Суды, концлагеря и казармы. Как используют стадионы в собственных интересах

Китайским футбольным клубам мало многомиллионных покупок звезд мирового масштаба. Учитывая, государственное влияние на все сферы жизни, то, наверное, мало властям Китая. В городе Луфэн на стадионе собрался настоящий аншлаг. Но не стоит полагать, что зрители пришли полюбоваться игрой местной команды. Власти Китая учинили на арене показательную «порку» преступников. Под одобрительные возгласы толпы десять из двенадцати убийц и наркоторговцев получили «высшую меру» и были казнены в китайской провинции Гуандун.

Примечательно, что Луфэн считается наркостолицей Китая, поэтому тысячи местных жителей с удовольствием пришли на стадион посмотреть за ходом открытого судебного заседания. Подозреваемых одного за другим выводили в наручниках на беговую дорожку и объявляли приговор. Избежать немедленной казни удалось лишь двоим. Местные жители были очень довольны таким показательным судом: уж очень надоели им производители метамфетамина из ближайших деревень.

На самом деле, это уже не первый случай публичного судебного процесса на стадионе в городе Луфэн. Еще в 2015 году в присутствии 10 тысяч зрителей на стадионе сразу 13 подозреваемых схлопотали «смертную казнь» за торговлю наркотиками. По мнению властей, подобные «показательные порки» - прекрасное дополнение к программе по борьбе с наркотиками.

Как в таком случае не вспомнить другие случаи использования властями стадионов в собственных нуждах. Один из наиболее ярких примеров – «Национальный стадион» в чилийском Сантьяго. Арена была построена в 1938 году и почти полностью повторяла грозный берлинский «Олимпиаштадион». Но уже спустя два года в 1940 году во время волны эмиграции в страны Латинской Америки, всех желавших приехать в Чили свозили именно на этот стадион. Шутка ли – прожить несколько месяцев на арене в ожидания решения по своему делу, которое даже не рассматривали.

Один из заключенных Адам Счеш рассказывал: «15 сентября был такой момент. Солдаты стянулись к полю, мы слышали, как оттуда доносилась песня Venceremos («Мы победим» – гимн избирательной кампании Сальвадора Альенде, которого убили во время переворота – прим.). Раздались выстрелы. Чем больше стреляли, тем меньше голосов доносилось. Вскоре песня окончательно затихла, прекратились и выстрелы. Охранники позже обсуждали это между собой, и мы услышали, что там было 37 человек».

Все же стадион в Сантьяго видел футбол. Даже целых 33 года, пока диктатор Чили Аугусто Пиночет не стал использовать объект для интернирования 40 тысяч задержанных противников его режима. Допросы проводились прямо на велодроме, женщины содержались в плавательных бассейнах, а мужчины – на поле и трибунах арены. Во многом, из-за такого нецелевого использования стадиона сборная СССР отказалась ехать в Чили на стыковой матч за право выхода в финальную часть чемпионата мира 1974 года.

За что советская сборная была «награждена» техническим поражением 0:3.

Во время Второй Мировой Войны в оккупированном Бресте нацисты сгоняли на стадион «Спартак» в Бресте местных жителей, где держали несколько дней без еды и воды.

Жительница Бреста, член жилищной комиссии Брестского городского совета Г.Я. Пестружицкая писала: «В первый же день арестовали всех сотрудников советских учреждений, активистов общественных организаций, стахановцев железнодорожных мастерских и депо, предприятий и промысловых артелей. Арестованных вместе с семьями загнали на стадион «Спартак». Когда меня привели на стадион там уже было больше тысячи человек. Два дня продержали нас под открытым небом без пищи и воды. Голодные дети плакали.

Всего, по сообщениям советских жителей города Бреста, за первые дни оккупации было замучено и расстреляно около тысячи граждан. В этом кровавом действе был задействованы помещения стадиона «Спартак».

Стадион – универсальное и излюбленное место властей «всех мастей», которое используется для собственных нужд. Вот и в объятой войной Сирии стадионы в Дамаске, Латакии, Хомсе, Драа и других городах были тюрьмами для арестованных еще в 2011 году. Соучредитель Центра изучения прав человека в Дамаске Радван Зайдех тогда писал: «Сирийские власти прервали чемпионат по футболу и превратили все футбольные поля в пункты концентрации арестованных и пыточные». Газета «Взгляд» также писала, что часть стадионов была переоборудована в казармы для расквартировки войск, воевавших с силами оппозиции.

Собственно, и в России стадионы имеют некое «сакральное значение». В 2014 году Глава Чеченской республики Рамзан Кадыров собрал на стадионе сразу 20 тысяч силовиков и объявил всех «спецотрядом пехоты Путина».

«Пришло время сделать свой осознанный выбор, и мы говорим на весь мир, что являемся боевой пехотой Владимира Путина. И если поступит приказ, мы делом докажем, что так оно и есть. 15 лет Владимир Путин помогает нашему народу. Теперь мы с вами, а нас десятки тысяч, которые прошли специальную подготовку, просим национального лидера России считать нас добровольным спецотрядом верховного главнокомандующего, готовым защитить Россию», - говорил Рамзан Кадыров.

В общем, есть спорт или нет, но стадионы простаивать не будут никогда. Была бы арена, а мероприятие для нее найдется.