Бонусы букмекеров
Видео
ЭКСКЛЮЗИВФУТБОЛ
НЕЗНАКОМАЯ ЗВЕЗДА
МЕСТЬ ЗА ГРУБОСТЬ.
24 СЕНТЯБРЯ 1948 ГОДА
Это помнят болельщики сведущие –
подковали Федота, Бобра
по заданию в Киеве.
Следующая
предстояла в столице игра.
Но Аркадьев Борис Андреевич,
чем трудней, тем он был все мудреющий,
и Боброву сказал: «Завтра – бой.
Сева, сможешь сыграть через боль?»
А Бобер – он с улыбкой чуть шпанскою
дал по-теркински хитрый ответ:
«Будет после победы шампанское?
Разрешите нарушить запрет?»
И чтоб не были лишние трения,
обреченно махнула рука
пастернаковски сложного тренера,
оказавшегося в ЦДКА.
Как нужны ему были в атаке они
оба те, но в конце-то концов
дал Бобру Соловьева, Водягина,
необстреляннейших юнцов.
Им сказал он, за робость не выругав:
«Не волнуйтесь, ребята. Мы выиграем.
Месть за грубость – как божья месть.
И в футболе она тоже есть».
Позабыли все девочки семечки,
когда матч только-только пошел,
а разбитая левая Севочки,
вся в бинтах, засадила свой гол.
Хомич был не виновен в той грубости –
может, бериевский приказ,
но прыжки вратаря были грустные –
было чувство такое у нас.
Счет сравнен был ударом Бескова.
Николаев отмстил в уголок,
как вдруг срезал – и спрашивать не с кого! –
гол в ворота свои Кочеток.
Но пошел он в атаку отчаянно,
выдав точно подачу свою
долбанувшему в штангу нечаянно
аж заплакавшему Соловью.
Но не сломленная расправою
(видно, было забить ей пора),
подоспела разбитая правая
победившего боль Бобра.
Мы, динамовские болельщики,
себя чувствовали не в себе, и невесело даже лещики
под пивко хрустели в толпе.
Не изменники мы. Не таковские.
Но как должное приняли мы
эти три гола цэдэковские
в трижды вздрогнувшей сетке Хомы...
2008
«ПРЯМАК» ПОНОМАРЕВА
Ах, Саша Пономарь,
его бы заносило,
когда б он понимал,
какая в нем есть сила!
А он был скромняком,
как токарь или слесарь,
когда он прямиком
голов штук сотню врезал!
Прямых ударов маг,
несхож с Бобровым Севой,
он создал свой «прямак» –
хоть с правой и хоть с левой.
Был неостановим
и, не имея шансов,
ударом лобовым
мяч клал он без нюансов.
Болельщиков любя,
голы дарил, как прянички,
в прыжках через себя,
но только прямо-прямушки!
Я, выросший в толпе,
никак не понимаю,
что стыдного в тебе,
поэзия прямая.
Восторги либо вой
ты, муза, все испробуй –
будь даже лобовой,
но лишь не узколобой.
Когда вбиваю гол
сквозь свист и рокот рева,
меня на цель навел
«прямак» Пономарева.
2008
АНАТОЛИЙ АКИМОВ
А какая была анатомия
у Акимова Анатолия?
Упрекнуть его было не в чем –
он был странный вратарь –
не нервничал,
не глотал неожиданных «пенок»
от подскока о кочку,
от «стенок»,
и глазами всевидяще зыркал
из-под кепочки-малокозырки.
Заглядение было,
чудо,
как снимал то с ноги,
то с чуба
мяч,
пытавшийся как-нибудь
хоть бы дуриком проскользнуть.
Драки он останавливал миром.
Не кричал, как Леонтьев: «Беру!»
В землю трижды постукивал пыром,
снова мяч выбивая в игру.
Словно были перчатки магнитны,
все мячи он ловил, как снежки.
«Подмогнули знахарок молитвы», –
шли завистливые слушки.
Об Акимове ныне ни слова.
Но не зря поклонялся ему
пацаненок сопливистый – Лева,
не известный еще никому.
Кто Акимов в российском футболе?
Он не временно звездный нахал,
а твой пахарь, футбольное поле, –
тебя ребрами он пропахал.
2008