ФУТБОЛ

 Матч с динамовцами словацкий вратарь «Зенита» Камил Чонтофальски забудет не скоро. Даже спустя несколько дней после разгромного поражения он не может вспоминать об этой игре без содрогания.

Такого позорного матча, как с «Динамо», в моей жизни не было никогда, даже во время выступлений в детских командах, — говорит Чонтофальски. — Все случившееся мне сейчас кажется дурным сном. И самое главное – необъяснимым… Пользуясь случаем, хочу извиниться перед болельщиками за свой провал. Хотя и понимаю: простить меня им будет нелегко.

— Чем вы можете объяснить такое обилие голов в свои ворота?

— Все началось с моей грубой, просто кошмарной ошибки, после которой Короман забил первый мяч. Потом пошло-поехало… «Динамо» удавалось буквально все; нам, наоборот, ничего. Я же испортил все, к чему прикасался…

— Началось все с ошибки на 20-й минуте. Чем вы ее объясните?

— Я не хотел выбивать мяч в поле, потому что нашим нападающим никак не удавалось зацепиться за него. Решил вбросить его рукой Овсепяну. Но на беду как раз в этот момент Саркис отвернулся, а мой крик услышал не сразу. Увы, Короман среагировал быстрее.

— Тренеры предполагают, что вас могла сбить с толку синяя форма соперников: обычно в футболках такого цвета выступает «Зенит».

— Это было бы слишком легким оправданием для меня… Нет, форма тут ни при чем, я выбрасывал мяч именно Овсепяну.

— Вы могли предотвратить остальные голы?

— Для этого мне понадобилось бы хоть немного везения. Оно же в тот день обошло меня стороной. Пятый гол, который Корчагин забил ударом-парашютом, я воспринял, как злую насмешку небес. Видимо, мне просто суждено было испить эту чашу до дна.

— У вас не возникало желания попросить замену?

— Если честно, я просто мечтал о ней. Даже завидовал хоккейным голкиперам, которые после трех-четырех пропущенных голов могут подъехать к скамейке запасных и замениться. Мне же покидать свой пост Властимил Петржела запретил.

 — Говорят, президент «Зенита» Виталий Мутко после матча еще долго утешал вас…

— Честно говоря, я плохо это помню – после матча находился буквально в прострации. Меня спасло то, что как раз в эти дни ко мне из Словакии приехала подруга. Я высказал ей все, что у меня было на душе, и сразу же лег спать. На следующий день предстояло вылететь в Прагу, чтобы продлить российскую визу. Эта поездка также помогла избавиться от тяжелых мыслей.