Ровно 45 лет назад в бельгийском городе Генте состоялся турнир восьми юношеских коллективов известных клубов Европы, который можно назвать историческим в развитии отечественного спорта.

Впервые наши юноши выехали за границу для участия в соревнованиях. Возраст участников ограничивался девятнадцатью годами. Московское «Торпедо», усиленное игроками других клубов страны, заняло первое место. Состав нашей команды: А. Кавазашвили, А. Поликанов, Э. Мудрик, В. Шустиков, О. Чиненов, Ю Шикунов, В. Воронин, О. Сергеев, А. Коршунов, Б. Беляк, В. Короленков, Е. Холмогоров, И. Численко (все позже стали известными футболистами, а некоторые играли и за первую сборную страны). Готовили команду К.И. Бесков и А.С. Пономарев.

Лучшими игроками турнира были признаны Игорь Численко, Анатолий Коршунов и Валерий Короленков.

И в наше время многое из той уже далекой истории выглядит не только интересным, но и поучительным. Сегодня события тех лет мы вспоминаем с их героями.

АНАТОЛИЙ КОРШУНОВ

— Каким образом проходила подготовка непосредственно к турниру?

— Все мы выступали за дубли своих клубов, так что были постоянно на виду у футбольных специалистов. Александр Семенович Пономарев к апрелю 1958-го уже сформировал команду и вызвал 22 человека на сбор. Немного позже подключился к работе Константин Иванович Бесков. Сначала мы тренировались в манеже «Динамо», потом нас повезли в Харьков. Поля к тому времени там были уже в приличном состоянии. Так что и тренировались плодотворно, и сыграли три игры.

— Со взрослыми или со сверстниками?

— С составами команд мастеров Харькова и Полтавы, игравшими в классе «Б», а также города Чугуева. Нам противостояли взрослые мужики, но в трех играх мы забили 11 безответных мячей.

— Чем вас поразила заграница больше всего?

— Турнир проходил в рамках международной выставки ЭКСПО. Из Брюсселя нас доставили в Гент, поселили в шикарном отеле в центре города. Больше всего нас в этом небольшом городке поразили футбольные поля – уже на тренировке. Газон напоминал бильярдный стол. Или зеленый лед. Даже полю нашего лужниковского стотысячника было далеко по качеству. Система дренажа была столь совершенна, что спустя 15 минут после дождя поле было почти сухим и не вязким.

— Каким образом турнир с участием 10 команд удалось провести за три дня?

— 1 мая мы выиграли у «Торино» – 2:0 и у «Аякса» – 4:1, 2 мая – у бельгийского «Гантуаза» – 1:0 и у «Дюссельдорфа» – 3:1. По две игры в день почти одним и тем же составом. 3 мая мы в финале сыграли вничью с лондонским «Вест Хэмом». Интересно, что, согласно положению того турнира, победителями признали нас… по большему количеству поданных угловых. В командах соперников тоже выступали будущие игроки знаменитых клубов и национальных команд.

 Тем же летом мы под руководством Бескова, но уже под знаменем юношеской сборной СССР, в Москве обыграли сверстников из Чехословакии – 5:0 и в Мишкольце венгров – 2:0. Потом ленинградский тренер Георгий Иванович Жарков нас готовил к матчу с болгарами, который мы выиграли – 2:0.

На следующий год почти в том же составе (с небольшими изменениями) мы выступили в аналогичном турнире в Италии, но готовил команду уже Качалин. В 27 матчах мы не потерпели ни одного поражения.

— Как бы вы сравнивали трех наших выдающихся тренеров – Бескова, Пономарева и Качалина?

— Пономарев и Бесков в недалеком (к тому моменту) прошлом сами были великими игроками. Потому и тот, и другой могли показать любой технический прием с легкостью. Пономарев исповедовал более прямолинейную тактику, главное — делать быстро. Бесков стремился создать в футболе систему.

Объем нагрузок Качалин и Бесков задавали примерно одинаковый. Бесков, пожалуй, больше разнообразил упражнения. Он самый строгий из тренеров на моем веку. Качалин больше уповал на взаимное доверие тренера и игрока, и благодаря своему великому педагогическому таланту он в этом преуспел.

– Вы достаточно много поиграли в высшей лиге в составе «Динамо», «Спартака», «Шахтера» и «Черноморца», но за национальную сборную не выступали. Хотя, по воспоминаниям современников, в 17–19 лет показывали более яркую игру, чем наши будущие звезды первой величины. Как теперь, с высоты прожитых лет, смотрите на ту ситуацию? Возможно, не стоило форсировать подготовку? Какова ситуация в этом плане в нынешнем футболе?

– В школьные годы я выступал за команду СЮПа. Тренировки были три раза в неделю. А когда взяли в динамовский дубль, сразу перешел на шесть дней в неделю, да еще по два раза в день! Возможно, стоило поберечься. Но разве мог я игнорировать указания тренеров? Футбол во времена моей молодости был популярным и массовым. Вряд ли ошибусь, если скажу: более массовым, чем сейчас. Медицинское обеспечение в клубах было несравненно хуже, чем сейчас. Зато выбор у тренеров ведущих команд был больше. Отбор порой переходил в борьбу за выживание. Помню, очень здорово проявившие себя по юношам Перетурин и Рябов были отчислены из команды потому, что плохо бежали кросс. Рябов, к счастью, спустя некоторое время вернулся в «Динамо» из Таллина, Перетурин – нет.

Я не против большого количества турниров у юного дарования. Не против того, чтобы он тренировался и играл рядом со взрослыми мастерами. Главное, чтобы объем физических нагрузок тщательно рассчитывался, чтобы медицинский контроль проводился постоянный, комплексный и грамотный. Сейчас в ведущих клубах это делается.

АНЗОР КАВАЗАШВИЛИ

– Какие самые яркие воспоминания остались о том турнире?

– Для меня большим событием стал уже тот факт, что сначала я попал из провинции в Москву, а потом тренировался и играл вместе с будущими звездами нашего футбола. Я ни на минутку не сомневался, что многие из моих товарищей по той сборной добьются в футболе многого. На турнире в Генте и в зарубежных командах было много прекрасных футболистов. И без того сильные и именитые коллективы были усилены игроками других клубов – так же, как и наше «Торпедо». Но мы победили по игре, то есть справедливо.

– Как сложились ваши отношения с тренерами? С кем ближе?

– Бесков, Пономарев и Качалин – прекрасные специалисты и прекрасные люди. Плюс еще кавказское воспитание заставляло меня относиться к ним как к старшим, с повышенным почтением. Я как губка впитывал каждое слово, каждый урок. Любой из них много мне дал в профессиональном и человеческом плане. С Качалиным я ближе сошелся потому, что потом работал с ним и в национальной сборной.

– Вспоминая то время, как вы считаете, юный футболист быстрее повышает свое мастерство, играя со сверстниками или с партнерами старше себя?

– Тогда для меня большой разницы не было. Во-первых, у вратаря особое положение. Во-вторых, я был на год моложе всех в той юношеской сборной. С того турнира начался мой путь в большом футболе.

Последний вопрос адресую также Константину Ивановичу Бескову.

– Со сверстниками или со взрослыми? Сложный вопрос. Однозначно не скажу. Зависит от состава и той, и другой команды. Когда юноша очень талантлив, а условия благоприятны, он может показать свое мастерство и во взрослом коллективе. Так было у Пеле, у Стрельцова, у обоих Федотовых – отца и сына. Но наставник должен быть внимателен и осторожен.

– Во многих видах спорта далеко не все сборники-юноши попадают в национальную сборную. Та ваша команда – приятное исключение. Насколько мне известно, вы и дальше хотели работать с тем коллективом. Почему не удалось?

– Сейчас я рад за Андрея Чернышова и по-хорошему ему завидую. Я же в свое время стал жертвой чинуш от спорта. К сожалению, многое из той работы, что мы с Пономаревым проделали, пошло насмарку. Обидно, что из этого уроки не были извлечены и история позже повторилась. Когда я принимал первую сборную, была договоренность с руководством: чемпионат Европы-64 рассматривать как этап подготовки к чемпионату мира. Но за второе место на первенстве континента меня сделали чуть ли не врагом народа. Ряшенцев все сделал для того, чтобы меня сняли. И этим он оказал медвежью услугу Николаю Морозову, который тоже вынужден был работать при дефиците времени. Талантливых игроков и тренеров в нашем футболе много, но не часто им создают соответствующие условия для работы.

P.S.

Успех юных футболистов в Генте дал «зеленый свет» всему отечественному спорту. После этого в течение 33 лет наши юноши и юниоры представляли страну официально – в форме с буквами «СССР».