Заложник белой горячки. Пола Гаскойна не могут вылечить лучшие врачи

СВЕТСКАЯ ЖИЗНЬ

 Попытки 36-летнего Пола Гаскойна – бывшей звезды английского соккера, за которым тянется длиннющий шлейф скандалов, в основном на почве пристрастия к «зеленому змию» – продлить свою жизнь в игре вот уже многие месяцы не могут вызвать ничего, кроме жалости. Отыскав себе пристанище только во втором китайском дивизионе, Газза и там, похоже, не нашел счастья.

ДАВИЛ КИТАЙЦЕВ ПЕРЕГАРОМ

После того как «Эвертон» отпустил его летом 2002 года, Гаскойн нашел себе пристанище в маленьком любительском клубе «Морпет» на северо-востоке Англии – неподалеку от его родного места. Некогда самый высокооплачиваемый футболист туманного Альбиона согласился получать в этом клубе из Северной любительской лиги жалкую зарплату в 20 фунтов в неделю. Точнее сказать, не зарплату, а сумму, выдаваемую в качестве компенсации за издержки. Ее получает в «Морпете» каждый игрок. Тренирует «Морпет» Дэвид Маккрири, старый друг Газзы, с которым он играл в начале своей карьеры в «Ньюкасле».

Гаскойн всегда славился своими причудами, но в данном случае речь о причуде не шла. Пол пытался найти пристанище в профессиональном футболе, но не смог.

От неприкаянности и невостребованности Газза вдруг начал обнаруживать в себе странные и дотоле неведомые ему недуги: «Я стал мучиться от осознания собственного одиночества. Даже когда меня окружали люди, хорошие друзья, я ощущал себя одиноким. Это звучит глупо, но это так. Кроме того, во мне развилась мания постоянно проверять, закрыта ли в доме дверь, по нескольку десятков раз в день включать и выключать свет. Бывало, я закрывал дверь, отъезжал от дома миль на 20, а потом, повинуясь некоей внутренней силе, возвращался и снова проверял замок. Я нуждался в помощи. В помощи психолога и гипнотизера».

Под Рождество Пол обратился в госпиталь и по другой причине – у него внезапно онемела левая половина лица. Вероятно, это было последствие тех самых усиленных тренировок. К счастью, паралич не оказался тяжелым и был излечен в течение недели.

Гаскойн пристанище нашел в Китае. Клуб «Ляонин Бодао», а точнее, его президент Као Гуо Чжун, пригласил Газзу на смотрины. Приземлившись в середине января в Пекинском аэропорту, «Принц-клоун» вновь разрекламировал себя с наилучшей стороны: «Моя физическая форма хороша. Мой футбол хорош. У меня нет никаких проблем».

Но мистера Као трудно было провести на мякине.

«Бодао» в переводе означает «Птицы». Несмотря на собственное высокое мнение о своих кондициях, вжиться в их «стаю» Газзе не удалось: не того он оказался полета. Просмотрев его в трех-четырех разминочных матчах, тренеры «Ляонина» забраковали англичанина. Причем пропесочили в своем вердикте по всем пунктам. Кроме того, приходилось выслушивать жалобы на то, что на утренних тренировках Гаскойн появлялся с запахом алкоголя, который ощущался на расстоянии нескольких метров.

Хорошенькая рекомендация! Она не только поставила Гаскойну барьер перед «Ляонином», но и испортила другие контакты, которые параллельно его агенты вели в других странах. Особенно это касалось германского варианта.

«Даже пьяный Газза сыграет лучше, чем наши парни в трезвом состоянии!» — такое мнение высказал один из болельщиков «Санкт-Паули».

И вот тут из Пекина поступило сообщение, что «Ляонин» — какой-то «вшивый» китайский клуб! — забраковал Пола. Немцев оно разом отрезвило. «Ну если он в Китае оказался не нужен, то нам и подавно не подойдет», — изрек тренер «паулианцев» Франц Гербер. «Гаскойн – лучший игрок мира... в баре. Что же касается футбольного поля – видать, красная цена ему 20 фунтов в неделю» — такой тирадой одарила его одна из немецких газет.

АТИПИЧНАЯ ПНЕВМОНИЯ ЕМУ НИПОЧЕМ

Не оставалось Газзе ничего другого, кроме как продолжить поиски в Китае. Причем первый дивизион после провала с «Ляонином» был теперь для него практически закрыт. Пришлось довольствоваться вторым. Да и там клюнул на него только самый убогий клуб – «Ганьсу Тяньма» из высокогорного города Ланчжоу (он расположен на высоте 1700 метров), замкнувший таблицу второго эшелона в чемпионате 2002 года.

Поколебавшись, руководство «Тяньмы» все-таки предложило ему контракт. Контракт величиной в 400 тысяч фунтов был подписан сроком на год. Он возводил Гаскойна в ранг играющего тренера. А на будущее была оговорена возможность вхождения в штат клуба.

Тем временем в Китае вспыхнула паника по поводу распространения вируса атипичной пневмонии. Но уж Гаскойну-то было не знать универсальное средство от любого вируса!

Местная пресса охотилась за каждым его шагом. Газеты писали репортажи о том, как он ловит рыбок в гостиничном бассейне, как врезался на своем мотоцикле в витрину супермаркета. Первая игра Гаскойна за новый клуб произвела впечатление. Но…

НЕДОЛГО МУЗЫКА ИГРАЛА

Но, как говорится, недолго музыка играла. В середине апреля Газза вновь взялся за свое – в который уже раз нарушил многократно давашееся им обещание и напился до чертиков. В состоянии белой горячки его подобрали в баре лондонского аэропорта «Хитроу». Гаскойн непрерывно пил в лайнере все 11 часов полета из Пекина и продолжил возлияния уже на земле.

Прямо там же, в «Хитроу», его, бесчувственного, пришлось вновь посадить в самолет и отправить дальше на Запад – в Аризону, где в дезинтоксикационной клинике с примечательным названием «Феникс» Газза стал одним из постоянных клиентов. В предыдущий раз он летал лечиться сюда от алкоголизма в 2001 году по предписанию «Эвертона».

Теперь посодействовали друзья. Надо отдать должное Полу – когда самолет прибыл к месту назначения, он уже что-то начал соображать. Очевидцы рассказывали о такой сцене: санитары прямо у трапа самолета подхватывают под руки Гаскойна, а тот заплетающимся языком бормочет, повторяя одно и то же: «Какой стыд! Какой стыд! Какой же я дурак!»

Его лечение затянулось на пару месяцев. К Полу в Аризону прибыли его бывшая жена Шерил (они в свое время расстались после того, как Газза ее избил) и их дети. Уже и июнь подошел к концу, и июль наступил, а он и не думает возвращаться в Китай, несмотря на все более настойчивые призывы из Ланчжоу.

ЛЮБОПЫТНО

Газза часто сравнивал себя с актером Джеком Николсоном, точнее, с его персонажем Мелвином Юдоллом из фильма Джеймса Брукса «Хорошо, как есть», страдавшим манией, которую врачи окрестили «навязчивым стремлением к беспорядку», то есть зацикливанием на каких-то придуманных для себя ритуалах или рутинных действиях. Но то что Николсону принесло Оскар за 1998 год, Гаскойну доставляло только мучения.