Вячеслав Колосков: «Зенит» проигрывает кому попало

Чиновник-ветеран вспомнил, как в 1982 году в Испании пел песни вместе с Владимиром Винокуром, а также оценил реформы, которые предлагает владелец «Спартака» Леонид Федун.

– Есть ли у вас уверенность, что мы проведем чемпионат мира на высшем уровне?
– Полностью в этом уверен, сомнений никаких, поскольку участвовал во многих мероприятиях, связанных с подготовкой к чемпионату мира. Кроме того, знаю отзывы своих коллег в ФИФА, которые проехали по всем стадионам и посмотрели инфраструктуру. Она тогда только строилась. А сейчас посмотрите – новые аэропорты, гостиницы, скоростные поезда. И все это для болельщиков бесплатно. Плюс к этому колоссальный опыт наших волонтеров, которые отлично знают, что делать и как. С ними постоянно ведется работа. Также не стоит забывать и о нашем традиционном гостеприимстве – каждый город козырнет своей «фишкой».

– За полгода до ЧМ у нас не были готовы семь стадионов. Такое когда-нибудь было в вашей практике?
– Конечно! ЮАР и Бразилия – яркие тому примеры. Но мы должны ориентироваться не на них, а на то, как это было сделано в Германии. Все, что связано с футбольной инфраструктурой, там сделали с иголочки.

Верю президенту Путину, который на своей последней пресс-конференции четко сказал, что все стадионы и инфраструктура будут готовы вовремя. А он знает, о чем говорит.

– Другая проблема изнанки чемпионата мира – отсутствие недорогих номеров в отелях. Например, в Саранске аренда квартиры в эти даты на одну ночь стоит около 25 тысяч рублей, а аренда двухкомнатной квартиры с видом на кирпичную стену – 100 тысяч. И так в каждом городе. О чем это говорит?
– В 2010 году, когда вся Москва была в дыму из-за торфяных пожаров, я на свое несчастье улетал в Абхазию. Приехал во Внуково, мне сказали: «Сидите, ждите». Два часа подождал, три часа, решил пойти перекусить, купить водички. Стоит лотошница, у нее бутерброды, сыр примерно позавчерашний – 250 рублей. Кусочек хлеба тонкий-тонкий. Вода – 150 рублей. Я милиционеру говорю: «Ну что же это делается? Люди и так страдают, а тут…» И он мне: «А что я могу сделать?» Примерно так же я могу ответить вам на вопрос – для чего у нас существует государство?

– Даже в частном сегменте?
– Да. О чем сейчас идет разговор? О том, что могут быть тарифы, но не выше определенного предела.

– То есть можно включить налоговый аппарат?
– Совершенно верно. Ничто не мешает разработать временное законодательство, согласно которому хостелы такого-то качества могут стоить не больше 500 рублей в сутки, чуть лучшего качества – 900 рублей. И так далее.

Только государство может выступать регулятором в этом вопросе. А подход «он частник, хочешь – покупай у него, не хочешь – не покупай» неправильный. Это самоустранение государства от насущной проблемы, которая будет касаться и наших болельщиков.

Есть такая практика, когда в законодательстве прописываются максимальные тарифы за коммунальные услуги, которые по закону превышать нельзя. Ничто не мешает это сделать, и надо пойти по этому пути.

– Верите в то, что для всех болельщиков будут бесплатные поезда?
– Те, кто успеют заранее забронировать себе билеты, поедут бесплатно, но понятно, что на всех таких поездов не хватит.

– Вы наверняка знакомы с революционными предложениями владельца «Спартака» Леонида Федуна. Он предлагает сократить число команд в РФПЛ до 14 и на втором этапе чемпионата делить их на две семерки. Одна борется за медали и попадание в еврокубки, вторая – за выживание. Что скажете?
– Я в футболе 26 лет и прошел, пожалуй, все возможные реорганизации. Лучше, чем двухкруговая система с 16 командами, нет. Здесь мы учитываем и погодные условия, и уровень развития футбола в регионах, и наличие нужного количества квалифицированных футболистов и тренерских кадров, и возможности финансирования. Также помним про загруженность в еврокубках и игры различных сборных. Леонид Арнольдович ратует за увеличение числа домашних матчей. Но ведь есть кубок страны, второй по престижности российский турнир! Дойдите до финала и получите 3-4 дополнительных встречи на своих стадионах. Ведь обладатель кубка входит в историю. И клуб, и все его футболисты.

– Когда Кубок России перестал был престижным соревнованием?
– Прагматизм наступил тогда, когда думать стали не о футболе, красоте игры и болельщиках, а о коммерции. Надо вернуть престижность кубка, играть основными составами, и вот они – четыре дополнительных матча.

– Как это сделать?
– Об этом пусть болит голова у Виталия Мутко и других. В приказном порядке данный вопрос не решить. В свое время я думал прописать в регламенте турнира пункт, согласно которому в матчах должно принимать участие не менее 75% игроков основного состава. Но как основной состав определить? У тренера 25 человек в заявке, и он сам решает, кто должен выходить на поле.

Должна проводиться кропотливая работа, в том числе совместно с РФПЛ. Какие стимулы существуют? Во-первых, путевка в Лигу Европы, причем сразу в групповой раунд. Во-вторых, попадание в историю. В-третьих, бонусы, которые выплачиваются за каждый выигранный матч. Так что непрестижность Кубка России – результат недоработки РФС, лиг и клубов.

Но самое страшное, что может быть, – это разделение клубов на элитные и все остальные. К элитным клубам приковано все внимание болельщиков и телевидения, они и зарабатывают большую часть денег. А остальные команды вообще никому не нужны – ни губернаторам, ни зрителям. И для чего тогда строятся в регионах детские спортивные школы, академии, укладываются поля?

Мы начали с того, что общий уровень конкуренции и инфраструктуры повышается. Вот лидер текущего сезона «Локомотив» уступил «Тосно» (0:2) и «Уфе» (0:1), «Зенит» проигрывает кому попало. Это в Германии есть только два матча «Баварии» с «Боруссией» Дортмунд, а у нас более или менее высокая конкуренция.

Хорошо, что в межсезонье мы говорим непосредственно об игре, а не об околофутболе, за это Федуну спасибо. Какую инициативу я действительно поддерживаю, так это отчисления тренерам за футболистов, которых они подготовили. Но это и сейчас есть в регламенте.

– В регламенте прописан гонорар тренерам с процентов от трансферов, но многие футболисты переходят бесплатно. Нет ли опасения, что если процент будет платиться с зарплаты игроков, на бумаге оклады станут значительно ниже, чем в реальности?
– Для того чтобы такого не случалось, существует организация, которая должна управлять футболом, – РФС.

Сергеем Степашиным в то время, когда он еще являлся членом исполкома РФС, был разработан финансовый регламент, где все это очень четко расписано. Но нашим руководителям, к сожалению, не хватило политической воли для того, чтобы этот регламент принять и поставить на место жуликов, которые сегодня есть в футболе.

– Чтобы не платить тренерам, клубы на бумаге сознательно занижают зарплаты футболистов.
– Это, конечно, унижение.

– Как вы начинаете свой день?
– Встаю в семь часов утра. Полчаса занимаюсь утренней гимнастикой, затем водные процедуры.

– Пресс качаете?
– Не специально. У меня есть несколько упражнений, которые в том числе и на пресс. Программа такая: 15 минут в позиции лежа, еще 15 минут – обычная гимнастика. И так каждый день вне зависимости от того, во сколько лег. А вечером, во сколько бы я ни приехал в работы (живу за городом), от 45 минут до часа – прогулка. В субботу-воскресенье до обеда прохожу 3-4 километра, после обеда – еще 2-3. Что касается всего остального, моя ежедневная норма сейчас – 70–100 грамм водки.

– Обязательно перед сном?
– Нет. В будни выпиваю пару рюмок по 300 грамм после прогулки, а в выходные – 50-70 грамм перед обедом или ужином. Сейчас не злоупотребляю. Те дозы, о которых ходят легенды, мне уже не по силам.

Меня научил пить старший вице-президент ФИФА при Жоао Авеланже, президент Федерации футбола Северной Ирландии Гарри Кеван. В Саудовской Аравии, где был сухой закон, во время проведения чемпионата мира среди молодежных команд у него в номере отеля в холодильнике стояла бутылка виски, и все знали – Кеван не может без этого дела. Это составная часть его образа жизни.

– Сколько у вас чемпионатов мира за плечами?
– Все с 1982 года.

– Были на каждом?
– Конечно, ведь я был членом оргкомитета чемпионатов мира. А председателем оргкомитета я работал на олимпийских футбольных турнирах – в 1980 году в Москве и в 1984-м в Лос-Анджелесе.

– А в 1988 году мы стали олимпийскими чемпионами в Сеуле. Где смотрели тот финал против Бразилии (2:1)?
– Я являлся председателем оргкомитета, и у меня была та же ложа, где сидели все министры и члены МОК. Там же находился и Марат Грамов (председатель государственного комитета СССР по физической культуре и спорту. – Прим. ред.). Когда прозвучал финальный свисток, он схватил меня за руку – и бегом вниз по ступенькам к команде. Радость была неописуемая.

Вообще 1988 год для меня особый. В 1987 году Грамов назначил меня начальником и футбола, и хоккея. И в 88-м мы сначала выиграли Олимпиаду в Калгари, затем заняли второе место на чемпионате Европы, а потом еще и первое место в Сеуле.

Таким образом, у меня две золотые медали за победу на зимних Олимпийских играх (1976 и 1988), золотая медаль за Сеул (1988) и серебро за чемпионат Европы-88. Плюс перстень за победу в Кубке Канады. Это очень дорогой для меня сувенир.

– Кого мы должны превзойти в организации, чтобы наш чемпионат мира назвали лучшим?
– Если говорить об организации, то, конечно, Германию. Она номер один, без вопросов. А по эмоциям мне больше всего понравился ЧМ-1982 в Испании.

Помню, на этом ЧМ у нас была группа поддержки – Владимир Винокур, Иосиф Кобзон и Левон Оганезов. В один из выходных дней в Барселоне пошли в кафе, часа в четыре вечера. Сели, выпили, поговорили. А в кафе был рояль, на котором играл тапер в красивом белом смокинге. И когда он отошел, Оганезов стал на нем что-то наигрывать. Тапер заметил, встрепенулся поначалу, но когда услышал, как Оганезов играет, подошел, облокотился на рояль и стал слушать.

Потом народ разогрелся, Винокур затянул «Вдоль по Питерской». Оганезов поддержал, Кобзон подпел, да и мы чуть-чуть поддали громкости. И пошло заполнение кафе. Когда мы туда пришли, там находилось три-четыре человека, хотя само кафе вмещает человек 60. И в 18 часов оно было уже битком. А когда мы выходили часов в десять, очередь уже стояла – «ну и русские!»

Так что по эмоциональным составляющим ЧМ в Испании был одним из лучших.