СВЕТСКАЯ ЖИЗНЬ

Нимб героя нации, годами старательно создаваемый немцами над головой голкипера мюнхенской «Баварии» и сборной Германии Оливера Кана, оказался развеян за один месяц март. Вратарь-монстр совершил поступок, расцененный всеми как жестокое и циничное моральное надругательство над собственной женой, с которой он прожил вместе десять лет.

РОМАН С ПОТАСКУШКОЙ

33-летний Кан затеял роман с юной потаскушкой, причем позволил, чтобы о нем стало известно как раз в тот момент, когда 31-летняя жена Симоне была беременна и готовилась вот-вот родить.

Если бы такое произошло в тоталитарные времена, не миновать бы Кану вывешивания своей личности на «доску позора» с надписью типа «Позор морально разложившемуся развратнику и предателю!»

Резкую перемену в Кане с удивлением заметили года четыре назад. Он вдруг обзавелся модной прической, покупал дорогие костюмы, приобрел сверхдорогостоящий черный «Феррари», позировал для стильных журналов. Ничего этого раньше не было и в помине.

«Наши чувства настолько сильны, что могут выдержать любую «бомбу». Нас не разлучит никто и ничто», — утверждала Симоне еще в ноябре. Всего за пару месяцев до того, как «бомба» разорвалась. Ею оказалась 21-летняя Верена К., блондинка с массивным серебряным крестом на шее и «пирсами» на носу и губе, которая днем работает в автомобильной компании, обслуживая покупателей, а ночью — барменшей в популярном мюнхенском дискоклубе «P1».

«Да, в моей жизни есть другая женщина», — осталось признать Кану. «Заметьте, он не сказал «была». Он сказал «есть», — прокомментировал «Бильд». — Значит, он не хочет прекращать отношения с Вереной!»

ИГРОК НАШКОДИЛ — БОССЫ ОТДУВАЮТСЯ

Драматические коллизии личной жизни могли бы кого угодно выбить из колеи. Но не таков Кан. Он в который уже раз продемонстрировал, что его нервы из железа. «Жизненный кризис? Разве я похож на человека, переживающего жизненный кризис?» — храбрился он.

Надежности в его действиях в «раме» действительно нисколько не убавилось. Напротив, в марте он побил еще один вратарский рекорд бундеслиги — по «сухой» серии на выезде. Чуть ранее от его рук пало другое достижение — по «сухой» серии вообще.

Что еще нового обнаружили в нем в связи с этой историей — так это невесть откуда взявшуюся покладистость при раздаче автографов. Если раньше он угрюмо проходил мимо просителей, то теперь стал с ними удивительно учтив и прилежен. Времена меняются…

Оборону пришлось держать не только Кану. Косвенным образом досталось начальникам «Баварии» Оттмару Хитцфельду с Ули Хенессом. Одна особо настойчивая тележурналистка на пресс-конференции их вконец достала. Сцена была такова. Вопрос: «А знаете ли вы, господин Хитцфельд, что за Симоне Кан ухлестывает Томас Хельмер? И что подружка Кана посещала его в отеле, где наша сборная проживала во время чемпионата мира?» Ответ: «Нет. Я же тренер «Баварии», а не сборной». Вопрос: «Как вы считаете, могут себе футбольные звезды позволять все, что угодно? И не последуют ли за историей Кана множество других подобных, если его сейчас не приструнить?» Ответ: «Вы надеетесь меня спровоцировать? Зря. Лучше вам, наверное, пообщаться с Ули Хенессом».

Хенесс, более темпераментный по своей натуре, сразу пошел в ответную атаку: «О, святая простота, неужели вы хотите собрать здесь какую-то сенсационную информацию? Неужели думаете, что ваше свинство принесет плоды? Лучше подумайте над тем, как испорчено это общество!» Телевизионная дама сдаваться не собиралась: «Скажите, а повышенное самообладание — это непременное требование, которому должны отвечать звезды?» «Вы все время хотите скандала, театра, шоу! — вышел из себя раскрасневшийся Хенесс. — Не хотел бы я зарабатывать деньги так, как это делаете вы!»

СБОРНОЙ ОН ВСЕ-ТАКИ ЕЩЕ ПРИГОДИТСЯ

Сын Оливера, которого назвали Давид, появился на свет 6 марта. Это произошло неожиданно, поскольку кесарево сечение было запланировано на неделю позже. В результате оно и не понадобилось: родился Давид естественным путем. 2900 граммов и 49 сантиметров — для справки.

Что дальше? Что бы ни произошло, Кану теперь, по-видимому, долго предстоит «отмываться» перед нацией. Опрос показал, что 58 процентов немцев больше не видят в нем образец для подражания, а 7 процентов даже требуют изгнания его из сборной. «Не надо так сгущать краски, — протестует наставник национальной команды Руди Феллер. — Ситуация сложная, согласен, но Оливер должен оставаться с нами».

С кем предпочтет он жить дальше? Родственники Кана утверждают, что своими глазами наблюдали сцену, как Оливер, увидев Давида, расплакался от счастья, а потом со слезами на глазах умолял Симоне простить его.

Могло ли помочь рождение сына сохранению семьи или разрыв был неизбежен? Эксперты по семейным делам полагают, что ребенок в большинстве случаев не только не улучшает взаимопонимание между родителями, но и губит их отношения окончательно, особенно в период между началом беременности и четвертым годом жизни.

Укладывается в эту закономерность и случай Кана. Еще в начале всей истории одна из подруг Верены призналась в прессе: «Кан говорил Верене, что он разведется со своей женой. Что нужно только дать ребенку появиться на свет…»

К этому все и идет. Часы, проводимые Каном в родильной палате, когда Симоне готовилась родить, превратились в минуты, как только Давид появился на свет. А ночевать дома, в грюнвальдском особняке, он с тех пор перестал вовсе.

О ПОЛЬЗЕ БРАЧНЫХ КОНТРАКТОВ

Симоне повезла Давида из роддома одна. И подгадала так, чтобы Оливера в момент приезда дома не было. Она отказалась делать фото, на котором вместе с ней и сыном присутствовал бы непутевый муж. Отказала она и «Баварии», которая проявила инициативу со страхованием для их семьи.

Итак, паре, судя по всему, предстоит развод. Если в моральном плане Симоне и ощущает себя ущемленной, то в финансовом — вряд ли. За свою карьеру Кан заработал 20 миллионов евро. И хотя претендовать она может только на раздел той части суммы, что заработана с 1999 года, года свадьбы, все равно получится немало.

Правда, пока неизвестно, заключался ли между ними брачный контракт, и если да, то каким он был. «Я всегда убеждаю своих клиентов составлять такие контракты, — говорит менеджер Кана Норберт Пфлиппен. — Мехмет Шолль, например, не сделал этого, а потом рвал на себе волосы: эх, и дурак же я был, что тебя не послушал!» Оказался ли Кан более дальновидным, этого не знает и Пфлиппен.

КСТАТИ

В ночь после крупной выездной победы над «Бохумом» (4:1) 15 марта Кана видели в клубе «Цино» в Ганновере за одним столом с Элбером, Линке и Бобичем. На столе стояла водка. Кан увлеченно флиртовал с блондинкой. Не Вереной, нет – другой, незнакомой блондинкой. Часа в 4 утра он покинул заведение, грозно цыкнув на фотографа, нацелившего на него объектив…

ЛЮБОПЫТНО

Новая спутница жизни Кана – Верена, которой, по счастью, не было в Германии в момент родов у Симоне, 13 марта вернулась в Мюнхен – и они с Оливером тут же устроили чудную ночь в отеле «Кемпински», расположенном прямо возле аэропорта. А потом Кан сделал ей роскошный подарок – платье ценой в 3500 евро.