«На улицах Ташкента стоял сплошной плач…» - Советский спорт

Матч-центр

  • 17-й тур
    окончен
    Брайтон энд Хоув Альбион
    Челси
    1
    2
  • 17-й тур
    окончен
    Саутгемптон
    Арсенал Л
    3
    2
  • 18-й тур
    2-й тайм
    Ним
    Лилль
    1
    3
  • 16-й тур
    2-й тайм
    Фрозиноне
    Сассуоло
    0
    2
  • 16-й тур
    2-й тайм
    Фиорентина
    Эмполи
    2
    1
  • 16-й тур
    2-й тайм
    Сампдория
    Парма
    2
    0
  • Товарищеские матчи (сборные)
    начало в 17:30
    Оман
    Таджикистан
    0
    0
  • 15-й тур
    перерыв
    РБ Лейпциг
    Майнц
    2
    1
  • 16-й тур
    1-й тайм
    Эспаньол
    Бетис
    0
    0
  • 17-й тур
    начало в 19:00
    Ливерпуль
    Манчестер Юнайтед
    0
    0
  • 18-й тур
    начало в 19:00
    Ницца
    Сент-Этьен
    0
    0
  • 16-й тур
    начало в 20:00
    Кальяри
    Наполи
    0
    0
  • 15-й тур
    начало в 20:00
    Айнтрахт Ф
    Байер
    0
    0
  • 16-й тур
    начало в 20:30
    Уэска
    Вильярреал
    0
    0
  • 16-й тур
    начало в 22:30
    Рома
    Дженоа
    0
    0
  • 16-й тур
    начало в 22:45
    Леванте
    Барселона
    0
    0
  • 18-й тур
    начало в 23:00
    Марсель
    Бордо
    0
    0
  • 18-й тур
    начало в 23:00
    Лион
    Монако
    0
    0
  • Футбол10 августа 2009 12:32

    «На улицах Ташкента стоял сплошной плач…»

    ПАМЯТЬ Тогда в авиакатастрофе погибли 17 пахтакоровцев. По счастливой случайности в том самолете не оказалось главного тренера команды Олега Базилевича и вратаря Александра Яновского. По просьбе «ССФ» они делятся воспоминаниями.

    ПАМЯТЬ

    Тогда в авиакатастрофе погибли 17 пахтакоровцев. По счастливой случайности в том самолете не оказалось главного тренера команды Олега Базилевича и вратаря Александра Яновского. По просьбе «ССФ» они делятся воспоминаниями.

    Олег БАЗИЛЕВИЧ:

    – В Ташкент я приехал весной 1979 года по решению Спорткомитета СССР. Сейчас тренеров приглашают руководители клубов, поэтому трудно поверить, что в советское время вопросы назначения чаще всего решались в Москве. Именно так 30 лет назад случилось в моей судьбе.

    В «Пахтакоре» я заменил Александра Петровича Кочеткова и за три месяца работы смог найти общий язык с игроками, с руководителями «Пахтакора» и Узбекистана. В команде было немало интересных футболистов. Достаточно вспомнить кандидатов в сборную Михаила Ана и Владимира Федорова. Словом, неудивительно, что «Пахтакор» находился в верхней части турнирной таблицы. В начале августа мы выиграли дома очередной матч, и до игры в Минске у нас было несколько свободных дней. Я с разрешения руководителей клуба вылетел в Сочи, где отдыхали моя жена и сын. С ними я не виделся 40 дней. С семьей планировал провести время до 12 августа и вылететь в Минск за сутки до игры. Основной же состав должен был прилететь 11 августа. В последнем домашнем матче травму получил капитан команды Михаил Ан. И ясно было, что в Минске на поле он не выйдет. К тому же Ан боялся летать. Говорили, что в детстве одна цыганка предсказала ему смерть в воздухе. Тем не менее Миша в Минск полетел, чтобы хотя бы морально поддержать команду. Увы, до столицы Белоруссии наша команда не долетела…

    Мне эту страшную весть сообщил второй секретарь ЦК Компартии Узбекистана, и я ближайшим рейсом вернулся в Ташкент. Даже сейчас не могу спокойно вспоминать ту трагедию. Ведь погибли не просто замечательные футболисты, а близкие мне люди.

    Надо ли говорить, какая скробь накрыла Узбекистан. Когда с аэродрома везли 17 гробов с телами и портретами погибших футболистов, на улицах Ташкента стоял сплошной плач.

    Была образована правительственная комиссия по организации похорон. Братская могила была вырыта при входе на Боткинское кладбище на месте бывшей цветочной клумбы.

    В команде были игроки разных вероисповеданий, и возник вопрос можно ли их хоронить всех одной могиле. Его решила 90-летняя мать тренера Идгая Тазетдинова: «Они погибли вместе, поэтому и в земле должны лежать вместе».

    На похоронах присутствовали члены ЦК Компартии и Верховного Совета Узбекистана. Семьи погибших получили на поминки продукты. А позже многие родственники, нуждавшиеся в улучшении жилплощади, переехали в новые квартиры. Улицы в одном районе Ташкента были названы фамилиями погибших футболистов.

    Что касается «Пахтакора», то он продолжал выступать в чемпионате страны и в итоге занял 8-е место. В этом помогали нам все клубы. Я звонил и ездил в разные команды, договаривался о переводе в Ташкент по два-три футболиста. Так мы собрали практически новый коллектив.

    Сам я доработал в «Пахтакоре» до конца сезона и перешел в ЦСКА. Такое условие было поставлено мною еще до командировки в Ташкент. Но главная причина моего отъезда из Узбекистана – непростое моральное состояние. Разумеется, моей вины в гибели футболистов не было. Тем не менее не очень-то приятно было иногда ловить на себе взгляды людей, которые говорили: «Но ты-то жив, а они-то погибли?».