Вратарь широкого профиля

Овчинников с «Локомотивом» три жизни прожил. В команде, ежиком сворачивавшейся, по-футбольному бедноватой и грубоватой. Потом в команде, действовавшей по принципу ответной реакции на силу сильных. И в нынешней — свободной и прихотливой в самовыражении. Это ведь поискать надо, кто из простых смертных, не только в футболе, осилил подобные перемены участи и роли!
21 февраля 2005 00:00
автор: Юрий Цыбанев

ФУТБОЛ
ПРЕМЬЕР-ЛИГА

ПАС ВРАЗРЕЗ

Овчинников с «Локомотивом» три жизни прожил. В команде, ежиком сворачивавшейся, по-футбольному бедноватой и грубоватой. Потом в команде, действовавшей по принципу ответной реакции на силу сильных. И в нынешней — свободной и прихотливой в самовыражении. Это ведь поискать надо, кто из простых смертных, не только в футболе, осилил подобные перемены участи и роли!

Если уж партнеры-товарищи давно и во всеуслышание величают Боссом команды не Семина и не Филатова, а Овчинникова, то разве возможны варианты локомотивского «самого-самого»?

Оказывается, возможны, и чуткая болельщицкая натура, выдвинув в своем голосовании конкурентом Овчинникову Лоськова, отразила особенность текущего момента.

В команде-чемпионе, в команде, ведущей широкоформатную игру с претензией на искусность, вратарь, по определению, не может быть главным. Овчинников, заметим, к тому же не безупречен в своей коварно-предательской футбольной профессии — по вратарской части из памяти первым делом вылезают ляпы. После сезона-2004 овчинниковские даже в ряд выстраиваются: этакий любительский в Москве с «Монако», «столбнячный» в Волгограде, совсем уж жуткий с тем же «Ротором» в Черкизове. И чтобы предельно разогреть сюжет: при всем при том я, например, навскидку не вспомню, какой существенный матч Овчинников вытащил своей команде самолично, сыграв, что называется, один за всех (как, к примеру, Нигматуллин переигровку с «Тиролем»).

Между тем встречный довод за Овчинникова неотразим. Сила и харизма той команды и ее вратаря вовсе не в безошибочной механистичности. Сила их в том, что эпизод запорют, матч провалят — глазом не моргнут, эмоцией не дрогнут. И выдадут череду эпизодов-матчей «на ять». Человеческий фактор во всей его прелести. Ошибка не губит карьеру или сезон — напротив, укрепляет дух.

И в этой жизнеутверждающей философии Овчинников и «Локо» едины и нерасторжимы, как были когда-то едины Ленин и партия. Босс всегда — часть сегодняшнего настроения и умения команды, чуть большая или чуть меньшая. Всегда плоть ее и кровь.

Среди вратарей Овчинников исключительно разговорчив. Аналогию нахожу разве что в знаменитом хоккейном Третьяке. Но у Третьяка слова все правильные, надежные, как служба истого пограничника. А у Овчинникова — игривые, острые, провакативные — как у продюсера шоу-бизнеса. Мяч на кончиках пальцев и слово на кончике языка — два в одном. Он ведь, помимо вратарской службы, еще и образ своей команде создает, пиар-задачу решает. Он в «Школе злословия» аж писательниц переверещал-перемудрил, «вратарь-отшельник», и даже сверхзадачу потянул: всех политиков, мастеров словами жонглировать, переиграл.

По всему вратарь Овчинников вроде заканчивает. Поговаривают, дублер Поляков уже наготове. Да, только год назад и Нигматуллин так же потирал руки от нетерпения. Но Овчинников, глядишь, уступит место, только когда в Черкизове трибуны стабильно заполнятся под завязку.