Дача профессора Мишина: кто-то скажет – Венеция, кто-то – пионерлагерь… (видео)

Мишин обещал меня встретить на железнодорожной станции. Я стояла под козырьком металлического навеса, заботливо кем-то сооруженного, по крыше навеса стучал дождь, а по другую сторону сквозь волны набегающего тумана просматривались палатки с лежащими вдоль них спортивными гребными лодками.

Леса с рассыпанными среди сосен замшелыми валунами – нелюдимые и дикие. Название станции Лосево, разумеется, говорящее, но, помимо лосей, здесь еще водятся кабаны и медведи. От кабаньих клыков на излете зимы погиб мишинский пес Джульбарс.

Еще прошлым летом, на сборах в итальянских Доломитах, Алексей Николаевич очень переживал, что Джульбарс, в очередной раз сорвавшись с цепи, убежал к своей подружке за озеро. И по телефону требовал его срочно разыскать.

И вот он погиб, как настоящий Ромео.

От него остался внебрачный сын Султан, но главным хранителем, как выражается Мишин, «нашего садоводства» будет теперь не он, а тибетский мастиф… Пять тысяч лет породе, тибетские мастифы с древних пор охраняли в Тибете монастыри. Плюшевый Чанг – пока еще дружелюбный щенок, ему всего три месяца, хотя по размеру уже слоненок, что же дальше-то будет…

Собаки с небанальными биографиями, рабочий, проезжающий на маленьком тракторе между домом, выстроенным на камне, и домом, стоящим прямо на воде, американская голубика в два сантиметра в диаметре, утки, которые «ходят прямо, как люди», «призовые» гусиные яйца, походная баня на острове, ловля щуки в темной воде – обо всем этом я даже не догадывалась, когда Профессор меня встречал. Потому и спросила:

– Что ты понимаешь? – встрепенулся Мишин. – Сто шесть километров от Петербурга – это тот минимум… Ближе нельзя. Ближе публика.

Входя в распахнутые ворота, я пытаюсь сосчитать количество белых домиков, расположившихся среди прудов и мостов. Пруды выкопал Мишин, соединив их мостами. Там водится полторы тысячи рыб, и внешне дом для гостей ничем не отличается от курятника, если только размерами. И там и там – художественная ковка.

А на березе в гнезде сидит аист. Не сразу замечаешь, что это обманка и аист ненастоящий, как и гриб величиной с ребенка, ненавязчиво внедренный между двумя соснами. На валунах лежат каменные олени, а у причала, словно венецианские гондолы, покачиваются моторные лодки.

– Ты к нам летом приезжай, – приглашает супруга Профессора, Татьяна Мишина. – Алексей сделал нам ступеньки, и лестница с причала ведет в воду, летом на озере расцветают кувшинки, и в хорошую погоду мы плаваем среди них, это такая красота…

Заманчиво, согласна. Но сейчас мне нужно думать скорее о том, чтобы не упустить ненадолго выскользнувшее из хмурых облаков солнышко, поскольку видеоэкскурсия по «Венеции Мишиных», снятая под проливным дождем, который и правда в скором времени хлынет, будет выглядеть крайне тоскливо и несправедливо по отношению к удивительному, созданному их фантазией миру.

«Плавать, плавать, – Алексей Николаевич нападает на уток, вздумавших лениться на проклюнувшейся у прудов первой травке. Утки бросаются в воду и выстраиваются в стройную флотилию. К ним присоединяются гуси…

– Для тебя это принципиальный момент? – отвечает мне с другого берега Мишин. – Покупаю взрослыми в питомнике «Гуси-лебеди». У меня вот тут есть мускусные утки, «шампанские», но это я сам придумал, потому что они ходят прямо, как люди, серые и белые гуси.

– Ничего не подрезаю. Они у нас очень сознательные. Сами гулять, сами домой.

На пеньке стоит красивая корзинка, доверху заполненная гусиными яйцами. Они очень тяжелые, с обыкновенным куриным магазинным яйцом сравнения неуместны. Что-то я уже слышала об этих яйцах. Ну как же, интервью Евгения Плющенко незадолго до его тридцатилетия: «Недавно Мишин принес на тренировку яйца». Женя, едва удерживаясь от смеха, рассказывал мне, как Мишин появился на катке с интригующим вступлением: «Я тебе яйца принес». Плющенко, имитируя легкое заикание, обозначающее замешательство, переспросил: «К-какие еще яйца, Алексей Николаевич?». – «Какие-какие, гусиные… Сам выращиваю!»

Итак, эти легендарные яйца передо мной. Пусть не те же, но во всяком случае ничем не отличающиеся от принесенных на тренировку Плющенко.

– Наши маленькие фигуристы очень любят получать их в качестве приза, – Татьяна Мишина дает мне подержать «призовой фонд». – Мы ими награждаем за хорошо исполненный прыжок.

– Это наше новое «хау», – многозначительно кивает Профессор.

– Лиза Нагуманова, это очень талантливая девочка, очень хорошая, она еще маленькая, конечно, но из нее может получиться нечто очень интересное.

…Яйца что. Существуют места на земле, где за победу дарят крольчих. И что же с ними потом делать? Хорошо, что у Мишиных такая дача. Крольчиху подарили их старшему сыну Андрею, теннисисту, и вот теперь она живет в клетке рядом с теплицами, выглядывая оттуда с вибрирующим от любопытства носиком.

У стен теплицы также уютно устроилась американская голубика. С одного куста собирают несколько килограммов ягод, два сантиметра в диаметре. Алексей Николаевич очень профессионально излагает, как за ней ухаживать, какой она любит грунт. Помидоры и огурцы в теплицах посажены были вчера. У каждого помидора свой резервуар в обрезанной пополам пластиковой литровой бутыли. Клубника висит в цветочных горшочках.

– Ну конечно. А кто же за меня будет сажать? Все сам, – подтверждает Профессор.

О том, что это дома одного из лучших в мире тренеров по фигурному катанию, напоминает только конек, привинченный на повороте лестницы, ведущей на второй этаж. И небольшая фотография в рамочке, где Алексей Мишин изображен со своим первым олимпийским чемпионом Алексеем Урмановым и совсем юным Плющенко. Но и этот портретик окружен стопками садоводческих справочников.

Но мне гораздо больше понравился портрет в бильярдной, на котором Мишин позирует с аршинной рыбой, а под ним висит красный вымпел: «Лучшему рыбаку». Чучела хищных птиц, порой представляющих собой целые композиции с охотничьими сценами, шкуры волков и медведей – это целая история, и началась эта коллекция с подарка Евгения Плющенко. Тогда у Мишиных была другая дача, в Солнечном, в ближайшем пригороде Петербурга, это что-то наподобие подмосковной Барвихи. Женя подарил своим тренерам чучело полярной совы, но та ли эта сова, которая сейчас стоит в углу бильярдной, или какая-то другая, Татьяна Николаевна точно уже не может вспомнить, прошло слишком много лет.

…Ну что ж, а теперь – рыбалка! Не буду врать для красного словца. Ничего мы не поймали. Три часа проплавали по озеру Лопата, все пытались ловить щуку свирепыми тройными крючками. Оказывается, ее ловят без наживки, хищной рыбе достаточно увидеть искусственную блестящую рыбешку, болтающуюся над крючком, и она начинает за ней охотиться.

В этот раз, возможно, из-за стремительно меняющейся погоды щуку не интересовало ничего. И даже чайки, живущие на острове посреди озера, не кидались на лодку, хотя обычно они нападают целой стаей, пикируя на конкурентов.

Зато баня на острове потрясает воображение по-прежнему хитрого на выдумки русского народа. Мишин показывает мне как будто ничем не примечательное кострище с обгоревшими березовыми поленьями:

– Представь себе, часто приезжают два товарища на хороших машинах, берут лодку, переправляются на остров, разжигают костер, ждут, пока камни станут раскаленными, потом накрываются палаткой и устраивают себе парную. Потом, распарившись, несутся голышом по тропинке вниз и бросаются в озеро...

Знаменитая семейная пара тренеров по одиночному катанию.

Алексей Мишин родился 8 марта 1941 года в Севастополе.

Татьяна Мишина (Оленева) родилась 16 июня 1954 года в Ленинграде.

Достижения: Татьяна и Алексей Мишины вырастили трех из четырех олимпийских чемпионов России в мужском одиночном катании – Алексея Урманова, Алексея Ягудина, Евгения Плющенко.

Другие заметные ученики Мишиных: Олег Татауров, вице-чемпион мира и Европы; Артур Гачинский, вице-чемпион Европы и бронзовый призер чемпионата мира; Елизавета Туктамышева, чемпионка России и победительница этапов серии Гран-при, бронзовый призер чемпионата Европы, чемпионка первых зимних юношеских Олимпийских игр.

Татьяна и Алексей Мишины живут и работают в Санкт-Петербурге. Сыновья Андрей и Николай. Внук Алексей.