Главный тренер «Сатурна» Владимир Шевчук: В Раменском знаю каждого болельщика

ФУТБОЛ
ЧЕМПИОНАТ РОССИИ

В конце 2002 года, после восьми лет работы в подмосковном клубе, Владимир Шевчук положил на стол руководства «Сатурна» заявление об уходе. Спустя три года, вопреки поговорке о том, что нельзя войти в одну и ту же реку дважды, он вернулся...

МАТ БЫВАЕТ РАЗНЫЙ

С Владимиром Шевчуком мы договорились встретиться на клубной базе в Кратове. По дороге в номер главнокомандующий «Сатурна» предупреждает:

– Только давайте недолго, работы много. Сейчас ребята начнут на собеседования приходить.

Соглашаюсь – надо так надо. На рабочем столе Шевчука несколько видеокассет с записью матчей ближайшего соперника, на стене висит планшет с расставленными фишками. Не успеваю задать первый вопрос, как раздается стук в дверь.

– Вот, я предупреждал вас, – Шевчук открывает дверь, просит визитера подождать десять минут. Впрочем, за время нашего общения в дверь стучат часто. А собеседование за все это время Шевчук провел только с вашим корреспондентом.

– Прямо аншлаг у вас какой-то! И часто вы вне поля общаетесь со своими футболистами? – все-таки задаю первый вопрос.

– Частенько. Стараюсь как можно больше узнать о каждом игроке.

– То есть разговариваете не только о футболе. Интересуетесь личной жизнью?

– А как же? Это, кстати, очень важный момент.

– И футболисты идут на контакт, делятся с вами бытовыми проблемами?

– Конечно. У меня всегда двери открыты, в любой момент игрок может прийти и посоветоваться, если, конечно, он видит в этом необходимость. Хотя перебарщивать в этом деле тоже не стоит…

– А как с легионерами общаетесь – через переводчика?

– Да. Хотя потихоньку начинаю изучать португальский. Например, поздороваться могу, спросить, как дела. Правда, времени на подробное изучение языка совсем нет, но думаю, постепенно пятьдесят нужных слов наберу.

– Поговаривают, что Шевчук – жесткий тренер. А как сами себя охарактеризуете?

– Каждый тренер старается создать симбиоз из жесткости и мягкости, все должно быть дозировано. Тренеры – люди сложившиеся. Если кто-то орал, то он и дальше орет, а кто-то молчит. Тут не важно, какой я, главная оценка – результат. Тем более сейчас тренер очень от этого зависит. Никому не дается два-три года на то, чтобы построить команду. Есть год, есть конкретные задачи – и вперед! И это естественно, в футбол вкладываются большие деньги, и никто ждать не хочет.

– Ну а ругаетесь вы на футболистов часто?

– Я могу это делать, но футболисты привыкают ко всему. К ору, к спокойствию… Повторюсь, нужно грамотно различать ситуацию и личность, исходя из этого, делать выводы, как общаться с тем или иным футболистом. Тренер должен быть психологом.

– Хорошо, а матерком можете приложить?

– Спокойно! Думаю, не я один. Но мат бывает разный. Можно пошутить, анекдот рассказать, и это пройдет на ура. А бывает, в перерыве, в раздевалке… Это жизнь команды, и все основные моменты решаются внутри коллектива. Я, кстати, никогда никого не критиковал публично. Какие бы футболисты ни были, в первую очередь они мои игроки. Вот когда собираемся на базе пообщаться, тогда и могу высказаться.

ТРИ ТЯЖЕЛЫХ ДНЯ БЫЛО У МЕНЯ

– Владимир Михайлович, есть такая поговорка: нельзя войти в одну реку дважды. Получается, что вы – исключение из правил?

– В какой-то степени вы правы, такие примеры существуют, но их действительно мало. В свое время я отдал почти восемь лет Раменскому. Работал, когда команда была и во втором, и в первом дивизионах, также под моим руководством закреплялась в премьер-лиге. Признаюсь, возвращение для меня сложилось не просто. Мне было тяжело, именно по-человечески, уходить из ЦСКА. Я за тот период, что работал с армейцами, мало что сделал для клуба, клуб больше сделал для меня. Благодаря ему я прочувствовал счастье победы в Кубке УЕФА, Кубке России, опять же именно в ЦСКА я получил звание заслуженного тренера России. Да и с Газзаевым мы общаемся с шестнадцати лет, сейчас крепко дружим семьями, очень тяжело было принять решение. Возможно, я бы доработал до конца сезона, но в «Сатурне» сложилась серьезная ситуация, и меня попросили прийти сейчас. Помню, на разговор к Валерию Аксакову (председателю наблюдательного совета «Сатурна». – Прим. ред.) поехал чуть ли не с тренировки ЦСКА. Мы пообщались, и вопрос был решен за три дня. Правда, эти три дня были самыми тяжелыми в моей жизни…

– Что же сыграло роль в принятии решения, быть может, финансовый вопрос?

– Никогда не ставил материальные блага выше человеческих. Пришел, потому что эта команда мне небезразлична. Не могу сказать, что очень скрупулезно следил за «Сатурном» – так, по мере возможности интересовался. Но очень переживал, все-таки с подмосковным клубом меня многое связывает. Я почти каждого болельщика в лицо знаю. Думаю, что на первый матч с «Локомотивом» многие пришли посмотреть именно на меня.

– Валерий Аксаков на «прямой линии» в редакции «СС» говорил о том, что в свое время не смог вас удержать. Что же произошло в 2002 году, когда вы написание заявление об уходе?

– У меня были определенные обязательства и я не смог их выполнить. Потому и пришел к руководству, объяснил, что хочу уйти, а остаться мне никто не предложил.

– После работы в «Сатурне» вы стали востребованным тренером. А как попали в команду?

– По стечению обстоятельств. Пришел вместе с Мухановым, с которым выступал за «Локомотив». Он сам был из Раменского, после завершения карьеры сначала играли за ветеранов, потом тренировали мини-футбольный «Новорусс», но, естественно, мечтали о большом футболе. И как-то возник вариант с Раменским. Я был и вторым, и главным тренером и, естественно, сформировался именно здесь. Поэтому меня и считают своим.

– Согласитесь, не каждому тренеру удается стать своим – зритель не прощает ошибок. Вы, кстати, не в Раменском живете?

– Нет, в Москве. А любовь зрителей объяснить легко. Город небольшой, многие люди дышат футболом, и вся жизнь бурлит в основном у стадиона. Поэтому все друг друга знают. Помню, когда из второго дивизиона вышли в первый, так болельщики подходили, спрашивали: «Михалыч, а когда концерт будет?» Хорошие отношения у меня с любителями нашего клуба были и остаются. Никогда не давал повода для недобрых разговоров. Из этого складывается репутация. Плохую можно за один день создать, хорошую – годами.

– Кстати, как на возвращение отреагировали близкие?

– Тяжело. Особенно жена. Все-таки работа второго тренера проще в психологическом плане, да и дома я гораздо чаще был, чем сейчас. Супруга очень переживала за меня, мол, опять начну нервничать. Хотя в ЦСКА я переживал не меньше, большую часть седины получил именно там.

– А дети ?

– Дочь очень обрадовалась. Ну как же, папа вновь будет главным тренером!

– Жена с дочерью приходят к вам на игры?

– Жена – нет, она очень суеверная. Футбол смотрит дома, по телевизору. Дочери сказал пока не приходить, но она все равно ходит.

– Претензии вам потом не предъявляют?

– Бывает. Скоро будет тридцать лет, как мы с женой расписались, так что в футболе она – ас. Иногда говорит мне: почему все у тебя стояли, никто не бегал?

– Прислушиваетесь?

– Как вам сказать... Когда выигрываем, смеюсь. А вот когда проигрываем, меня не трогает. У нас нормальная спортивная семья.

ЗА МЕСТО НЕ ЦЕПЛЯЮСЬ

– У вас есть какое-то объяснение частой смены тренеров в «Сатурне»?

– Тяжелый вопрос… Практически ни с одного тренера нельзя было ничего спросить. Кто-то взял, не довел, пришел другой… Ни один тренер не провел полностью сезон. И на данный момент с меня тоже нельзя ничего спросить. Времени мало прошло.

– Вы не боитесь, что можете повторить судьбу предшественников?

– Нет. Если ты работаешь, чтобы продержаться лишний месяц и получить лишнюю зарплату, но знаешь, что обречен, лучше самому уйти. Изначально держаться, цепляться… Нет, я не такой человек, чтобы это делать. Если я почувствую, что команда со мной не прогрессирует, топчется на месте, значит, затягивать нечего. Есть три условия для полноценной работы: полное доверие руководства клуба, стабильное финансовое положение и конкурентоспособный состав. В этом случае тренеру есть за что отвечать. В 2001 году у меня это было, и мне легко работалось. Вот многие говорили: в «Сатурне» тяжело работать. Тяжело везде, не только в «Сатурне». Мне есть с чем сравнивать, поверьте.

– Опять на ЦСКА намекаете. Кстати, футболистам «Сатурна» показывали свою медаль за выигрыш Кубка УЕФА?

– Нет. (Смеется.) Пока не показывал. Будет какой-нибудь психологический повод для поднятия настроения – может, привезу. Да что им моя медаль, им свои надо зарабатывать.

– Наверняка руководство «Сатурна» поставило перед вами определенные цели. Не поделитесь, какие?

– В первую очередь выправить ту ситуацию, которая сложилась. Во вторую – по возможности подняться как можно выше в турнирной таблице. Какого-то более конкретного разговора не было. На следующий год, я поставил задачу прежде всего для себя – бороться за медали.

– В общем, планы грандиозные. В связи с этим многое хотите изменить в команде?

– Нет. Ситуация усложняется тем, что во многих странах сейчас межсезонье. А я – сторонник того, чтобы лично просматривать игроков. Тем более в селекции всегда есть ошибки, мне хочется, чтобы их было как можно меньше. Я не хочу сейчас совершать обвала. Да, есть планы взять троих игроков в аренду, одного, максимум двоих купить. Основная селекционная работа планируется на зиму.