Николай Наумов: Смородская с самого начала повела себя неправильно

- Какой российский клуб вам нравится в плане управления?
- У нас часто внутри клуба создаются органы, которые любят поуправлять. Мы это видим в «Локомотиве», «Спартаке». А коллективное управление, как правило, ведет к безответственности. Раньше я говорил, что мне больше нравится управление ЦСКА. Но сейчас там все меняется не в лучшую сторону. Сейчас могу отметить «Краснодар» и «Динамо». С «Краснодаром» понятно, это частный клуб. А «Динамо» раньше тоже было загружено всякими попечительскими советами. Сейчас есть узкий круг людей, которые разбираются в футболе. И в клубе хорошая атмосфера. Ее даже на поле видно, на скамейке. Мне интересен Шварц, как тренер. Видно, что он хочет, и ему доверяют игроки. Это не всегда бывает, но в «Динамо» так сложилось.

 

- Худший руководитель в истории «Локомотива» - Смородская, Кикнадзе или кто-то другой? И почему Смородская при всех скандалах продержалась в клубе шесть лет?  
- Продержаться можно сколько угодно долго, если держаться. Это не самое трудное. Трудно добиться результата. Ольга Юрьевна с самого начала повела себя неправильно. Она противопоставила себя болельщикам, и отсюда все ее проблемы. И потом, я всегда отрицательно относился к женщинам в футболе. Не может женщина разбираться в футболе. Приведу пример. Прошло уже много лет, но, думаю, можно о нем говорить. Заходит Смородская ко мне в кабинет. Я еще не передал ей дела, но меня попросили ввести ее в курс дела. Она спрашивает: «Как вы покупаете футболистов?». Я начинаю ей объяснять, что у нас есть селекционеры, тренерская заявка и на последнем этапе подключаюсь я. И в ответ я слышу: «Я так делать не буду. Я посмотрела запись, мне футболист понравился, я его покупаю». Я ей говорю: «Вы разве специалист в селекции? Как вы можете определить, подойдет игрок команде или нет?». Она усмехнулась и говорит: «Я двадцать лет болельщик ЦСКА. Что же я не разбираюсь, хороший футболист или нет?» На что я ей ответил: «Я сорок лет летаю на самолете, а летчиком так и не стал». Тогда я понял, что женщина в футболе – это не совсем правильно.    

 

- А как же Грановская в «Челси»?
- Это исключение, которое подтверждает правило.  В «Спартаке», «Зените» сейчас есть женщины. Но это не значит, что это правильно. Человек должен чувствовать футбол, и это не каждому дано.          

 

- Каким должен быть лимит на легионеров в России?
- Если уж делать лимит, то он должен быть качественным, но не количественным. Мы должны покупать только того футболиста, который играет в своей сборной, или добился серьезных результатов. Когда к нам едут молодые легионеры – это губит наш футбол. Надо брать таких, как Фернандеш, который был в «Локомотиве». Рядом с ним учился играть молодой Баринов. Такие легионеры приносят пользу. Мне в свое время говорили по легионерам в РЖД на совете директоров. Там сидели замы Якунина и спрашивали меня, зачем мы тратим такие деньги на игроков. А я спросил у них в ответ: мол, почему у вас все пиджаки импортные? Потому что своих нет. Вот так и мы приглашаем футболистов. Как только в России перестали появляться топовые иностранные игроки, мы сразу упали в уровне, и показываем такие результаты в еврокубках. Был в «Локомотиве» Родолфо. Рядом с ним росли Беляев и Бурлак, которые многому у него научились.  

 

И еще по поводу лимита. Помню, агент привел ко мне молодого игрока, и сказал, что парню надо дать 500 тысяч евро. Этот футболист еще ни разу по мячу не ударил, зачем ему давать такие деньги? И агент мне это аргументировал тем, что у него российский паспорт. Этим российским паспортом агенты начали козырять. Много примеров, когда мы балуем футболистов тем, что они русские, а они потом теряются. Это минус лимита. Другое дело, если мы пригласим Месси. Не для того, чтобы он давал результат, а чтобы рядом с ним учились наши футболисты. Они ведь не только в играх учатся. Они каждый день общаются, тренируются и учатся отношению к футболу.

- У большинства российских топ клубов, за исключением «Зенита» и «Краснодара», в последние пару лет происходит значительное омоложение состава. Для вас это показатель того, что российские клубы стали больше заниматься бизнесом и принимать европейскую модель, согласно которой клубы растят и продают молодых футболистов?
- Тут есть опасность, потому что в команде должен быть сплав молодости и возрастных игроков. Посмотрите, сколько было провальных матчей у «Крыльев Советов» и ЦСКА после привлечения молодежи. Молодой футболист не может держать одну планку на протяжении длительного этапа. Взять Захаряна в «Динамо». Один матч он феерит, в другом его вообще не видно. И у Тюкавина так же. Сейчас многие клубы стоят перед финансовым выбором и считают деньги. Это одна из причин омоложения. Все стараются разгружать зарплатные ведомости. При мне «Локомотив» каждый сезон продавал 64 вип-ложи. От 50 тыс. евро за ложу, до 120. Это составляло основную массу доходов от зрителей. Но в условиях пандемии не все покупают эти ложи, понимая, что завтра ты можешь не попасть на стадион. Поэтому клубы и экономят.

 

Вторая причина омолаживания составов в том, что улучшаются условия для роста молодых футболистов. И это дает плоды. Хотя мы все равно еще очень далеки от Европы.  Например, за тринадцать лет академия «Севильи» вырастила 65 футболистов топ уровня. Это пять игроков в год. А у нас даже «Краснодар» мало растит. «Зенит» вообще никого не дает, хотя у него много школ и филиалов. Этим надо заниматься. Тогда и с легионерами будет все проще.

- Почему нам все труднее покупать качественных иностранцев в РПЛ?
- Футболисты и агенты понимают, что условия работы в России гораздо тяжелее. У нас тяжелый климат, очень плохие стадионы, очень дальние перелеты. Поэтому они и просят в два раза больше, чем попросили бы, например, во Франции. Мы вынуждены переплачивать. Как-то мы купили в «Локомотив» Вагнера. Просто классный парень, на тренировках феерил. А потом как начали у него рваться мышцы. Измучились с ним. Куда только его не возили. Врачи сказали, что ему этот климат не подходит. И он уехал играть в Турцию. Поэтому у нас мало футболистов из основы серьезных сборных или клубов.