Владимир Сальков имеет большой опыт клубной работы в отечественном футболе – как в советском, так и в российском. На протяжении более 30 лет он возглавлял различные команды высшего дивизиона, работал с национальной и олимпийской сборными страны. Сейчас Владимир Максимович – спортивный директор ФК ЦСКА. С ним мы поговорили о том, насколько за последнее время изменились принципы клубной организации в нашем футболе.

— Когда вы начинали работать тренером, у вас была возможность менять структуру штаба команды?

— Нет, конечно. Жесткое штатное расписание требовалось соблюдать неукоснительно. А в нем для команды мастеров класса «А» предусматривались должности главного тренера и трех его помощников. О более узкой специализации речь не шла. Правда, начальник команды в 60–70-е годы одновременно мог выполнять функции тренера по воспитательной работе. Когда в 71-м, поработав во втором дивизионе, я пришел в донецкий «Шахтер», то поначалу меня назначили именно на эту должность. Позднее стал главным тренером.

— Как считаете, почему в союзные времена, когда развитию спорта уделялось очень много внимания, тренерская номенклатура не развивалась?

— Действительно, спорт в СССР был в почете. Но в то же время сказывалась государственная идеология уравниловки. Добиться увеличения бюджета клуба тогда было неимоверно трудно. Да и любые расходы сверх плана не приветствовались. Помню, я, став главным тренером «Шахтера», провел целый день в Москве на совещаниях, а потом возвращал в клубную кассу «лишних» 2 рубля 60 копеек суточных, поскольку самолет вылетел в Донецк за полчаса до полуночи… А уж привлечь дополнительно для работы в клуб специалистов тогда было просто нереально.

— То есть когда в 90-е годы западный опыт стал доступен для использования в российском футболе, вам пришлось осваивать его с нуля?

— Не совсем так. Все-таки наши методы работы со временем понемногу обновлялись. К примеру, в 80-е годы при сборных работали комплексные научные группы – КНГ. В них были задействованы узкопрофильные специалисты.

— А как в тот период обстояло дело в клубах?

— В них тогда стали привлекаться тренеры-методисты. Хотя наставники вратарей, специалисты по физподготовке и селекции в клубах появились действительно позднее.

— Можно ли говорить, что сейчас тренерские штабы наших сильнейших клубов укомплектованы не хуже, чем на Западе?

— Да. По крайней мере в ЦСКА, где я сейчас работаю, организация не уступает по своему уровню ведущим европейским клубам. Да, размеры бюджетов, конечно, по-прежнему отличаются не в нашу пользу. Но посмотрите: кроме хорошо укомплектованного штаба, который работает с основой команды, у нас в ЦСКА есть сразу три тренера, занимающихся с вратарями в армейской школе. Причем на эти должности проводился серьезный конкурс.

— В некоторых наших клубах с игроками едва ли не каждого амплуа работают разные тренеры. Такая узкая специализация, по-вашему, способна принести ощутимую пользу?

— Многое, убежден, зависит все-таки от главного тренера. Он сам волен решать, сколько помощников ему необходимо. Но важно, чтобы для каждого существовал четкий план работы, предоставленный главным тренером. Тот ведь должен к каждой тренировке готовиться по 1,5–2 часа, составляя ее детальный конспект. Лет 20 назад мне, кстати, приходилось в составе специальной комиссии проверять работу тренеров. Сейчас же они несут ответственность только перед руководством клубов. Да, специалисты при этом рискуют должностью. Но надо ведь, чтобы они еще и прогрессировали. Сейчас наши ведущие тренеры активно используют российский и западный опыт, много занимаются индивидуально. Но вряд ли так можно сказать о каждом из отечественных специалистов.