Спортивный агент Владимир Абрамов: В матче за бронзу речь держал не Хиддинк – Аршавин!

Спортивного агента Владимира Абрамова, который около двух десятков лет помогает футболистам в трудоустройстве, давно уже можно называть постоянным экспертом нашей газеты. Его профессиональный взгляд на футбол и на то, что его окружает, всегда небанален. Поводом для последней встречи в редакции «Советского спорта» послужили актуальные темы – кризис, безработица среди игроков, отъезд за рубеж Андрея Аршавина, совмещение постов Гуса Хиддинка и многое другое.

– Владимир Николаевич, у вас ведь экономическое образование. Объясните квалифицированно: наш футбол уже охватил пресловутый кризис или еще нет?

– Кризис еще не наступил, но клубы уже его боятся. «Химки» в панике чуть не расформировали. А потом почесали в затылке: нам что, много надо? Половина чемпионата проводится в Москве и области, летать много не требуется, Владивостока в премьер-лиге уже нет… И теперь «Химки» даже чартер нашли, чтобы на сбор полететь.

Год с лишним назад Костя Сарсания удивлялся – разве можно с бюджетом в три миллиона удержать клуб в первом дивизионе? А в итоге занял место рядом с «Сибирью», у которой бюджет был в десять раз больше.

Кстати, в первом дивизионе сейчас на одних перелетах можно разориться. Почему-то авиационный керосин стал жутко дорогой. Как будто его не из подешевевшей в разы нефти делают…

– Проблема «Химок» во многом связана с тем, что местные власти в пору кризиса должны думать о зарплатах и пенсиях, а не о футболе. Правильно?

– Вы знаете, я вот уже 18 лет изучаю историю Римской империи. И меня очень занимает вопрос: мог ли Рим существовать без цирка, того, что сейчас называют ипподромом? Думаю, что не мог. Знаменитый «Циркус Максимус» вмещал триста пятьдесят тысяч зрителей. Триста пятьдесят! Это треть Рима. И народу было битком. И это только одна арена, а всего их в городе было шесть-семь! Это были неповторимые ощущения: азарт, ставки, запах лошадей, пота, денег… Колесница летит мимо, обдает тебя тучей песка…

Футбол – это тоже социальное явление. Вот невероятно популярное сейчас фигурное катание – это дань моде. А футболом живут миллионы людей. Болеют им. Футбол консолидирует народ лучше любых лозунгов.

– Почему же тогда народ на футбол не ходит? Стадионы – полупустые!

– А как на эти стадионы можно ходить? Я помню, еще в 1992 году сидел в кабинете Николая Толстых, руководившего тогда «Динамо», который с гордостью показывал мне макет нового стадиона. Николай Петрович Старостин восторженно мечтал, как скоро, совсем скоро у «Спартака» будет свой стадион. Прошло двадцать лет. Что изменилось? Разве что восторга и гордости нет. За последние годы построили только стадионы в Черкизове, Раменском и Химках. А ведь ЦСКА и «Спартак», до сих пор не имеющие своего дома, отнюдь не бедствовали…

В Корее можно приехать в любой самый захудалый город – и стадион там будет на порядок краше и удобнее арен в Черкизове или Раменском, которые считаются самыми современными у нас в стране.

Я извиняюсь за резкость, но «Лужники», которые были построены в год моего рождения, давно нужно снести, как это сделали англичане с гораздо более великим «Уэмбли». Ведь нынешняя арена совершенно не приспособлена, чтобы смотреть на ней футбол. Ничего же не видно без бинокля! В Мексике стадионы строят так, чтобы максимальная удаленность от поля составляла 60 метров. В «Лужниках» до первого ряда – 100!

Да, это объяснимо – у нас такая культура боления. Раньше, в годы моего детства, на стадионе пиво продавали. В стеклянных бутылках. И пили его прямо на трибунах. До тех пор, пока кто-то не додумался, что их можно кидать на поле. Помню, в журнале «Крокодил» изобразили карикатуру: футбол, идет матч, а все зрители сидят в касках. Своего добились – в Раменском в Романцева можно было бутылкой попасть, в «Лужниках» – нет. Но смотреть там футбол невозможно.

– То есть вы хотите, чтобы на футбол можно было прийти, как в театр?

– Да. Я хочу видеть лица футболистов, слышать, как они между собой разговаривают, как ругаются, в конце концов. Хочу быть соучастником действа, а не смотреть на него со стороны. Я хочу праздника, если иду на футбол. Чтобы люди не сидели друг у друга на головах. Чтобы в туалет можно было сходить, не затыкая нос от ужасного запаха. Чтобы без очередей можно было купить бутерброд. Пока этого нет, гораздо комфортнее посмотреть футбол по телевизору. И это печально.

– Может быть, поэтому клубы так приветствуют переход футбола на платные каналы? Но вам не кажется это несправедливым? Сначала мы платим налоги в госбюджет, на эти деньги содержат футбольные клубы, а потом с нас еще требуют денег за то, чтобы посмотреть футбол в их исполнении.

– Да, ситуация выглядит примерно так: в один карман залезли, деньги взяли, а теперь тянутся в другой. Лично я считаю, что футбол нужно показывать на бесплатных каналах. Потому что болельщики есть не только в Москве и Санкт-Петербурге, но и в тех городах, где о большом футболе «вживую» даже не мечтают. Платными трансляциями футбол загоняет себя в клетку, становится видом спорта для избранных.

– В прошлом году межсезонье выдалось бурным. Что ни день, то громкий трансфер. А сейчас все тихо-спокойно. Как будто никому ничего не надо, как будто нет у нас безработных футболистов…

– Есть. Причем немало. Возьмите, например, Алексея Смертина. Почему его не приглашают российские клубы? Ведь у него есть имя, есть мастерство. Потому что не хотят платить ту зарплату, на которую он рассчитывает. И таких игроков масса. Не все футболисты могут морально перестроиться. Получал он, допустим, 300 тысяч долларов. А сейчас ему предлагают за ту же работу 200. Обидно? Конечно.

Помню, Юрий Палыч Семин, тренировавший тогда «Локомотив», получал три тысячи долларов. И его команда играла прекрасно, добивалась результата, он собой гордился. Потом Семин стал получать восемь тысяч. Потом 50 тысяч. Потом сто. И так далее. Что, он стал лучше тренировать? Может, и стал. Ну не в двадцать же раз! Пройдут годы, прежде чем футболисты и тренеры вернутся к реальности.

– На кого сейчас есть спрос?

– На Жиркова. На Вагнера. На Тимощука. А вообще продать можно кого угодно. Смотрели фильм «Глянец»? «А меня можно продать?» – спрашивает девушка. – «Можно. Только придется чуть побольше поработать – подкрасить, постричь…». Тут вопрос иначе надо ставить – многие ли хотят уехать…

– Аршавин хотел. Зачем?

– Затем, чтобы почувствовать себя участником праздника, о котором я говорил. Полные трибуны для футболиста – как наркотик. Когда ты можешь разговаривать с болельщиком на 15-м ряду – это потрясающие ощущения.

Плюс Аршавин уехал в страну, где разбираются в футболе. Вот как вы думаете, в России многие из тех, кто с голыми торсами спиной к полю стоят на трибунах, разбираются в футболе? Немногие. Зато кричат хорошо. Или баннеры. Ах, как остроумно написано! И держат десять минут, чтобы все увидели. А то, что в это время футбол идет и из-под баннера ничего не видно, вроде как никому не интересно. В Лондоне сидят взрослые люди, наслаждаются игрой. А у нас есть на трибунах 50-летние болельщики? Почти нет. А пустых мест – навалом…

– Аршавин, вы считаете, не прогадал с выбором чемпионата?

– Разве у него был выбор? Даже имея единственное предложение от «Арсенала», «Зенит» вел себя так, как будто Аршавина отрывают с руками, торговался до последней копейки. В футболе сейчас много руководителей, не понимающих до конца, что это за игра. Они, может быть, хорошие управленцы или экономисты. Но не люди от футбола. Раньше в «Спартаке» можно было с любым бухгалтером о футболе поговорить. А сейчас они не знают, кто такой Федор Черенков. Так и в «Зените» – они относились к Аршавину как к наемному работнику, а не как к гению, которому для творчества нужно видеть новые горизонты.

– Вы считаете его гением?

– Мне футболисты сборной рассказывали, что случилось в раздевалке в перерыве матча с Голландией, который сейчас ставят в особую заслугу Гусу Хиддинку. Игроки пришли туда первыми, и Аршавин произнес речь. Суть ее такова: играйте на меня, я обеспечу результат. Хиддинк услышал голоса, понял, что происходит, и догадался не заходить в этот момент внутрь. Поверьте мне: это Аршавин обыграл тогда голландцев.

– А как же его фраза в телекамеры: «Эту игру выиграл великий тренер Хиддинк»?

– Она была сказана с сарказмом! Я потом несколько раз пересматривал эту игру и уже по-другому оценивал слезы Аршавина после матча. Это он выиграл тот матч, Андрей Аршавин! Он — герой! Не думайте, что я очень ему симпатизирую. Я считаю, у него есть масса человеческих недостатков. Но как игрок он гениален.

А вот в чем гениальность тренера Хиддинка, хоть убейте, не понимаю. К первому матчу с испанцами он готовил команду три недели. Результат? 1:4. Ко второму матчу с испанцами – четыре дня. Это, к слову, больше, чем у соперника, которого, по словам Гуса, он отлично изучил, сделав выводы после первого поединка. Результат? 0:3. А к голландцам с учетом перелетов у него было полтора дня на подготовку. Что тут можно сделать? Ничего. И Хиддинк сам об этом писал после Евро.

– Но никто из отечественных тренеров и близко не подбирался к такому результату – бронза чемпионата Европы – в последние двадцать лет.

– Хиддинк хорошо умеет играть роль добродушного дядечки. Но ведь какие у него условия! Все наши скандалы, которые раньше сотрясали сборную, – из-за премиальных, из-за спонсорских контрактов – с чего они возникали? Да с того, что футболисты получали копейки! А сейчас они – миллионеры.

– То есть Хиддинк ничем не лучше нашего российского тренера? Дай отечественному специалисту такую же зарплату, создай такие же условия – и мы будем завоевывать медали на международных турнирах?

– Знаете, чем Хиддинк отличается от российских тренеров? У русского тренера есть два мешка денег, он держит их в руках и грозно вращает глазами: «Попробуй подойди!». А Хиддинк держит свои два мешка, улыбается и говорит: «У меня все есть! Я счастлив! Как же я хочу, чтобы и вы были счастливыми…». Вот когда мы по менталитету приблизимся к европейцам, тогда и не нужны нам будут тренеры-варяги. Тем более совместители.

– Как думаете, почему РФС допустил уход, пусть и временный, Хиддинка в «Челси». Это связано с финансовыми проблемами федерации?

– Хиддинк – друг Абрамовича. Ведь это он нашел голландца для сборной. Изначально, как вы знаете, РФС вел переговоры с Адвокатом. У того условия были простые – полтора миллиона долларов зарплата, помощник – знакомый тренер из США и чтоб никто не лез в работу. Дик на самом деле очень простой человек. Обычный рязанский мужик, только с ним по-английски приходится разговаривать. Но Абрамович, который тогда выступал спонсором этого соглашения, вдруг заявил: я договорился с Хиддинком, надо приглашать его. Хиддинку работа в сборной России дала немало вистов. Наверное, пришла пора отдавать долги.