Бонусы букмекеров
ЭКСКЛЮЗИВЕВРО-2008
МИНСК – ВАРШАВА – ЛИБЕРЕЦ. Продолжаем рассказывать о путешествии нашего корреспондента на перекладных в Австрию. Цель – пройти с российским флагом от Москвы до базы нашей сборной в Леоганге, собирать на нем подписи-пожелания, чтобы затем вручить тренеру Гусу Хиддинку. В прошлом номере Дмитрий описал свой путь от Москвы до Минска. Сейчас – первая часть самого что ни на есть заграничного маршрута…
«А НАШ СВИХНУЛСЯ НА ХОККЕЕ…»
С Минском расстаемся легко – проводы были недолги: первые же «Жигули» радушно распахивают двери. Игорь (мелкий бизнесмен-строитель, кандидат в мастера спорта по боксу) – не болельщик, но «поговорил бы ты с моим сыном – фанат «Челси», так орал во время финала Лиги чемпионов, спать не давал!». Через 40 км на стоянке фур снова удивительное везение: водила контейнеровоза «Рено», даже не дослушав, говорит: «Садись!» Очевидно, что-то изменилось в моем голосе (окреп?), никто не вертит пальцем у виска – грешно, наверное, думают, смеяться над больными людьми.
Рома, любитель тяжелого рока, «футбол не любит». Но Лигу чемпионов смотрел – «второй матч в своей жизни». «Ну и как?» – «Нормально! Интересно было на Лужкова поглядеть в ложе. Он-то – футболист, а наш батька на хоккее свихнулся – везде ледовые дворцы строит. Даже в моей Березовке будет. Народу жрать нечего, а он…». Впрочем: «Лукашенко – молодец, всех достал: гаишников (взяток не берут), бандитов, колхозников – всех! В лесу больше 2 кг грибов соберешь – штраф!». Этот отрезок пути – до Бреста – самый познавательный: из Ромы дорожные истории выскакивают одна за другой…
Нас обгоняет фура, сигналя и подмаргивая фарами. Сворачиваем на обочину. Спустило левое переднее – из него торчит саморез. Но у Ромы нет запаски, а до шиномотажа – 40 км. Едем рывками: через каждые пять км – стоп, подкачиваем. «Ну родная, умоляю!» – заклинает Роман колесо. Если сядем на обод – будем ночевать в чистом поле! Но доехали, сволочной саморез беру на память – как те чудаки, что хранят выдранные зубы или осколки из груди.
Въезжаем в Брест вечером, запланированная фотосессия у развалин крепости коту под хвост. Хотел получить напутствие ветерана: «Чтоб стояли насмерть – как мы в 41-м!». Зато получаю напутствие автостопщика Саши: «Завтра на границе тебя кто-нибудь обязательно подсадит – ведь с тобой можно провезти лишнюю бутылку водки, сигареты, а в Польше загнать».
«ГОВОРИ ПО-ФРАНЦУЗСКИ!»
Но утром – дождь (он, судя по всему, будет сопровождать меня по всему маршруту!) – решаю въехать в «Шенген» на электричке. Таможенница на вокзале: «Иконы, наркотики есть?». Начинается шмон, красные майки с логотипом родной газеты принимаются за контрабанду, объясняю: сувениры. «Куда едем?». Объясняю. «Да кому это интересно! Надо писать, как сыграли, а не как ехали!» – «Почему же на электричке? – встревает другая таможенница. – А как же автостоп?!» – «Жизнь себе облегчаете молодой человек!». Мне стыдно. Конечно, читателю нужен экстрим…
Въезд в Шенген оказался будничнее некуда. Сначала по вагону прошествовал поляк-верзила, ставя печати на паспорта, («Как ваши сыграют на ЧЕ?» – «Плевать, как сыграют!»), затем пробежал черный лабрадор, потягивая носом в разные стороны (наркота есть?), затем – рыжая овчарка, за ней баба-таможенница (водка, сигареты, мясо?), снова собака непонятной породы, причем, выпрыгнув из вагона уносится куда-то в поля. Под вопли пограничника – возвращается… Вагончик тронулся, и знамя чуть было не уехало без меня – еле успел запрыгнуть… Раскрываю польско-русский разговорник. Футбол по-польски – «пилкэ ножнон».
В Варшаве должна встретить Олеся – хозяйка ресторана «7 грехов». Но разминулись. «Ты где?» – кричит по мобиле. – «А черт его знает!». Спрашиваю у поляка, передаю Олесе. Через полчаса получаю выговор: «Не знаешь английского, говоришь по-русски! Да тебе запросто могли в глаз дать! Мне в трамвае однажды по голове палкой ударили – по-русски говорила. Русофобия здесь страшная». – «Я французский немного знаю…» – «Вот лучше по-французски и говори. Иначе таксисты будут возить кругами, продавцы втридорога сдерут!».
СМЕНИТЬ ГУСА НА ДИКА
Олеся болеет за «Зенит». Давно? «Вот как начал все выигрывать. Поставила на него в финале Кубка и выиграла 100 злотых. Но подвел «Челси» в Москве – проиграла столько же!».
Моя очередная путеводная звездочка – неформальный лидер русской общины. Правда, община ее кинула – в интернет-опросах голосовала за ресторан, но посещаемость плохая, «Грехи» в убытке, а тут еще президент (его дворец рядом с рестораном) затеял ремонт дороги – столики не выставишь на улицу… «Через месяц закрою лавочку!» А пока в «7 грехах» по мою душу собрался цвет русскоязычной интеллигенции: литературный критик Мацек Новак, бывшая секретарь комсомольской организации Бобруйска, а ныне повариха Лариса… Художник Рафал Расковинский – правнук есаула Пантелея Коршунова (кавалера четырех георгиевских крестов, осталась от него только шашка) сразу рисует орла на флаге…
– Какие шансы у России, товарищи!
– Отличные! Во всяком случае, ваша сборная лучше польской! – говорит Рафал.
– Выйдем из группы! – уверена Лариса. – Как же я люблю все советское! Сейчас Россия на подъеме и в футболе тоже. Вы – наша надежда!
– Понятия не имею! – говорит Мацек. – Никогда футболом не интересовался, но в прошлом году сыграл роль вратаря в фильме о команде бездомных. Взяли, наверное, за габариты – половину ворот занимаю (Мацек – огромен, голова – с ведро).
– Шансы будут, если сменим Хиддинка на Адвоката! – говорит украинец Володя Лещев – повар.
– Володь, а тебе палкой по голове, случаем, не били? – шучу я.
– Нет еще. Народ мне здесь очень нравится, правда, шутки дурацкие – все агентом КГБ обзывают.
– Шансы у России есть, – говорит Олеся, – если… бухать не будут. Нет, серьезно. Я знаю, как пьют спортмены. У нас в ресторане на сутки зависла сборная Польши по волейболу – тренер отпустил перед турниром в Москве, чтобы расслабились. Так расслабились, что в Москве все три матча продули! Так что – не надо бухать и все в Австрии будет нормально.
– За победу России! – провозглашает кто-то.
Разливаем «Матрешку» (водка), закусываем «Столичным» (салат).
– А вот я тебя с настоящим болельщиком свяжу! – Олеся набирает номер.
Игорь Струнин (бывший оперный певец, дочка пела на Евровидении за Польшу): «Чемпионат России стал гораздо интереснее. Поляки хоть нас, мягко говоря, ненавидят, но каждую неделю какой-то матч передают. Хиддинк – молодец, но… Сердце говорит мне: выйдем из группы, а разум – нереально! Наш уровень, увы, это матч с Израилем… Я, когда ехал из Японии с ЧМ, пел: «Прощайте японцы, живите богато, а я возвращаюсь до дома до хаты...». Ехал из Португалии с ЧЕ, пел: «Прощай, португальцы, живите богато…». То же самое, чувствую, буду петь в Австрии…»
…Будь я киноматографист, показал бы, как, отражаясь в зрачках главного героя, «матрешки» на столе пускаются в пляс.
«РОЖЕ, ТЫ НИКОГДА НЕ БУДЕШЬ ПОЛЯКОМ!»
Утром, сменив красную майку на зеленую, вспоминая французский (палкой да еще по больной голове получить неохота) выхожу в Варшаву. Город пуст – воскресенье, все на дачах, но в парке на синтетике с матерными (и мне понятно!) криками носятся местные дворовые футболисты. Перекрестившись, выхожу к бровке с мыльницей. Косые взгляды, наконец, какой-то парень: «Зачем снимаете?» Отважно при помощи мимики объясняю: журнал, пилки ножна, Москва, флаг, Хиддинк… Как ни странно, парень понимает и даже немножко говорит по-русски. «Можно вас сфотографировать с флагом?» – «Конечно! Вот здорово!» Достаю, разворачиваю. Собирается толпа, но идея ей явно не по душе. Крики приблизительно такого содержания: «Русский флаг?! Зачем он нам?» – «Ты что, дурак совсем?» – «Подписываться? Ни за что!». Но тут выясняется, что подписываться не на чем – флаг сперли. Шутка – под хохот возвращают, и вот он уже расстелен на синтетике, и кто-то решительно берется за фломастер. Сейчас, думаю, нарисует детородный орган – и вручай его потом Хиддинку! Но парень ограничился словом «Легия»…
В подтверждение обещанной Олесей враждебности поляков, звонит Норберт (русскоговорящий фанат, договорились о встрече неделю назад): «Плохая новость…» – «Убили кого-то?» – «Да нет. Ребята запретили встречаться с вами…» – «Потому что русский?» – «Да нет, потому что журналист. У нас, фанатов «Легии», плохие отношения с прессой...»
Однако встречаюсь-таки с другим болельщиком «Легии»: спортивным фоторепортером Петром.
– Действительно, какие-то проблемы с прессой у болельщиков «Легии»?
– Да. Президент клуба сказал в интервью англичанину из BBC, что 20 процентов фанатов «Легии» – фашисты! Ерунда какая-то! Потом извинялся…
– На носу Евро, но вроде никто здесь не фанатеет…
– Ты увидишь, что тут будет твориться во время первого матча с немцами (матч Польша – Германия – 8 июня – Прим.ред.)! Мы никогда у них не выигрывали, но сейчас должны. Тем более за них три поляка играют: Подольски, Троховски и Клозе. Клозе ведь родился в Польше, но не любит это афишировать. А вот у Подольски девушка – полячка, он и Троховски сказали, что хотели играть за Польшу, но наша федерация их в свое время прошляпила. Троховски даже сказал, что не поет немецкий гимн вместе со всеми, а молится Богу по-польски.
– У вас ведь есть в сборной один «легионер»…
– Да – бразилец Роже Геррейро из «Легии». Он хороший футболист, но сборная – это сборная. Нужно, чтобы в ней играли свои. Подольски в Германии хоть по-немецки говорит, а этот три года в Польше, а язык почти не знает! Ты знаешь, после того как он получил наше гражданство, в первом матче, как только он был с мячом, трибуны начинали выть: УУУУУ! – крик Маугли. Хотя вроде надо радоваться – усилил сборную. Потом «Легия» играла в Белостоке, и там вывесили баннер: «Роже, ты никогда не будешь поляком!». Такой же вывесили в Одре…
– Что скажешь о сборной России?
– Трудно ей придется. Хотя после победы «Зенита» у вас сейчас эйфория… Во время финала Кубка УЕФА сюда приезжала группа «Ленинград» (интервью с лидером группы Сергеем Шнуровым на стр. 42. – Прим.ред.), мы делали репортаж про то, как они смотрят этот матч. Как же ребята надрались от радости!
«ВОЗВРАЩАЙСЯ В ВАРШАВУ!»
В понедельник, наконец, вкушаю все прелести жизни автостопщика. Из Варшавы до начала шоссе на Вроцлав добираюсь… три часа! Затем тащусь через путепровод километра два (в пыли на обочине нахожу… медаль, вручаю самому себе – за героизм), прохожу мимо двух таких же бедолаг, один размахивает картонкой с названием города, другой – лежит у столба (очевидно, отмахал свое). Я встал семафором – рука в сторону. Но минут через пятнадцать она отсохла… Летят легковушки одна за другой – ноль внимания, фуры – тем более… Показываю карту какому-то деду на остановке, тычу во Вроцлав: что делать? «Возвращайся в Варшаву!». Решаю все-таки двигать вперед – на перекладных автобусах. Итог дня – 120 км, вместо 320-ти. Ночевка в Пиотров-Трибунальски, лежа в кровати в придорожном мотеле, включаю ТВ – поляки в товарищеском матче как раз вымучивают ничью с Македонией. Гол с пенальти сопровождается далеким, как крик петуха на рассвете, воплем… Один болельщик на стадионе точно есть…
Утром сажусь в рейсовый автобус до Вроцлава. Через полчаса автобус ломается, шофер лезет под кардан, долго торчат одни пятки, народ сидит в траве, посмеиваясь. Звонок из Москвы с «Радио-спорт». Что да как? Рассказываю в прямом эфире. Смеются. Не верят. Потом звонок от кузена: раз уж взял благословение для сборной в Смоленске, проделай то же самое в Вроцлаве – там есть православный храм (нашел в интернете), пиши телефон, попросишь архиепископа Еремея. Полтора часа стоянки и снова вперед – на другом автобусе (вызвали по SOS). Через 20 минут (что за невезуха на этом перегоне!)… сбиваем деда-велосипедиста.
Лужа крови, старик все пытается куда-то бежать – то ли агония, то ли шок… Врачи борются за жизнь, грузят старика в скорую, шофер дует в алкотестер, полицейские ходят кругами с рулетками…
Вторая незапланированная стоянка длилась два часа. Тронулись. Сзади, как памятник ДТП, стоит у стены целенький велосипед без хозяина.
БЛАГОСЛОВЕНИЕ БОГОМАТЕРИ
Во Вроцлаве звоню с вокзала в православный храм: «Можно Еремея? Архиепископа Еремея?». Еремея нет – он в Варшаве, зато есть отец Мартин – работник канцелярии. Встречаемся у фонтана, святой отец – в цивильном, и проблемы у него тоже сугубо гражданские: невеста – из России, учится здесь на филолога, ее отец погиб в Чечне, воспитывал дед «коммунист, полковник», так вот, узнав, что внучка хочет выйти замуж за священника, дед сказал: ни за что! «Футболом интересуетесь?» – «Работы в канцелярии по горло – не до футбола. А вот в Пиотров-Трибунальски нужно было вам познакомиться с отцом Иоанном – вот он болельщик, всем приходом собираются, смотрят матчи по ТВ под пивко. Евро ждут с нетерпением».
Рассказываю про неудачу с автостопом в Польше. «Это не удивительно, что никто тебя не подсаживал, – говорит отец Мартин. – Тут несколько месяцев назад автостопщики – парень с девушкой – зарезали водителя. Вся пресса, телевидение об этом писали. Теперь все запуганы, полгода никакого автостопа не будет… Кстати, а не взять ли нам по пивку – за встречу?».
Взяли, потом еще по одной… Кстати, сборную отец Мартин благословил, и даже сфотографировался с флагом перед Божьей матерью в нише на фасаде храма… Правда, флаг у него висит на руке – как полотенце у официанта (растягивать отказался: «Это уже политика, а мы этим не занимаемся!»).
«ФЛАГ – ЛИШНЕЕ!»
Властимил Петржела – бывший тренер «Зенита» живет в чешском Либереце на границе с Польшей – туда и моя дорога. По карте она не долгая – километров двести, но электричка едва ползет по горам. Соседкой оказывается украинка Нина: живет восемь лет во Вроцлаве, имеет ресторан, сын Тарас – футболист, играл за интернат в Днепропетровске, но недавно переехал в футбольный центр в Опалынице, заплатили за него поляки 5000 долларов. «У Тараса уже есть предложения из Англии, Франции! – объявляет Нина. – Предлагали играть за молодежную сборную Польши, но он держится – хочет играть за родную Украину…» – «Так держать!» – говорю на прощание.
В городке Еленя Гура меня должен встретить, помочь переправиться через границу отец Василис (рекомендован отцом Мартином). Конечно, количество моих собеседников-священников зашкаливает, но что поделаешь, если в чужом краю по-русски лучше всего говорят именно отцы православной церкви, к тому же по сану им положено гостеприимство, а таким авантюристам, как я, этого только и подавай…
Но отца Василиса на перроне нет – к нему приехало телевидение. Иду в храм. Пока там расставляют софиты, пытаюсь вклиниться в процесс со своим флагом. «Нет, флаг – это лишнее!» – говорит отец Василис. «Ну, тогда хоть с нашим журналом сфотографируйтесь!». Вручаю телевизионщику мыльницу: «Щелкни, брат!» Щелкает, но тут что-то щелкает в голове святого отца. С криком «Это богохульство! Сотрите!» он бросается к мыльнице. Кадр стерт, пару минут отец Василис сердито пыхтит. «Грешник?» – лезет глазами в самую душу. «Вроде нет. Пару слов о футболе скажете? За кого будете болеть на чемпионате Европы?».
– Вообще-то я поляк и буду болеть за сборную Польшу, но моя мечта – так и запишите! – чтобы в финале играли поляки и русские. А так мне «Манчестер Юнайтед» очень нравится. И жаль, что испанцы не дошли до финала Лиги…
– Каких-то игроков сборной СССР знаете?
– Блохина… Яшина… Как он?
– Умер давно… Ну, я пошел…
– Подождите! – вдруг кричит отец Василис, лезет под мантию, выгребает из карманов штанин мелочь, вручает горсть (21 злотый). – Поставь свечку за Василия грешного в Сергиевом Посаде!
Автобус довозит почти до самой границы, а дальше – пешочком до ближайшей деревни… В Либерец попадаю на закате.
НЕДВИЖИМОСТЬ ПЕТРЖЕЛЫ
Мир не без добрых людей, но пока мне кажется – сплошь из добрых, а самый добрый – Петржела! На безобидный вопрос, не посоветуете ли, где остановиться, следует неадекватный душевный порыв: Властимил приезжает, устраивает в самую дорогую гостиницу – «Radnice», рядом с кафедральным собором… бесплатно. «Не надо денег! Хозяин – мой приятель»… Но кажется, весь Либерец – в друзьях Петржелы. Властимил не скрывает, что моему приезду рад, как впрочем и своего тщеславия… «Да, друзей много, когда вывел «Слован» в высшую лигу, толпа несла меня несколько километров в центр города…». Спускаемся по переулку. «А вот магазин часов. В тот год я однажды остановился, засмотрелся на часы из чистого золота. Хозяин узнал, решил подарить. Но я сказал: «У меня есть помощники». Тогда мне он подарил золотые, а помощникам – серебряные…».
На следующий день утром Властимил приезжает за мной, чтобы приятное сочетать с полезным: сфотографироваться на фоне красот во время прогулки своих любимых… нет, употребим превосходную степень – обожаемых собачек… Едем по городу, он комментирует чуть ли не каждый дом. У Петржелы сложные отношения со здешней недвижимостью. Хотел купить… дворец, но продавали без земли – она «принадлежит народу». «Был у меня дом хороший – в идеальном месте: рядом лес, там бегали мои собачки, кошки, футболисты на сборах, но лес власти вырубили, понастроили вокруг высоток – пришлось дом продать… А вот в этом доме был мой магазин «Адидас» – но дела вели мои знакомые, обманывали, вылетел в трубу – пришлось продать… Сколько из тех, кому я делал добро, оказались предателями! А вот дом, где фитнес-центр Зузанны, столько денег туда вложил! Никогда этот клуб себя не окупит, зато у Зузанны есть любимая работа! (с иронией)… Купили еще один дом – увидите сейчас – старинный особняк, правда, живем только в среднем этаже, внизу и сверху – соседи, но дом, по сути, наш… Сейчас купил еще трехкомнатную квартиру – для себя… Мы же с Зузанной развелись. Все говорят – такая красивая пара, но всему приходит конец… Я не могу быть подкаблучником... Все оставляю ей, она теперь самая богатая женщина Либереца… А чемпионом у вас будет «Рубин» – у них ведь юбилей. В прошлом году они очень умно «отдавали», теперь собирают должки…».
«БРУФФИК, ТЫ ГДЕ?»
Дом, из которого Властимил скоро переедет в квартиру, радует глаз. Крутая лестница, просторы внутри и снаружи – вид на лощину с озером. Туда и идем с собачками. Бертик носится, сломя голову, Бруфик еле ковыляет: «У него диабет, делаю уколы инсулина каждый день».
– Светит ли чего сборной России?
– Нет. Знаете, сборная – это не «Зенит». Да и мы, чехи, боюсь, не выйдем из группы. Коллер уже не тот, нет Росицки… Бруффик, маленькая, где ты?!… Кержакова пригласили в сборную? (мотаю головой) А Денисова? (мотаю головой)… Я всегда говорил: нельзя продавать Кержакова! А если еще и Аршавин уедет – не будет «Зенита»!
– Сейчас вы без работы?
– Уже четыре месяца – самому надоело! Все-таки не могу без футбола. Но в Чехии работать не буду! Тут ведь такие отношения с федерацией! После моей критики начали прослушивать телефон... Бойкот мне пресса объявила… Да и вообще, что только про меня тут ни писали – и, дескать, наркоман я, и пьяница! Зависть! Хочу вернуться в Россию… Может быть, сойдет и команда второй лиги – если только ставятся большие задачи.
У Властимила звенит мобильный. В разговоре возникает слово «Новосибирск».
– Вот вариант с «Сибирью» мог получиться, – продолжает он, – но пригласили Оборина, потому что испугались, что Петржела попросит слишком много денег! Но для меня деньги никогда не шли на первом месте!
– Как до Праги лучше добраться?
– Автобусом – полтора часа. Я в свое время каждый день ездил туда-обратно – за полчаса однажды долетел. Но докатался – попал в аварию: за 400 метров увидел, что на мосту – скопились машины, а на дороге оказался гололед. Нажимаю на тормоз – никакого эффекта, вцепился в руль, пристегнул ремни и перед самым ударом снова нажал на тормоз – машину развернуло и ударило боком – на скорости 130 км в час! Если бы кто со мной ехал – убило бы. А как только меня вытащили – в мою дверь въехал другой автомобиль…
– Надо сфотографироваться на фоне кафедрального собора. Вот флаг… Не накостыляют?
– Мне можно, – улыбается он. – Но вообще-то лучше этот флаг поменьше показывать. В Чехии русских не любят. Даже не столько чехи, как бывшие ваши – из СССР. Знаете про историю с телевизионщиками Пятого канала? Ходили они по Праге, болтали по-русски – ограбили свои же! Вытащили ножи, пистолеты… Полиция говорит: разбирайтесь между собой.
На площади перед кафедральным собором Петржела разворачивает флаг, щелкаю два раза – фотосессия закончена!
Окончание приключений нашего корреспондента в следующем номере. Далее путь пройдет по Германии и завершится в австрийском Леоганге. Дорогие читатели, если вы хотите подсказать Дмитрию Туманову интересные точки на маршруте, дать полезный совет, высказать пожелание – звоните в редакцию по телефону: (495) 6376511 или шлите послания по адресу: emels@sovietsport.ru