Луиз Фелипе Сколари: «Это я для «Челси» присмотрел Жиркова…»

ЛУИЗ ФЕЛИПЕ СКОЛАРИ. Один из лучших тренеров современности уже как три месяца трудится вдали от шумных разборок футбольной Европы и строит в Ташкенте новый азиатский суперклуб.

Корреспондент «ССФ» отправился в столицу Узбекистана, чтобы посмотреть, как Сержанту (прозвище Сколари) работается в «Бунёдкоре», и поговорить с тренером про деньги, планы, Абрамовича и Жиркова.

Съездить в сентябре в командировку в Ташкент – почти как выбить у начальства дополнительный отпуск. Когда в российской столице небо с каждым днем становится все сердитее, народонаселение главного города Узбекистана еще вовсю фланирует по улицам в коротких рукавах, а городские базары ломятся от свежих фруктов и овощей. Вылезая на перекрестке из спичечного коробка «Дэу Матиса» – самой популярной машины узбекских водителей – я жмурюсь от бьющих прямо в глаза солнечных лучей и без большой охоты подхожу к прохожим, чтобы узнать дорогу до стадиона «Джар». Гораздо больше в этот момент мне хочется упасть где-нибудь на пляже, но, во-первых, моря в Узбекистане нет, а во-вторых, надо спешить. Через несколько минут на «Джаре» начнется пресс-конференция главных тренеров – участников завтрашнего четвертьфинала азиатской Лиги чемпионов – узбекского «Бунёдкора» и южнокорейского «Поханга».

Тренер «Бунёдкора» – усатый мужчина уже не в молодых годах, но в отличной форме – пружинистой походкой шагает по подтрибунью арены в сторону конференц-зала и плюхается там в мягкое зеленое кресло. Его общение с журналистами длится минут пятнадцать, из которых десять минут уходят на работу переводчиков.

– В Азии всегда так. Почти во всех серьезных командах работают тренеры из Южной Америки. Сначала им переводят вопросы на испанский или португальский, потом их ответы переводятся на местный язык, а в конце еще в обязательном порядке идет перевод на английский. Вот и получается: 3-4 вопроса – и время вышло, – жалуются узбекские журналисты.

Когда усатому мужчине задают вопросы из зала, он даже не поднимает головы на журналистов и продолжает увлеченно листать предматчевую программку, отвлекаясь от нее, только когда сидящий рядом толмач переводит вопрос на португальский. Мужчина немного небрежен в манерах и как будто даже слегка надменен. Но мужчине это простительно, потому что его имя – Луиз Фелипе Сколари, и, по оценкам итальянской «La Gazetta Della Sport», он является самым высокооплачиваемым футбольным тренером мира, зарабатывая 13 миллионов евро в год.

– Очень простой человек, – подрезают под корень мои несмелые обвинения бразильцу в заносчивости футболисты и работники клуба, когда речь заходит про Сколари. – Может в любой момент подойти и поинтересоваться, как дела. Пошутить, подколоть как-то. С Зико по-другому было. Тот приезжал на тренировку, отрабатывал полтора часа и сразу уезжал обратно домой. А сейчас душевнее все стало.

Сравнение двух бразильских тренеров – тема, к которой неизбежно сводится любой разговор о последних успехах молодого азиатского суперклуба. Зико приехал в Ташкент прошлой осенью, выиграл чемпионат, где на момент его приезда «Бунёдкор» уже шел первым, и оставалось только не споткнуться на финишной прямой, выиграл кубок, в котором бразилец успел поруководить командой только в одном матче – финальном, и остановился на стадии полуфинала в азиатской Лиге чемпионов, проиграв австралийской «Аделаиде». После вылета из Лиги Зико на пресс-конференции пообещал: «В следующем розыгрыше мы поднимемся на ступеньку выше и, как минимум, сыграем в финале». Потом бразилец поехал отмечать Рождество на родину, а в Ташкент уже так и не вернулся. Из Бразилии Зико полетел в Москву подписывать контракт с ЦСКА, оставив на прощание прежним работодателям лишь скупые строчки на своем официальном сайте: «Удачи тебе, «Бунёдкор»!

– Зико здесь до сих пор не простили этого поступка, – признается мне лидер фан-клуба «Бунёдкора» Абу. – В Узбекистане слово мужчины – как клятва. А бразилец свое слово не сдержал. Вы бы видели, что творилось в первые дни после того, как стало известно об уходе Зико в ЦСКА. Столько проклятий ему и всей его семье болельщики на форумах оставили!

Полузащитник «Бунёдкора» и сборной Узбекистана Виктор Карпенко, отметившийся и несколькими сезонами в России, рассказывает о бразильце в более мягких формулировках, но признается – как игрок он у тренера Зико почти ничему не научился:

– Тренировки были очень однообразными. С понедельника по пятницу занимались одним и тем же. Нам давали мяч, и мы играли в футбол. Отличались упражнения только количеством допустимых касаний.

– У Сколари все по-другому?

– Абсолютно! Сейчас у нас есть полноценный недельный тренировочный цикл. Например, в понедельник занимаемся восстановлением, во вторник – физикой, в среду – тактикой и так далее. Плюс ближе к игре уже начинаем готовиться к конкретному сопернику, смотрим его последние встречи. Даже к матчу с последней командой чемпионата Сколари подготовил нарезку эпизодов, которую планировал показать нам. Не получилось – подвела аппаратура. Но при Зико такого вообще не было! Он всегда только говорил: «Запомните: вы – сильнее всех. Выходите на поле и побеждайте!».

Дисциплина, с которой при Зико, говорят, в «Бунёдкоре» начались некоторые проблемы, считается фирменным знаком любой команды Сколари. Едва приземлившись в Ташкенте, Большой Фил сразу объяснил игрокам, что им теперь делать можно, а от чего следует отказаться.

– Всем игрокам раздали специальные памятки, – вспоминает Карпенко. – Она у меня до сих пор на холодильнике висит. Там прописано три главных пункта, которые надо обязательно соблюдать. Пункт первый – нельзя никуда опаздывать: ни на тренировку, ни на сбор, ни в аэропорт. Пункт второй – нужно выключать мобильные телефоны, находясь в раздевалке, автобусе или столовой. Пункт третий – запрещается курить в общественных местах в клубной форме или костюме. Ну и по мелочам еще несколько запретов. Например, если тренировка закончена, значит, все футболисты должны покинуть поле, а не то что один остался по воротам бить, второй просто побегать.

Чтобы превзойти результат Зико и заодно выполнить за легкомысленного бразильца данное узбекскому народу обещание, Сколари нужно пройти еще два раунда плей-офф Лиги чемпионов. В четвертьфинале «Бунёдкору» выпало играть с южнокорейскими «сталеварами» – клубом «Поханг Стилерс». Все девять тысяч мест на «Джаре», где «Бунёдкор» проводит свои домашние матчи, пока строится новый спортивный комплекс с базой, гостиницей и стадионом на 34 тысячи зрителей, к началу игры заполняются болельщиками. Подавляющая часть среди них – молодежь: старшие поколения ташкентских поклонников футбола остаются верны «Пахтакору».

Корейцы начинают очень бодро и первыми открывают счет. «Бунёдкор» довольно суетливо играет в защите, но в нападении смотрится поинтересней соперника. Архитектор всех хозяйских атак – бразилец Ривалдо – на уровне азиатской Лиги чемпионов по-прежнему выглядит человеком с другой планеты. Хотя сам десятый номер «Бунёдкора» не забивает ни разу, все свои голы парни Сколари сочиняют при непосредственном участии Ривалдо. До перерыва сравнивает счет волшебным ударом с лета из-за пределов штрафной Карпенко, а во втором тайме дублем отмечается лучший футболист Азии-2008 Сервер Джепаров.

На последних минутах сказывается отсутствие у «Бунёдкора» большого опыта встреч такого уровня. Ведь в национальном чемпионате, где команда ни разу не потеряла очки за 23 тура и идет пока со стопроцентным показателем, серьезный соперник у нее только один – «Пахтакор», да и тот отстает уже на 19очков. Хозяева опасливо жмутся к своим воротам, и Сколари, не отходя от бровки и отражая лысиной яркий свет прожекторов, едва не срывает голос, призывая своих игроков «отжимать» корейцев к центру поля. Не то что бы у бунёдкоровцев это хорошо получается, но все-таки они удерживают комфортное преимущество в два мяча и теперь полетят в Корею явными фаворитами пары.

На послематчевой пресс-конференции довольный Сколари охотно жонглирует фразами «историческая победа», «важный день в жизни узбекского футбола», но предупреждает, что через неделю история будет писаться заново и все решится в ответном матче.

Задуманное мной на следующий день после игры интервью откладывается. Сколари объявляет себе и команде выходной, проводя его в кругу семьи. Бразилец привез с собой в Ташкент жену и младшего сына и живет вместе с ними в большом доме с бассейном и садом. Тренерский штаб в составе ассистента Флавио Тейшейры, специалиста по физподготовке Дарлана Шнейдера и отвечающего за работу с вратарями Карлоса Прачиделли, которые вместе со Сколари еще добывали для Бразилии Кубок мира в 2002-м, квартирует отдельно.

Сутки спустя, дожидаясь Сколари, я общаюсь с его переводчиком Дильмуром Хаитовым, который рассказывает, чем еще, кроме футбола, бразилец живет в Ташкенте:

– Поскольку в день у нас обычно всего одна тренировка, у Сколари здесь довольно мягкий график. Большую часть свободного времени он проводит с семьей. Очень самостоятельный человек: сам ходит на рынок за мясом, фруктами, овощами. Его там уже все знают! Но больше всего меня поразило, когда я увидел, как он покупает на рынке цветы и потом высаживает их в своем саду. Оказывается, цветоводство – его страстное хобби!

– Когда Сколари появляется на людях, его на части не разрывают сразу?

– Наоборот. У нас очень скромные люди, даже немного стыдливые. По Ташкенту Сколари может гулять гораздо спокойнее, чем по тому же Лондону. Иногда его просят сфотографироваться, но многие даже этого стесняются и просто улыбаются. Тренеру это очень нравится. А как его в регионах принимают! Помню, мы приехали играть в Карши с «Насафом», так местные руководители устроили перед матчем Сколари пышную встречу и одели его в национальный костюм. Весь стадион аплодировал стоя.

– Местные журналисты говорят, что даже российские олигархи живут скромнее, чем Сколари в Ташкенте.

– Ха, у нас журналисты любит приукрасить. Наоборот, Сколари не любит роскоши. По городу, например, он ездит сам, без водителя, на служебной «Тойоте», которую выдали в клубе. Одевается просто. Единственный предмет роскоши, который я у него видел – это именные наручные часы.

Сколари не очень-то жалует журналистов и за время работы в «Бунёдкоре» дал пока всего одно эксклюзивное интервью – знакомому португальскому репортеру, который специально приехал к тренеру в гости и даже получил доступ туда, куда всем остальным вход категорически воспрещен – в тот самый дом бразильца с бассейном и садом. А так общение Сколари с прессой ограничивается специальными пресс-конференциями, на которые пресс-служба «Бунёдкора» приглашает ведущих футбольных журналистов Узбекистана и дает им возможность порасспросить звездного тренера.

«ССФ» становится вторым изданием, с журналистом которого Сколари общается один на один. Правда, не совсем тет-а-тет (в разговоре участвует еще переводчик: тренер, неплохо знающий английский, все же предпочитает общаться на родном португальском) и не в своем доме, а в конференц-зале «Джара». Но зато у меня есть целых 45минут – столько остается до тренировки команды – чтобы спросить бразильца о самом важном.

– Когда известные бразильские футболисты уезжают в Азию, считается, что они едут туда доигрывать и думают уже в первую очередь не о спортивных амбициях, а о финансовом благополучии своих семей. Про вас можно сказать то же самое?

– Ни в коем случае. Деньги – далеко не единственная причина, по которой я приехал в Узбекистан. В Европе я бы мог зарабатывать не меньше. Но там в топ-клубах тренер находится под постоянным прессингом, от него требуют победы в каждом матче. А здесь у меня еще есть время заниматься более глобальными вещами и окружающая обстановка более раскованная и творческая. Я не хочу ограничивать свою роль только тренерской работой в «Бунёдкоре». У нас есть проект по развитию клуба и всего узбекского футбола в целом, включающий в себя развитие инфраструктуры, подготовку молодежи, и мне очень интересно во всем этом участвовать.

– Почти то же самое говорит о своей работе в России и Гус Хиддинк. А у вас, кстати, нет мысли поработать еще и со сборной Узбекистана?

– Нет. У этой команды уже есть отличный тренер (Миржалол Касымов. – Прим. ред.). Он также работает в «Бунёдкоре» одним из моих помощников, и я надеюсь, что те знания, которые Касымов получает от ежедневной работы в нашем штабе, положительно скажутся и на результатах сборной.

– Болельщики «Бунёдкора» прикидывают, кто еще из бразильских звезд собирается заканчивать карьеру, и уже ждут в Ташкенте Роналдо и Роналдиньо. Вы можете как-то подкрепить их ожидания?

– Вряд ли. Легионеров я пока приглашать в команду не планирую. В азиатской Лиге чемпионов действует правило «3+1» (в заявке команды может быть не больше трех легионеров из любой не азиатской страны и еще один из Азии. – Прим. ред.), из-за которого у нас уже и так выпадает из состава один футболист – чилиец Вильянуэва. Я хочу сделать ставку на местных игроков, тем более что в Узбекистане подрастает очень талантливое поколение. Молодежная сборная сейчас поехала на чемпионат мира в Египет, и я обязательно посмотрю по телевизору все ее матчи и наверняка отмечу для себя кого-то из игроков.

– Расскажите про ваши самые яркие не футбольные впечатления за время работы в Узбекистане.

– Во-первых, мне очень нравятся здесь люди – открытые и чрезвычайно гостеприимные. Видно также, что у страны очень большой потенциал. Если местные чиновники и дальше будут продолжать развивать инфраструктуру, образование, медицину, телекоммуникации, транспортную систему, то Узбекистан ждет большое будущее. Я уже побывал во многих городах, но, правда, когда едешь с командой на выездной матч, времени на досмотр достопримечательностей не остается. Поэтому в один из свободных дней я вместе с семьей съездил в Самарканд как турист и был просто поражен красотой города. Как будто попал в восточную сказку! Теперь очень хочу организовать такую же поездку в Бухару.

– Вопрос, который я не могу не задать самому высокооплачиваемому тренеру мира. Что для вас в жизни значат деньги?

– Поверьте, деньги ничуть меня не испортили. Когда я был игроком, я зарабатывал в 50 раз меньше, чем сейчас, но мои человеческие качества и жизненные приоритеты за это время никак не изменились. Финансы никогда не будут стоять для меня на первом месте. Главное – это семья.

– За свою карьеру вы уже заработали целое состояние. У вас есть какой-то бизнес, или предпочитаете хранить все деньги в банке?

– В Бразилии я вкладываю деньги в одну консалтинговую компанию и в недвижимость, и пока мне этого вполне достаточно.

– Сменим тему. Какие главные выводы вы сделали из своей работы в «Челси»?

– Говорить про «Челси» я пока не хочу. Мы еще не утрясли всех вопросов с налогами, и до того момента, пока они не будут разрешены, я не готов общаться с журналистами на эту тему.

– Тогда поговорим о конкретных личностях. Бытует мнение, что у вас не получилось в «Челси» только по одной причине: потому что Роман Абрамович указывал вам, кого нужно ставить в состав. Это правда?

– Чушь! Абрамович – очень интеллигентный человек и грамотный хозяин. Он никогда не лез в тренерскую кухню, потому что понимал, что этим только навредит команде. Все основные решения, касавшиеся чисто футбольных вопросов и жизни команды, я принимал самостоятельно.

– Это правда, что вы хотели купить в «Челси» Андрея Аршавина?

– Нет. Я хотел купить другого русского игрока – Юрия Жиркова. Это еще я присмотрел его для «Челси», и он не переехал в Лондон зимой только потому, что Зико очень попросил меня оставить ему Жиркова в ЦСКА до лета. Сейчас, когда Жирков все-таки перешел в «Челси», я не сомневаюсь, что он станет одним из лидеров команды. Я хорошо знаю этого игрока, потому что мне про него много рассказывал Пауло Пайшау (экс-тренер ЦСКА по физподготовке. – Прим. ред.) Мне всегда нравилось в Жиркове, что он одинаково хорошо может сыграть и в центре, и на фланге. Также важно, что он еще обязательно будет прогрессировать.

– Нашим читателям наверняка будет интересно узнать ваше мнение о ведущих бразильских легионерах, выступающих в российском чемпионате. Я назову фамилии четырех игроков, а вы, пожалуйста, дайте каждому из них краткую характеристику. Первый – это Алекс из «Спартака», которого, кстати, Дунга вызвал на ближайшие матчи сборной Бразилии.

– Я этому абсолютно не удивился, потому что Дунга хорошо знает Алекса еще по «Интернасьоналу». В прошлом сезоне у Алекса были очень хорошие показатели и репутация в Бразилии.

– Еще один бразилец из «Спартака» – Веллитон.

– Молодой игрок. Ему еще только предстоит доказать свой высокий класс.

– Гильерме из ЦСКА.

– Про него могу сказать то же самое, что и про Веллитона. Гильерме придется еще несколько сезонов много побегать за мячами, чтобы его признали большим мастером.

– Вагнер из «Локомотива».

– Хороший футболист. Но проблема в том, что в Бразилии 100 тысяч хороших футболистов! А чтобы попасть в сборную, нужно как-то выделяться на общем фоне и быть не просто хорошим, а выдающимся игроком.

– Вы сами когда-нибудь получали предложения из России?

– Да, это было буквально полтора месяца назад. Представители одного российского клуба вышли на моего агента – Жорже Мендеша, но я был вынужден отказаться.

– Почему?

– На тот момент я уже был связан контрактом с «Бунёдкором», и мне не хотелось подводить людей, пригласивших меня сюда. Плюс совершенно не было желания снова дергать семью, которой очень нравится в Ташкенте.

– А что это был за клуб? ЦСКА?

– Нет.

– Ну тогда остается только один вариант: «Зенит».

– Не вижу сейчас смысла говорить на эту тему – все уже в прошлом.

– В одном из ваших последних интервью, когда вас спросили о творческих планах, вы сказали следующее: «Я точно отработаю контракт с «Бунёдкором», рассчитанный на полтора года, до конца. Может быть, потом еще продлю его, а может – уеду. В любом случае тренерскую карьеру я хочу закончить в Бразилии. Но если мой младший сын захочет учиться в Европе, значит, чтобы быть рядом с ним, мне тоже придется вернуться туда и возглавить какой-нибудь европейский клуб». Из этих слов я делаю вывод, что шансов увидеть вас когда-нибудь в российской премьер-лиге нет никаких. Это так?

– Жизнь – очень непредсказуемая штука. Я бы, например, никогда не подумал, что когда-нибудь буду работать в Узбекистане. Поэтому предпочитаю никогда не говорить «никогда».

– Но все же очевидно, что лучшим вариантом для себя вы видите возвращение домой. Мечтаете вновь возглавить бразильскую сборную и сыграть с ней на чемпионате мира-2014, где она как раз будет хозяйкой?

– Нет. В Бразилии сейчас хватает талантливых тренеров, и многие из них знают ситуацию в местном футболе лучше меня: все-таки я уже семь лет не работал на родине. Для меня более подходящим вариантом будет работа в каком-нибудь клубе. Все-таки я начинал свою карьеру именно как клубный тренер и, возможно, в такой же роли ее и завершу.

Закончив интервью, Сколари отправляется переодеваться на тренировку. Над Ташкентом как будто прорвало кран, и полуторачасовое занятие проходит под проливным дождем. Самый активное действующее лицо на нещадно заливаемом водой поле – главный тренер. Сколари объясняет футболистам суть каждого упражнения, навещает на другой половине поля игроков, отрабатывающих «стандарты», и вообще держит всю ситуацию под личным контролем.

После тренировки насквозь мокрый, но довольный Сколари слоняется по коридорам «Джара», где находятся кабинеты многочисленных департаментов клуба, и дурачится. Постучит в одну дверь, потом, как школьник, отбежит от нее и постучит в другую. Выходящих из кабинетов с удивленными лицами клубных сотрудников тренер встречает задорным смехом и поднятыми вверх руками: мол, это не я.

Кажется, быть главным тренером «Бунёдкора» – это все равно что чувствовать себя победителем конкурса на лучшую работу в мире.