«Волнуюсь. Но я готов к Англии!»

ДИНИЯР БИЛЯЛЕТДИНОВ. Накануне отборочных матчей с Лихтенштейном и Уэльсом сборная России приросла еще одним легионером. Гус Хиддинк вызывал в команду двух футболистов «Локомотива», но вместо одного из них туда приедет уже игрок «Эвертона».

Корреспондент «ССФ» поехал на базу «Локо» в Баковку, где Динияр прощался с товарищами.

Последняя тренировка Билялетдинова в «Локомотиве» – не то событие, которое способно поколебать размеренный уклад баковской жизни. Звенящую тишину соснового леса нарушает разве что лай собак из-за высоких заборов роскошных особняков да таджикские гастарбайтеры, катающиеся на велосипедах. За воротами локомотивской базы – Семин в этот день наотрез отказался пускать посторонних внутрь – самого свежего российского легионера дожидается одна съемочная группа, корреспондент «ССФ» и фанат «Локомотива» Женя, прикативший сюда на скутере из соседнего Солнцево.

Попрощавшись с командой в фойе базы, Динияр выходит к нам, не выпуская из рук телефона.

– Блин, Быстрова вот в «Зенит» продают, а мне-то сколько уже можно звонить?! – сбрасывает очередной звонок Билялетдинов – один из главных ньюсмейкеров прошлой недели в российском футболе, оказавшейся невероятно богатой на события, особенно трансферного толка.

Я достаю из сумки сувенир: футболку «Эвертона» сезона 2007/2008, купленную по случаю в Ливерпуле два года назад.

– Вау, откуда вы ее достали? – удивляется Динияр и берет футболку в руки, позируя нашему фотографу.

Но Женя на скутере тем временем готовится удивить его еще более неожиданным артефактом.

– Вот, возьми его с собой в Англию, – протягивает он Билялетдинову билет с матча «Лидс» – «Локомотив» 1999-го года. – Я был на той игре, и нас тогда здорово унизили – 1:4. Я хочу, чтобы ты в составе «Эвертона» отомстил «Лидсу» – если вы с ним вдруг встретитесь в Кубке Англии или Кубке Лиги, а после игры взял у кого-нибудь из «Лидса» автограф и привез этот билет мне обратно.

– Договорились, – обещание Динияр подкрепляет крепким рукопожатием.

Снова звонит телефон. Билялетдинов жалуется, что у него катастрофически мало времени. Единственный вариант – записывать интервью в его машине по дороге в Москву-Сити, куда Динияру нужно по делам.

Мы запрыгиваем в черный BMW X6 и трогаемся, оставляя позади тихую Баковку.

– Динияр, только что вы провели последнюю тренировку с «Локомотивом» и попрощались с командой. Что чувствуете?

– Тяжелый момент, – Билялетдинов слегка закусывает губу и с напряжением вглядывается в узкую проселочную дорогу, которая обещает вывести нас на Можайское шоссе. – Ощущение, будто теряешь что-то любимое. Похожие чувства были, когда заканчивал школу. Но сейчас эмоции даже сильнее: уезжаю из любимой Москвы в другую страну, где рядом не будет никого из родных.

– А ваша девушка с вами разве не поедет в Ливерпуль?

– Пока она останется в России. Первое время нужно будет побольше о футболе думать.

– Относительно вашего перехода болельщики здесь и там беспокоятся в основном по двум поводам. Здесь многие уверены, что английская премьер-лига совершенно не для вас: физически вы просто не потянете этот турнир крепких мужчин. Некоторые футбольные обозреватели даже предрекают, что первым делом в «Эвертоне» вас поведут в тренажерный зал – наращивать мышечную массу.

– А Фабрегас, что, мускулистый атлет какой-то? Нет. Но это не мешает ему быть ведущим игроком «Арсенала». Может, над дыхалкой и мускулатурой придется немного поработать. Но я не считаю это какой-то серьезной проблемой: все-таки в Англии футболисты не из железа сделаны или из какого-то другого материала. Такие же люди.

– А болельщики «там» в первую очередь волнуются по другой причине: «Можно язык сломать, пока выговоришь фамилию этого русского!».

– Это правда, у иностранцев всегда возникают проблемы с произношением моей фамилии. Поэтому есть несколько вариантов, что можно написать на футболке. Может быть, там будет просто имя. Они, кстати, «Diniyar» на удивление легко произносят.

– Я бы предложил еще один вариант: «Bill». Настоящая находка будет для английских журналистов! Уже вижу заголовок «Kill Bill», когда вы победный гол «Ливерпулю» забьете.

– Да, забавно! Ну, что-нибудь выберем, когда приеду в клуб.

– Семин сказал, что в «Локомотиве» у вас не было серьезной конкуренции, и из-за этого в вашей игре наступил некоторый спад. Готовы с ним согласиться?

– Со стороны это, наверное, виднее.

– Но в Англии на отсутствие конкуренции вам точно жаловаться не придется. Знаете, сколько у «Эвертона» полузащитников?

– Человек восемь.

– Около того. Этот факт не смущал, когда принимали предложение англичан?

– Ну в «Локомотиве» даже больше полузащитников, и ничего.

– С Мойесом (главным тренером «Эвертона». – Прим. ред.), знаю, вы уже успели поговорить по телефону без переводчика. Откуда такой почти эксклюзивный для российских игроков навык: давно готовились к отъезду за границу?

– Это маме надо спасибо сказать: заставляла в школе учить английский! С Мойесом мы говорили недолго, и он старался подбирать максимально простые фразы. Так-то, конечно, язык у меня сейчас где-то на школьном уровне. Как Аршавин, вряд ли смогу сразу раздавать интервью на английском. Сперва нужно будет чуть позаниматься с репетитором, просто повариться в новой языковой среде.

– Семин уже сказал, что замену Билялетдинову будет искать внутри команды: тот же Глушаков может сыграть на вашей позиции. Боюсь, что для болельщиков «Локомотива», в первую очередь их женской половины, ваша потеря окажется более весомой. Я бы даже сказал, невосполнимой.

– Да ладно вам! Сейчас уже все не так драматично, как было несколько лет назад.

– Что, письма больше не пишут?

– Пишут. Каждую неделю на базу конвертов пять-шесть приходит. Но содержание поменялось. Раньше сердечки присылали, духи, медведей плюшевых. А сейчас просто желают здоровья, удачи. Хотя в постскриптуме все равно оставляют свой телефон…

– Для Локо-гелз вы с Сычевым были двумя иконами. Теперь Сычеву в одиночку придется отдуваться.

– Ну почему в одиночку? У нас хорошее молодое пополнение подрастает в команде, их теперь и будут рвать на части.

– Что будет самым сложным в Англии первое время? Может быть, перейти на правый руль? – спрашиваю и тут же понимаю абсурдность своего вопроса, пока Билялетдинов виртуозно перестраивается из третьего ряда Кутузовского проспекта в первый, потом обратно в третий, разом оставляя позади десяток чуть менее отчаянных водителей.

– По бытовым вопросам я вообще не заморачиваюсь. То же самое касается адаптации в новом коллективе: я всегда легко нахожу контакт с людьми. Главное – футбол. Нужно будет как можно быстрее привыкнуть к другим тренировкам, другой игре.

Подъезжаем к стеклянным башням Москвы-Сити. На дисплее мобильника Билялетдинова загорается «Любимая»: девушка Динияра уже ждет его на парковке. Я задаю последний вопрос. Он родился уже по ходу интервью, во время которого Билялетдинов был совсем не похож на человека, очутившегося на пороге серьезных перемен в карьере да и вообще в жизни.

– Динияр, у меня такое ощущение складывается, что вся эта история с переездом не вызывает у вас никакого волнения. Ошибаюсь?

– Конечно! Волнение есть, причем немалое. Я понимаю, что от меня там с первого дня будут многого ждать и требовать по максимуму. Но я готов к этому. Чувствую, что нахожусь в хорошей форме.

Динияр в воскресенье принял участие в матче с «Уиганом», выйдя на замену на 89-й минуте. И хотя за отведенное время россиянин не успел ничем отметиться, его команда при нем на последних секундах сумела вырвать победу – 2:1.

В интервью, которое дал Динияр клубному телевидению «Эвертона» накануне встречи, он признался, что счастлив выступать за клуб, а также посоветовал болельщикам называть его «Билли»: «Билялетдинов – это слишком длинно и сложно, поэтому не стесняйтесь называть меня «Билли». К слову, прилетев в Ливерпуль лишь в субботу утром, Динияр успел провести с командой всего одну тренировку.