во всех отношениях дебют на чемпионате мира.
– Я привыкла выжимать из себя все. Иначе меня совесть потом мучает. На тренировках, если я что-то недоделываю из-за усталости или из-за того, что просто не хочу, я так себя грызть начинаю, что совершенно лишаюсь покоя. Правда, скоро мне предстоят пере-
водные экзамены в школе по литературе, физике, алгебре, геометрии, биологии и русскому… В учебе я тоже стараюсь отдаваться по максимуму. Но сама мысль об этих экзаменах отравляет существование.
водные экзамены в школе по литературе, физике, алгебре, геометрии, биологии и русскому… В учебе я тоже стараюсь отдаваться по максимуму. Но сама мысль об этих экзаменах отравляет существование.
– Вы в Японию с учебниками приехали?
– Нет. Только с одной книгой.
– С какой?
– «Отцы и дети» Тургенева.
– Первый чемпионат мира, а у вас страха – ни на йоту. Бывает ли такое?
– Как видите, да. Чемпионат мира у меня вызвал множество самых разных эмоций, но страха среди них не было. Была, напротив, уверенность. Возможно, потому, что я не ставила перед собой каких-то целей. Всего одну: откататься хорошо для себя. И для моего тренера Анны Царевой. Вернее, я волновалась, конечно. Но не больше, чем на других стартах. Могу сказать, что на чемпионате России я волновалась больше.
– А как же 18‑тысячный зал?
– Да я как-то больше смотрю на судей. Наверх не заглядываю. Единственное – слава богу, что я каталась не после Мао Асады. Ее так провожают со льда, такими децибелами – ты не слышишь тренера, ты не слышишь вообще ничего, у тебя в голове все начинает перемешиваться… А я выходила на произвольную после Юли Липницкой. Там все было спокойнее. Я думала только о том, чтобы откататься с наслаждением. И чтобы оно передалось другим.
– Как вы узнали, что едете в Саитаму? Вас же держали в состоянии неизвестности до последнего. Все зависело от того, какое решение примет олимпийская чемпионка Аделина Сотникова.
– Сначала я очень ждала, какое будет принято решение. Шли разговоры: «Посмотрим. Надо подумать». Когда мне окончательно сказали, что поеду все-таки я, я уже была совершенно безмятежной. Будь что будет. Саитама вскрыла некоторые проблемы, над которыми еще работать и работать. Прежде всего над лутцем. Я на тренировках с него часто падаю, потому буду больше ему уделять внимание. Эти проблемы повторением «лечатся». Прыгать, прыгать, и… Должен он сдаться, куда он денется!
– С Юлей Липницкой удалось сходить куда-нибудь в Японии? В соцсетях было много ее фотографий рядом с цветущей сакурой.
– Юля ходила к сакуре без меня. Мы не так уж и много здесь общались. Мало тем для обсуждения…
– Первый чемпионат мира для вас обеих – и мало тем?
– Ой, о чемпионате мира мы совсем не хотели говорить. Если виделись случайно в отеле или на катке – разговаривали. Но не о фигурном катании. Так, обо всем понемножку. Мы не то что специально избегаем этого, просто о фигурном катании почему-то даже не заходит речь.