Артем Дзюба: Минут десять рыдал на скамейке, как Неймар

Миллионный раз говорю спасибо Гураму Аджоеву, губернатору Тульской области Алексею Дюмину, Миодрагу Божовичу и моим партнерам по «Арсеналу». Горд, что вместе с тульским клубом сумел пройти весной путь от самого дна, когда в меня никто не верил, до сборной. Видел много разных роликов в духе «Дзюба закончился как футболист». После этого плевка в душу закусил удила и начал доказывать, в первую очередь, самому себе, что могу.

Со Станиславом Черчесовым в ходе сезона был лишь разговор минут на 12 о том, что он следит за мной. Тренер дал определенную надежду, и я с утроенной энергией продолжил работать. Понимал, что шансы, может быть, не такие огромные, но есть.

Первоначальная задача была просто попасть на сборы, а затем она переросла в цель оказаться в окончательной заявке. И тут перед началом сборов я поймал какой-то вирус и слег… Выражаю огромную благодарность медицинскому штабу и Станиславу Саламовичу за проявленное тогда терпение. Тренер спокойно так сказал: «Давай, выздоравливай. Я тебя жду».

Мне не нравился информационный фон вокруг нашей сборной. Поэтому вышел к журналистам и сказал от сердца. Турнир же проходит в России, а наши СМИ относились к нам с небольшим неуважением и насмешкой. Они вели себя не совсем корректно.

Отчасти мы сами виноваты в этом. Не было побед – это же тоже правда. Однако хотелось, чтобы команду судили по результатам на самом турнире, а не в контрольных играх. Вместо этого нас начали хоронить, говорили, что Саудовская Аравия накидает голов…

Случай с болельщицей, которая показала зад автобусу сборной? У команды это вызвало и смех, и шок. Не знаю, что у нее с головой, потому что история произошла днем, когда вокруг стояли люди… Это самый яркий пример. Но вообще, перед чемпионатом, когда мы ездили на автобусе, кто-то мог показать средний палец или просто не обращать внимания. А после матча с Саудовской Аравией – наоборот, нас снимали, махали нам, мы почувствовали любовь. Это Россия – либо в одну сторону, либо в другую.

Перед чемпионатом я понимал, что Федор Смолов – основной нападающий. Федя был главной звездой нашей команды, да он и остался одним из лидеров. Я ведь даже не вышел на замену в заключительном контрольном матче перед чемпионатом мира.

Так что я хотел сперва закрепиться в составе, а когда попал в окончательный список, то, как и любой спортсмен, а я человек амбициозный, старался максимально использовать каждую минуту, которую предоставят.

И мне действительно хватило одной минуты после выхода на замену в матче с Саудовской Аравией. Фантастика! Безумно благодарен богу и судьбе за то, что это произошло.

Перед тем выходом на замену я стоял и даже уже не разминался, а просто кипел, ждал, смотрел на Станислава Саламовича. И когда он только повернулся, я рванул туда, моментально сбросил манишку. А спустя минуту, после забитого гола, начал на эмоциях показывать жестами, что я всегда должен быть здесь, на поле. И Черчесов так красиво отдал честь… У меня в голове сразу зародилось, что если выйду на матч с Египтом и смогу забить, то сделаю ответочку.

Знал, что к пустой голове не прикладывают, часто это слышал. Когда забиваешь гол, то немножко себя не контролируешь, но в тот момент у меня точно было желание показать то, что показал. Отсюда такой жест.

После победы над Египтом в раздевалке царило безумие! Все друг друга любили еще больше. Безумно хотели, чтобы праздник продолжался – бесценно видеть, как по всей России болельщики кричат, переживают, поддерживают, скандируют. Это то, ради чего мы играем в футбол, и этого не могут заменить никакие деньги.

Те, кто не верил в нас, думаю, в глубине души поняли, что верить все-таки нужно. Это же национальная команда. Есть клубные предпочтения – тут каждому свое, болейте и переживайте, но желательно без оскорблений. А если играет национальная сборная страны, то нужно верить.

Надо быть реалистами – даже если бы нам очень захотелось, мы бы мяч у испанцев не отняли. Такая ситуация, когда на ринг выходит чемпион-боксер против молодого-дерзкого. Вот и мы при первой же возможности старались огрызаться. Но ключевым моментом было терпение.

Говорю без лукавства, что все в сборной были твердо уверены: да, испанцы могут нас обыграть, но мы умрем на поле ради победы. Мы невероятно ее хотели! Больше, чем Испания. Для сборной России это был матч жизни и смерти.

Сердце выпрыгивало! Все на стрессе были. Помню, как после отбитого Акинфеевым пенальти рванул и перепрыгнул рекламный щит, а что было потом… Такое сумасшествие творилось! Не могли поверить, что это произошло. Большинство парней плакали от счастья. Половина штаба и кто работал со сборной – тоже. Кстати, когда увидел баннер «Мы играем для вас», вообще не понял! Думаю, кто это у нас такой оптимист, что заранее его приготовил?

Посыл такой был, и эту фразу между собой в команде произносили. Но о баннере ни слова не было. Так что, те, кто его сделал – молодцы! И вся скамейка… Потом уже, кстати, на видео рассмотрел, как радовался Саша Ерохин. Глядя на это, подумал – точно ли это он? Это было очень круто!

Когда мы играли с Испанией, то у них выделялся Иско, он был прямо вау. А у Хорватии в четвертьфинале – Модрич. Видно, что все старались действовать через него. Если Ракитич футболист, который сохраняет, переводит, то Модрич – прямо мотор. Он везде, он постоянно хватает мяч, через него идет вся игра. Думаю, что он главный претендент на «Золотой мяч» в этом году. Он пахал в обороне, в атаке, на чемпионате мира, в Лиге чемпионов…

После гола хорватов в дополнительное время минут на 5-7 все притихли, потом начали заводиться заново и кричать. Я на скамейке минут десять рыдал как Неймар. Полуфинал был так рядом, так близко, нереальное ощущение и ужасная боль… А когда Фернандес сравнял, полюбил его так, что для меня Марио вообще взлетел до небес.

Моя речь? Конечно, я не знал, что нас снимают. То, что есть на душе, в сердце, то и говорил. Даже не пересматривал запись, вообще не люблю на себя смотреть – смущаюсь, если честно. Перед Испанией тоже что-то говорили, но такие вещи совершаются на эмоциях, когда чувствуешь, что надо сделать что-то…

После того, как проиграли, мы вместе с Федей Кудряшовым ходили на допинг-контроль, потом я давал интервью. В раздевалке стояла гробовая тишина, всем было тяжело. Потрясающую речь произнес Сергей Игнашевич. Потом Федя Смолов.

Это было потрясающе! Не ожидали, что придет столько людей, столько счастья они нам подарят. Благодаря таким эмоциям и любви все раны после поражения затягивались.

Вся страна объединилась и повернулась лицом к футболу. Люди увидели, что наш вид спорта жив… Те, кто не понимал футбола, стали его смотреть. Есть видеоролик, где дедушка бегает по квартире и кричит: «Да! Мы это сделали!». Это бесценно, безумно классно!

Ходить по улицам стало тяжелее, это да. Как-то хотел поехать поиграть в теннис, а там все было перекрыто. Сотрудник узнал меня и сказал: «Пропущу, если сфотографируешься». Я сделал снимок с ним, а потом вообще с каждым, кто проходил мимо. Рядом шла бабушка, лет под сто, повернулась и сказала: «Милок, ты же Дзюба!». Тогда я понял – это триумф! Люди говорят очень теплые слова, говорят, что мы заставили их гордиться. Это бальзам на душу.

Раз Франция победила, значит, заслужила! Только перед первым голом в финале фола, как мне показалось, не было. Да и пенальти сомнительный, на чемпионате мира такие можно не ставить. Наверное, немножко французам повезло, но везет сильнейшим.

За кого болел в финале? С одной стороны, меня своей упертостью покорили хорваты. Но из-за Виды и Вукоевича… Их выступление очень сильно нас взбесило еще в автобусе. Первая реакция – хотелось выйти и вбить Виду в землю. Но потом остыли немножко. Вида принес извинения, так что злости на него не держу. А перед финалом был спокоен – кто победит, тот победит.

Толком не отдохнул, всего шесть дней получилось. Сказал Сергею Богдановичу Семаку, что морально и физически очень устал – все-таки пятьдесят дней на сборах… Тренер выразил свои планы и идеи. Ну, раз попросили приехать – значит надо ехать, не надо задавать лишних вопросов. Все в «Зените» очень уважают этого человека.

Невозможно растерять форму за неделю, так то физически я себя чувствую очень хорошо. С моральной точки зрения – трудно переключиться, немножко не понимаешь, что происходит. Вот это немного отвлекало поначалу, но что будет, то будет. Морально я уже здесь, готовлюсь к началу сезона с «Зенитом».