Иван Мельников: Надеюсь, врачи «Зенита» доберутся до Кокорина

– Далеко не факт, что Кокорин и Мамаев покинут следственный изолятор 8 апреля. Ведь ранее в аналогичных ситуациях меру пресечения для обоих продлевали на два месяца. Каково сейчас состояние зенитовца, который, как сообщалось ранее, получил ожоги в результате медицинских процедур с больным коленом?
– По его словам, боли в колене сохраняются. Занятий лечебной физкультурой недостаточно, и Александру требуется квалифицированная медицинская помощь.

– Вы видели у него ожоги?
– Да. Следы от ожога были замазаны зеленкой. Кокорин сообщил, что до этого было нагноение, которое, к счастью, прошло. В целом он не жаловался на медработников и сотрудников изолятора. Предположил, что ожоги появились вследствие того, что в СИЗО используют старое оборудование.

А вот по мнению медработников, у Александра не было больших ожогов, и сейчас нет серьезных осложнений. Они сказали, что процедура проводилась должным образом. При электростимуляции коленного сустава врач постоянно взаимодействует с пациентом. И тот всегда может попросить изменить регулировки, если чувствует дискомфорт. Александр якобы во время процедуры ни на что не жаловался.

– То есть, в получении ожогов частично виноват сам Кокорин?
– Наверное, так говорить не совсем корректно. Я лишь передаю то, что мне говорили врачи СИЗО. В то же время есть золотое правило: пациент всегда прав. И в сложившейся ситуации к Александру необходимо допустить врачей «Зенита», о чем он просит. Со своей стороны я готов оказать всестороннюю помощь, чтобы это произошло.

– Что намерены предпринимать?
– Я держу контакт с адвокатами Кокорина, написал соответствующие рекомендации. Насколько понимаю, сейчас идет согласование со стороны следствия.

– Следователи уже отказали врачу «Зенита» в посещении Кокорина. Это так?
– Адвокаты пояснили, что защита дважды обращалась с ходатайством во ФСИН о допуске зенитовского врача. Затем ФСИН направляла запросы органам следствия. И действительно оба раза получала отказ.

– Следователи как-то мотивировали свои отказы?
– Мне об этом неизвестно. Но это проблема. На мой взгляд, в уголовно-прецессуальном кодексе необходимо закрепить норму, чтобы была возможность обжаловать такие постановления ради обеспечения конституционных прав граждан. Следователь не должен ограничивать права людей. И потом, одно дело, когда не дают общаться с близкими, и другое – с врачами. Это же может представлять опасность даже для жизни обвиняемых. Ведь бывают случаи на порядок тяжелее, чем у Кокорина.

Надеюсь, врачей «Зенита» все-таки допустят к Кокорину. Все-таки человеку необходима квалифицированная медицинская помощь. К сожалению, в СИЗО с этим есть проблемы. Не хватает медработников, устаревшее оборудование…

Если клубные специалисты доберутся до Кокорина, медчасть «Бутырки» готова предоставить кабинет. Такая практика существует, когда врачи посещают пациентов, находящихся в местах лишения свободы. Это абсолютно нормально.

– У Мамаева со здоровьем все в порядке. Правда, что он успел провести в СИЗО еще один тренировочный футбольный матч, как в феврале?
– Да, Павел еще раз сыграл в футбол. В СИЗО заключенных из одних камер выводят по очереди в большой прогулочный дворик, который оборудован под площадку. Теперь там играют большими камерами. Недавно очередь опять дошла до камеры Павла, и он сыграл, чему был очень рад. С момента первого матча, инициированного Мамаевым, в футбол в «Бутырке» сыграли несколько сотен человек. Это хорошее начинание.

– Получается, Мамаев может провести и третий матч?
– Естественно. Все будет зависеть от того, сколько времени он еще пробудет в СИЗО.