ФУТБОЛ
ЮБИЛЕЙ

Корреспонденты «Советского спорта» побывали на юбилее Олега Романцева, который он решил отметить вдали от Москвы. Многим Олег Иванович кажется человеком закрытым и нелюдимым, но в тесной компании калужских крестьян, спортивного врача и пары журналистов он предстал гостеприимным и раскованным. Мы открыли для себя другого Романцева.

Минувшей осенью автор этого материала поспорил с одним из давнишних соратников Романцева. Мой оппонент (известная фамилия в российском футболе) всерьез заявил: «Если «Спартак» когда-нибудь завоюет десятое чемпионство, а вместе с ним вторую звезду над ромбиком, то под предводительством Иваныча». А я, признаться, просто не могу представить Олега Романцева, который идет работать в империю Леонида Федуна. Слишком уж они люди разные…

Не знаю, когда и чем разрешится наш спор. Чувствую лишь, что Романцев не прочь вернуться к тренерской работе. Он прервал затворничество, которое длилось с момента отставки в «Динамо» весной 2005-го. Отвечает на телефонные звонки с неизвестных номеров, что раньше случалось нечасто. Чаще, чем прежде, играет в футбол с друзьями. Бодр и приветлив.

Романцев – человек состоятельный. Немаленькая квартира в центре Москвы, коттедж в ближнем Подмосковье… Но справить свой день рождения 4 января он отправился в сельскую глушь – в рыбацкую деревеньку близ городка Мосальск у реки Ресса, что в Калужской области, где уютный домик и соток 15 земли. Наверное, и это дань традиции – уехать подальше в свой день рождения. Межсезонные сборы команд Романцева начинались за границей как раз 4-го числа. Не любитель он пышных торжеств.

«ЗДЕСЬ РЫБУ ЛОВИЛИ РУКАМИ»

Путь из Москвы до Мосальска в 270 километров можно преодолеть за три часа – благо дорогу в ту сторону построили славную. Но подъезды к избушке Романцева по зигзагам, по бездорожью – вот уж проверка для редакционного авто!

Хозяин выходит встречать сам. Следом припрыгивает ирландский сеттер по кличке Интер. Это, как догадываетесь, в память о встречах с итальянским грандом в Лиге чемпионов. И вот что еще запомнилось при встрече – аппетитный запах шашлыка по всей округе. У мангала старший брат Романцева, Валерий, машет нам рукой.

Беседы здесь искренние, задушевные. Говорят, есть у Олега Ивановича теория – чем дальше от МКАД, тем меньше лицемерия. И нет на его лице и толики напряжения.

«Хорошо сидим». Простая избушка. Гостиная и две спаленки, мебель недорогая, из удобств только электричество. Гости: сосед по даче врач Юрий Васильков, который, к слову, близок к расставанию со «Спартаком» де-юре; брат Валерий; некогда председатель ныне расформированного колхоза Владимир Бубенков и его супруга Галина, заслуженная доярка СССР (чета преподнесла юбиляру охотничий нож); местный врач Виктор Ломакин; охотник Владимир Марченков (ходит на зайцев).

– Люблю эти места, люблю вас. Я хорошо помню, как оказался здесь впервые… – застольные речи Романцева трогают душу. Что до яств – весьма сдержан (держит форму по требованию супруги Натальи, которая осталась в Москве). И в выпивке не усердствует (бокал шампанского под первый тост и затем несколько стопочек водки с мужиками). Зато сигарет не жалеет – одна за другой улетают...

– …Так вот, приехали мы с Васильковым на рыбалку (он вырос в здешних местах) и в первый вечер встретились с его друзьями. Чтобы сварить к столу ухи, удочки забрасывать не пришлось. Владимир Бубенков закатал штанины, вошел в воду и за минуту-другую руками наловил рыбы на всю мужскую компанию. Руками – представляете?! А теперь что? Народ идет на дело с электроудочками, с сетями. Глушат рыбу. И как она еще сопротивляется?..

– Как же быть, Олег Иваныч? – для гостей слово Романцева авторитетнее министра.

– Ловить надо браконьеров, ужесточить для них закон. Сюда с Угры (крупная река вниз по течению. – Прим. ред.) щуки в семь килограммов заходили, помните? А теперь и не верится…

Возможно, не каждый читатель – большой поклонник рыбной ловли. Но за столом юбиляра этой теме все рады, и каждый вставит хоть словечко. Кем бы ни был собеседник Романцева, он будет увлечен экстремальными байками!

– …А перед Новым годом я гостил у друзей в Новом Уренгое, это у Полярного круга. Ух, морозец там сейчас (минус тридцать градусов и ниже. – Прим. ред.), но мы все равно сидели у лунок. Лучше в трескучий мороз рыбачить, чем в жару. Там же, в Уренгое, летом комарье сжирает, ну просто невыносимо! Мой друг Рим Сулейманов в жару решил тельняшку дома оставить. Так мошка в прямом смысле сожрала ему полживота, открытая кровавая рана была. Это комары кровь пьют, а мошка плоть выгрызает.

Незаметно перешли к мировому финансовому кризису – на теме долго останавливаться не стали, чтобы настроение друг другу не портить. Ни один из присутствующих не смог объяснить, что ж это за напасть такая и откуда она взялась.

– Не понимаю я, – пожал плечами Олег Иванович. – Мне в Москве друзья пытаются объяснить: американские банки, ипотека, сокращения, кризис… Я для себя объясняю так: простых людей опять хотят надуть, вот и все! – гости закивали головами, версия им явно пришлась по душе. – И по спорту ударит этот кризис, он уже ударил. Я кроме футбола люблю хоккей с мячом. Разваливается команда в Краснотурьинске. Не все эти ребята такие талантливые, чтобы их в «Динамо» взяли. Я знаю, как тяжело в Красноярске, не закрыли бы «Енисей». У людей в этих краях трудная работа, неблагоприятный климат, как им без зрелища спортивного? Была одна отдушина, и ее отняли!

«МОСКВА МНЕ РАЗОНРАВИЛАСЬ»

Пока гости вздыхали и судачили о тех, кому выгоден кризис, Васильков отошел в соседнюю комнату подготовить торт, как он выразился, «для торжественного вноса». Поверх торта Юрий Сергеевич заботливо вывел цифры 55 и надпись «Верим и ждем».

– Верим в Романцева и ждем его возвращения в большой футбол! – расшифровал доктор сладкое послание.

Чаевничаем под увлекательные рассказы калужан о том, как в былые времена в деревню крупные звери из леса заходили. Еще раз рассматривая подарок Бубенковых, Романцев его нахваливает: «Ох, до чего ж нож красивый!»

– Бросайте рыбалку, пришло время открыть для себя охоту! – неосторожно шутим.

– На охоту друзья зазывают, а я сам не свой – не могу в животное стрелять, резать. Когда в засаде сижу, специально курю побольше, чтобы зверь на меня не вышел.

Какое русское застолье без песен? Потянуло к караоке. Обычно Олег Иванович поет Высоцкого и песни юности, но на этот раз в списке записей приглянулся доисторический «Варяг». «Она!» – нажимает «плей», затягивает в микрофон, мы подпеваем.

Наверх вы, товарищи,      все по местам!

Последний парад наступает.

Врагу не сдается    наш гордый «Варяг».

Пощады никто не желает.

Сравнивая свои прежние даты с теперешней, Романцев вспоминает:

– Четвертое января долгие годы было для меня одинаковым, что ли. Мы на сборах, утром ребята говорят теплые слова и дарят мяч со своими автографами. Мячи все до единого сохранились; чуть приспущены, но форму держат. А вечером за ужином игрокам разрешалось шампанское. Именинник и руководство позволяли себе напитки покрепче. Но все знали: в семь утра подъем для всех, а в восемь построение.

Романцев в тулупе выходит на крылечко, подзывает питомцев. Пес Интер несется на всех парах, виляя хвостом, а кошка Коллина (пушистая, пусть и названа в честь известного итальянского лысого арбитра) отворачивается – она дама своенравная и избалованная.

– Как хорошо на природе! – радуется Олег Иванович. – В Москве-то мне все меньше нравится. С возрастом я вообще перестал мегаполисы воспринимать. У меня в Москве глаза слезятся, я даже к врачу по этому поводу обращался. А загородом просыпаешься и чувствуешь себя молодым!

– А где у вас банька? На даче в морозец самое оно! – застольное общение плавно перетекает в интервью.

– Я не большой любитель этого дела еще с игроцких времен. Футболистам, как знаете, к банным процедурам вдобавок полагается массаж. Константин Иванович Бесков знал, что я массаж пуще бани не люблю, и в кабинет водил меня за руку. Но я все равно Бескова обманывал – к массажисту подсылал вместо себя Валеру Гладилина.

– Будет у нас баня, скоро построим, – вступает Васильков. – На следующий день рождения в проруби искупаемся и будет где согреться.

«ЧИТАЮ МЕНЬШЕ, «ТАРЕЛКУ» СМОТРЮ БОЛЬШЕ»

– Олег Иванович, баню вы не признаете. А пробежки по морозцу?

– Буквально перед самым Новым годом играли 11 на 11, по-настоящему. На стадион «Труд» приезжали ребята то ли из ФСБ, то ли из прокуратуры. Я себе не изменил – сыграл в защите слева.

– Знаете, что больше нет в «Спартаке» администратора Александра Хаджи и многих ваших коллег из прежнего штаба?

– Мне так жаль… С уходом этих людей для меня перевернулась последняя страничка истории того «Спартака». Но все хорошее когда-то заканчивается. Время не остановишь – они люди возрастные, кое-кто в пенсионном возрасте. Думаю, Валера Карпин к ним не имеет претензий, да и они к нему. Есть повод встретиться с Хаджи – вспомнить былое, пропустить по рюмочке. Хаджи – умный и деятельный человек, он себя еще найдет.

И в который раз Романцев закуривает.

– Олег Иванович, вы же обещали бросить курить. Это вредно и немодно!

– Бросить? Так вопрос не ставлю. Курение – занятие, конечно, очень плохое. Не дай бог, чтобы с меня кто-то брал пример. Увы, оба сына курят. Не хотелось бы, чтобы внучки приучились. Но, помню, на год сумел бросить, когда во Владикавказе работал. А когда ответственность в московском «Спартаке» навалила, взялся за старое.

– Вы хороший дедушка?

– Начнем с того, что я плохой отец, потому что все время находился на сборах. А моя жена – молодец, воспитала двоих детей, а теперь водит внучек по выставкам и театрам. Я с ними только книжки читаю и мячик катаю.

– На базе в Тарасовке до сих пор хранятся книги, которые вы в 2003-м оставили в своем кабинете в наследство Андрею Чернышову. Почему не заберете?

– Да там все читано-перечитано. Я оставил футбольные книги: переводы Чарльтона и Мэттьюза, работы Игоря Фесуненко о латиноамериканском футболе.

Окончание на стр. 22

Окончание. Начало на стр. 20

И чтиво, которое проглатываешь за вечер. В последнее время практически не читаю. Смотрю по «тарелке» познавательные программы и спорт.

– Как вам ледовые и развлекательные шоу?

– Наше телевидение – это катастрофа. Будь моя воля, запретил бы детям смотреть общедоступные каналы. Помню, когда в Союзе стали показывать мексиканские сериалы, я возмущался: какая глупость и пошлость! Посмотрел наши, из XXI века, сериалы и ужаснулся. В нашей жизни, оказывается, нет ничего, кроме секса и бандитизма. А эти шоу!.. Звезд у нас развелось как собак нерезаных. Хорошо сказал Станислав Лем: «Слишком много фабрик звезд, где же материал для них найти?»… Мне горько, что исчезает русская культура. Образ нашего человека лет за сто изменился до неузнаваемости. Я благодарен своей бабушке, что многому разумному меня научила. Я прямо сейчас могу сесть за веретено и показать, как пряжу прясть. Это ведь тоже часть нашей культуры.

– Запали в память ваши откровения в начале девяностых. В одном из интервью вы поведали, что ваш младший сын спит на раскладушке. Вы сторонник аскетичного воспитания?

– Не сказал бы. Просто в то время не на что было купить кровать. Потом стали жить лучше и появилась новая мебель. К своим детям я отношусь так: в тяжелых ситуациях помогаю, но в жизни не продвигаю. Мой старший сын Вадим, кстати, работает помощником главного тренера в «Нике» уже третий год, но это идея Назара Петросяна. Как руководитель клуба он доволен Вадимом. Что касается младшего сына, то он с детства был фанатом не футбола, а машин. Работает в автосервисе.

«ЭТОТ «СПАРТАК» МНЕ НЕИНТЕРЕСЕН»

Много звонков – Романцев принимает поздравления. Их могло быть еще больше, но в отдаленной деревеньке хорошо ловится рыбка, а сигнал – худо. При нашем разговоре прозваниваются бывшие партнеры и коллеги по «Спартаку»: Георгий Ярцев, Федор Черенков, Сергей Родионов, Вячеслав Грозный, благодарный воспитанник Владимир Бесчастных.

– А ведь от вашего «Спартака» по большому счету ничего не осталось. Переживаете за свой бывший клуб?

– Нынешний «Спартак» мне неинтересен. Я болею за тех, с кем когда-то работал, с кем сдружился. Из моей команды остался один Саша Павленко. Вот ради Саши я иногда и смотрю матчи «Спартака».

– Правильным ли курсом идет команда?

– У «Спартака» есть два пути. Первый – обратить самое пристальное внимание на собственных воспитанников. В этом случае путь к успеху может быть долгим, но путь этот, по моему мнению, правильный. Мне же кажется, «Спартак» изберет вариант попроще – купить дорогих игроков и попытаться выиграть что-то в скором времени. Хозяева клубов требуют достичь результата сейчас или в крайнем случае завтра.

Тема легионеров меня очень беспокоит. Одно дело видеть на поле Жо или Вагнера. Их игра – искусство. Но я вижу, что в наш чемпионат по-прежнему приезжают посредственности, несмотря на ужесточение лимита.

– Тема минувшего года – уход из «Спартака» Егора Титова. Кажется, его история похожа на историю Андрея Тихонова…

– Совершенно разные случаи! Титова с Калиниченко сослали в дубль – и все. А у нас с Тихоновым был разговор, и даже после расставания остались великолепные отношения. Андрею уже 38 лет; мы с ним общаемся уже не как тренер и футболист, а как друзья.

– Карпин, став гендиректором «Спартака», сказал, что вы являетесь одним из кандидатов на пост главного тренера. Почему же в таком случае назначили Лаудрупа?

Первое: ко мне с предложением из «Спартака» никто не обращался. Второе: между мной и Валерием вообще контактов не было. Третье: я бы в любом случае не согласился. Валера не хозяин клуба. Он может кого угодно предлагать, но есть высший руководитель, обладающий правом вычеркнуть из списка любого из кандидатов.

«ПОПРОБУЮ СЕБЯ КОММЕНТАТОРОМ»

– Вы официально безработный?

– Моя трудовая книжка находится в клубе второго дивизиона «Ника». Выступаю в роли вольного работника. Если надо – приеду, проконсультирую. Мое участие в судьбе «Ники» не столь велико. Когда будет готова к открытию клубная школа-интернат на Варшавском шоссе, то, возможно, воплотится в жизнь идея взять группу ребят – для души поработать. Я всю карьеру возился с большими детьми, то есть с футболистами, может, пора маленькими заняться?

– И все же звонят с предложениями о работе с «большими детьми»?

– И не только из России. Признаться, я не готов прервать свой отпуск прямо сейчас. Понимаете, полноценного отпуска я был лишен десятилетиями, хочется отдыхать еще. Но зарекаться не стану. Кто знает, что произойдет завтра? Я проснусь и вдруг почувствую желание работать. И предложение, которое будет со всех сторон привлекательным, как по заказу поступит. Будет день – будет пища…

– Если не тренерство, то в чем хотели бы себя попробовать?

– Журналист Василий Уткин сделал предложение комментировать матчи на ТВ, и я его, видимо, приму. Удивлены? Василий у меня, конечно же, о прошлых взаимоотношениях спрашивал: «Не держите обиды за репортажи»? Нет, конечно…

– Но их не забыть, в частности, видеоролик, снятый НТВ у раздевалок после матча с «Кошице» в 1997-м (0:0). Толпа яростно требовала вашей отставки.

– Ну и к чему обижаться на Уткина? Разве болельщикам было за что нас хвалить? Они не потерпели одного-единственного матча, и страшно подумать, если бы мы посмели в то время выдать серию плохих игр. Но я все-таки за критику, а не за критиканство. Есть несколько человек из сообщества прессы, с которыми ни при каких обстоятельствах общаться не буду. Они перешли грань.

– Не из-за этого ли пропускали послематчевые пресс-конференции?

– В частности. Пресс-конференция – формальность, а я формальности не люблю. Иной раз задавали дурацкие вопросы, и мне казалось, что это пустая трата времени. С профессиональной точки зрения я был не прав. Если уж работаешь на посту главного тренера, изволь терпеть.

– Что знаете о драме одного из ваших спартаковских подопечных Андрея Иванова? Человек спивается, и, кажется, никому не нужен.

– Для меня произошедшее с Андреем стало полной неожиданностью. Кто-кто, а он был положительным во всем; я его запомнил интеллигентным, образованным, скромным и в то же время стильным. Что-то изменило его жизнь после завершения карьеры, но что – мне неизвестно. Может, неустроенность? При советской власти было тяжело закончить с футболом, всех куда-то распределяли, направляли… Да я сам, только став тренером, заставлял игроков учиться, получать высшее образование. Не знаю, как быть, просто надеюсь, что Иванов сможет взять себя в руки.

– Ваш сегодняшний круг друзей – это…

– Тот же круг, что и раньше. В нашем возрасте вряд ли можно найти друзей, да и не нужно. Петросян, Тарханов, Хидиятуллин, Ярцев, Кокорев, Дасаев – все, с кем дружил раньше, с теми и дружу. С людьми культуры общаюсь. С Любимовым, Волчек, Калягиным… Встречаемся на юбилеях, творческих встречах, премьерах. Они разносторонние и деликатные люди, мне с ними всегда интересно. Редкий случай, чтобы мы заговорили с ними о театре или футболе. Любые другие темы, но только не эти.

«МОЙ ЗАКОН: ПЕРВУЮ РЫБУ ОТПУСТИТЬ»

Что-то мы заговорились – Олег Иванович приглашает поудить рыбку и помолчать в тишине. Мы спускаемся с крутого обрыва к реке, идем по льду.

У Романцева своя лунка, и он еще не знает, что улов удастся на славу.

Долго ждать не пришлось – надо льдом изворачивается, вырывается щука! Килограмма на три точно, красавица! В следующее мгновение Олег Иванович отпускает зубастую зверюгу обратно в лунку. Ну, как его понять?! Оказывается, закон рыбака предписывает отпустить первую пойманную.

В этот день клев был необыкновенный. Угощение для гостей на посошок состояло из рыбы, которую наловил юбиляр. Уха получилась на славу!