ХРОНИКА ПОСЛЕДНИХ ДНЕЙ

14 июня. Пятница. Фукурой (через полчаса после окончания матча Россия – Бельгия)

В смешанной зоне журналисты ждали футболистов. У специальных корреспондентов «Советского спорта» настроение было подавленным. Комок подкатывал к горлу. Своими переживаниями мы делились с корреспондентами «МК» и РИА «Новости». Большинство остальных, к сожалению, не скупились на желчь, частенько переходя на личности. Было такое ощущение, что проиграла не сборная России, а враждебная нам команда. Слишком много наслаждения звучало в голосах коллег. Один уже не очень трезвый товарищ, особо не утруждающий себя написанием заметок, без конца, и надо сказать талантливо, иронизировал над тренерами нашей сборной. Другой призывно обращался к окружающим: вы напишите, напишите, Романцев не дал футболиста, чтобы сходить к детям, больным церебральным параличом. Третий говорил: так им и надо, все равно играть не умеют. От всех этих слов становилось еще более тоскливо. А потом появились футболисты, и коллеги побежали к ним за интервью – зарабатывать имя и отрабатывать деньги. На игроков было больно смотреть, они вереницей шли к автобусу, с трудом подбирали слова, отвечая на вопросы. Казалось, многие из них не верили, что чемпионат закончился. Валерий Карпин, когда я попытался его успокоить избитой фразой: жизнь не заканчивается, ответил: «Для меня она закончилась». Олег Романцев на мою просьбу сказать несколько слов, в сердцах бросил: «Я подаю в отставку». После этих слов пресс-атташе Александр Львов остановился и сделал официальное заявление для прессы о том, что все, кто работал со сборной, уходят в отставку.

15 июня. Суббота. Симидзу. Национальный тренировочный центр

Это был единственный день, который футболисты могли провести так, как считают нужным. Утром состоялось собрание, на котором президент РФС выступил перед футболистами, призывая их не зацикливаться на случившемся. После чего уехал в сопровождении работников РФС в один из городских ресторанов отмечать свой день рождения. А перед этим пообщался с Олегом Романцевым, которому сказал, что все официальные решения будут приниматься в Москве на исполкоме РФС.

Днем игроки, выступающие в российском чемпионате, бились в «междусобойчике»: чтобы не терять форму, паковали вещи, смотрели телевизор и просто отсыпались. В холле японцы расставили сувенирную продукцию: на память можно было приобрести всякую всячину. На вечернем ужине хозяева устроили торжественное прощание.

На базу приехали жены некоторых игроков поддержать своих мужей. Настроение было разное. Но в целом, чувствовалось, что всем хотелось поскорее уехать из Японии, чтобы не мучить себя тяжкими воспоминаниями.

До вечера не было известно, из какого аэропорта полетит сборная и каким путем. Дело в том, что из Нагои прямым рейсом до Москвы добраться было невозможно. Взлетная полоса там слишком маленькая, чтобы нашему самолету удалось разогнаться и подняться в воздух с полными баками. Без посадки можно долететь из токийского аэропорта «Нарита». В результате все же пришлось остановиться на первом варианте.

16 июня. Воскресенье

В 10 часов утра сборная покинула базу в Симидзу и отправилась на железнодорожную станцию Сидзуоки. Там команда погрузилась в скоростной экспресс, который домчал до Нагои за 50 минут. На 16.00 по местному времени был запланирован вылет с посадкой в Хабаровске. Поздно вечером самолет с нашей сборной должен был приземлиться в аэропорту Внуково.

Все. Перевернута еще одна страничка в истории российской команды. Но уже совсем скоро на другом листе появятся новые записи. Будем надеяться – более оптимистичные.