Полузащитник сборной России Динияр Билялетдинов: Ноги в Англии могут пообкусать!

Динияр Билялетдинов, который в матче со Словенией имеет большие шансы сыграть на левом фланге сборной России, рассказал «Советскому спорту», как он живет в Ливерпуле и почему неожиданно решил поменять комфортную жизнь в «Локомотиве» на безумный футбольный круговорот.

– Многие не верили в то, что у вас все получится в английской премьер-лиге, когда вы внезапно решили уехать в «Эвертон». Говорили: «Англия не для Билялетдинова». Но вы приспособились, штампуете голевые передачи. Пришлось что-то в себе менять?

– Ничего. У меня всегда было одно и то же отношение к футболу – нужно работать максимально профессионально, в какой бы стране, в каком клубе я бы ни находился. Так случилось и в «Эвертоне». Надеюсь, что хорошее начало сезона – это не эмоциональная вспышка, а что-то из разряда «всерьез и надолго».

– Эмоциональная вспышка оттого, что приехали играть в сильнейший клубный чемпионат Европы?

– Нет. Тут все сразу – новый футбол, новые команды, новые соперники, новая страна, обстановка вокруг... Ты просто все и сразу меняешь вокруг себя. И от этого море новых эмоций.

– Самое подкупающее в истории с вашим переходом в «Эвертон» – то, что вы, как говорят, пошли на понижение зарплаты по сравнению с гонораром в «Локомотиве». И все ради того, чтобы играть в Англии. Правда ли это?

– Я не могу комментировать контрактные дела. Когда я принимал решение, деньги были на втором плане. Вопрос стоял так: «Хочу или не хочу менять команду, играть в Англии?». В жизни каждого наступает момент, когда надо что-то менять. Не может же судьба бесконечно давать тебе шансы. И если ты серьезно относишься к жизни, то игнорировать эти шансы нельзя. Надо уметь ими пользоваться. Могу сказать, что для меня этот переход был серьезным шагом и он довольно тяжело мне дался.

– Это был вызов самому себе – «смогу ли я»?

– Скорее даже так – «а почему бы и нет?».

– От некоторых футболистов приходится слышать: «Хочу играть в Европе, но размениваться по мелочам не стану – поеду только в клуб первой пятерки ведущего чемпионата». Смотришь на такого игрока и думаешь: если так ставить планку при таком-то уровне игры, никуда и не уедешь. Вы не стали ждать мифического предложения от топ-клуба, сами проявили инициативу…

– Потому что никогда не ставил себе задачи играть непременно в топ-клубе. И никогда не говорил, что с детства болею за такой-то клуб, и мечтаю за него сыграть. Жизнь переменчива, и строить столь далеко идущие планы опасно. Да, я симпатизировал английскому чемпионату и регулярно смотрел матчи клубов первой десятки, и «Эвертона» в том числе. В Англии как раз подкупает, что все матчи на высоком уровне, одна игра сменяет другую, время летит быстро. Я и сам не заметил, как уже два с половиной месяца прошло после перехода. И именно в такой круговорот я стремился.

– В тренировках «Эвертона» есть что-то «заморское»?

– То, что все футболисты тренируются в специальных тестерах. Выглядят они как жилеты со специальными подтяжками-ремешками, напичканные электронными приборами. Жилет удобный – не сковывает движения. При помощи этих тестеров компьютер потом анализирует, насколько физически ты загружен, сколько ты пробежал на высокой, средней и низкой скорости... После занятия данные обрабатываются, и потом их вывешивают на доске на клубной базе. Кто хочет, подходит и смотрит.

– Кого компьютер считает в «Эвертоне» лучшим?

– Трудно сказать. Там все измеряется не в секундах, а в километрах. Да и важно не то, кто быстрее или выносливее. Важна стабильность. Если ты выполняешь необходимые нормативы, тебя хвалят. Вообще тренировки в Англии очень интенсивные.

– С кем живете в номере на выездных матчах?

– Все по одному живут.

– А сдружиться с кем-нибудь из новых одноклубников успели?

– Так, чтобы сдружиться, – еще нет. В Англии, например, не принято ходить друг к другу в гости или отправляться куда-нибудь всей командой. Я поначалу как-то предложил после матча куда-нибудь сходить, но все ответили, что разъезжаются по домам. У меня со всеми в команде нормальные отношения, но набиваться в друзья я тоже не стараюсь.

– Жо вас вспомнил?

– Конечно! Теперь мы с ним вместе легионеры.

– Как у него с английским?

– Вроде что-то понимает. Он же уже год как в Англии играет.

– А вы в «Эвертон» приехали с «языком»?

– Да. Определенный уровень знаний к этому моменту был. Я все понимал, что мне говорят, мог ответить. Сейчас подучил новые слова, пополняю запас.

– Местные журналисты от вас, наверное, в шоке. Первой-то ласточкой был Павлюченко, который приучил прессу, что без переводчика к нему подходить бессмысленно.

– У меня тоже был переводчик на пресс-конференции перед матчем с АЕКом. Решили его взять, потому что в зале были не только англичане, но и греки. А их английский очень сложно понять – только профессионал и может. А вот интервью клубному радио и ТВ я давал уже на английском.

– Уже определились с жильем в Ливерпуле?

– Да. Снимаем квартиру.

– Почему не дом?

– Это бессмысленно. Квартира уже заставлена мебелью, а дома сдаются абсолютно пустые. Лишние хлопоты.

– Ваша подруга Мария тоже переехала в Ливерпуль?

– Да.

– И оставила танцевальную группу поддержки ЦСКА?

– Давно уже… Они закончили выступление еще в мае. Маша хочет работать по своей специальности – пиар-технологии.

– Будет работать в Англии?

– Нет. Пока она пойдет на курсы английского. Вместе пойдем. Хотя у Маши уровень знания языка намного лучше, чем у меня. У нее даже сертификат есть.

– Чем она занимается, пока вы на тренировках?

– Хозяйством. Вот к нам друзья приезжали в гости – я в клуб на занятие, а они по магазинам. А так мы вечером ходим гулять по Ливерпулю или на матчи ездим. Недавно были в Манчестере на матче с ЦСКА, в Лондоне побывали. Тут не так все однообразно, как об этом говорят. Есть чем себя занять.

– Для молодежи есть и еще одно неоценимое преимущество – в Англии постоянно выступает какая-нибудь рок- или поп-звезда.

– Да. Недавно в Ливерпуле был концерт Пинк. На нее бы я сходил, но по времени не сошлось. А так в английских пабах ежедневно выступают начинающие рок-группы, и какая-нибудь одна из них потом обязательно станет суперпопулярной. Но мы по пабам не ходим – там, кроме пива и концерта, ничего больше нет. Нам другое интересно.

– Например?

– Недавно вот Маша побывала в музее «Битлз».

– А вы что же?

– Мне попасть не удалось. Но я еще обязательно схожу. Хотя по Машиным рассказам и фотографиям могу сказать, что там интересно – дают наушники послушать, экспонаты интересные. Мы, кстати, часто проезжаем мимо дома, где жил Джон Леннон. Там висит такая красивая памятная табличка.

– В детстве слушали «Битлз»?

– Родители любили и любят эту музыку. В доме и рок-н-ролл всегда был, и «Pink Floyd», и «ZZ-Top»… Я, конечно, не фанат, но для меня «Битлз» – это музыка из детства, которую всегда по-особому тепло вспоминаешь.

– К яичнице и бекону уже привыкли?

– Яичницу на завтрак я люблю еще с детства, а вот с беконом посложнее. Но в целом с едой никаких проблем нет. На базе «Эвертона» готовят очень по-домашнему.

– Правый руль?

– Не проблема. Адаптация заняла всего час. Как машину забрал из магазина, до отеля доехал, уже привык.

– Какую машину в Англии купили?

– Как и дома – «БМВ». Они там, кстати, почему-то в два раза дешевле, чем в России.

– Зато с кражами в Ливерпуле «полный порядок». Редкого футболиста «Ливерпуля» или «Эвертона» еще не ограбили.

– Говорят, что да. Но вот что скажу. Мы поселились в доме, в котором под нами живет нигерийский защитник «Эвертона» Джозеф Йобо. Давно живет, но, слава богу, еще ни разу с ним ничего не случилось. Да и консьерж у нас есть. Конечно, в любой момент может произойти все что угодно. Но для меня главное, чтобы никто из близких не пострадал. Ребята в клубе рассказывали, что, когда их грабили, в доме были родные – грабители их просто просили посидеть в ванной и не высовываться, пока они не закончат свое дело.

– Еще одна напасть, но уже общебританская – свиной грипп. Не страшно?

– Нет. А что его бояться – это такой же обычный грипп, только в более тяжелой форме. У нас в клубе в связи с этим просто обычные процедуры проводят. Никакой паники никто не объявлял.

– Развейте миф – в Англии играют жестче, чем в России?

– По ногам могут ударить везде. Просто количество и качество единоборств тут выше. В России, да и в остальной Европе тоже, судьи свистят сразу, едва ты упал на газон. А в Англии дают играть – если тебя, например, заденут, толкнут, ты потеряешь сначала равновесие, а потом и мяч, то арбитр скорее всего не свистнет. Ноги тут могут пообкусать, пообломать. Вот наш форвард Аничебе получил двумя прямыми ногами в середину берцовой кости – и ничего, никто обидчику морду потом не бил. Но еще раз повторю: поломать везде могут, просто здесь отношение другое.

– Когда по телевизору показывали жеребьевку стыкового раунда к чемпионату мира и шары тянул южноафриканец Стивен Пиенар, все сразу вспомнили про вас. Это не вы случаем заказали одноклубнику Словению вытащить?

– Нет. Я кстати, не понимаю, почему считают эту сборную самым слабым из возможных соперников. Вот и Пиенар, когда вернулся с жеребьевки, сказал мне: «Русские почему-то очень радовались, что я вытащил им Словению». А ведь нам предстоят две игры, которые никак уже не зависят от того, что было раньше. Все прежние заслуги уже ни на что не влияют – сколько ты забил, у кого ты там выиграл… На них надо настраиваться, как на решающие, возможно, даже во всей твоей карьере. Только это будет определяющим фактором.

– Гус в последнее время вас очень хвалит. Это подстегивает?

– Что надо, мне рассказывают, и слова Хиддинка тоже. Мнение людей, которых я уважаю, мне, конечно, очень важно, и приятно, что Гус хвалит. Но в эйфории я не пребываю.

– Похоже, если Жирков не успеет восстановиться к матчам со Словенией, место на левом фланге полузащиты займете вы. Готовы?

– Конечно. Главное, чтобы не левого защитника! Одно дело играть на этой непривычной для меня позиции в матчах с Лихтенштейном или Азербайджаном, и совсем другое – в решающих играх стыкового раунда. Тут малейшая ошибка – и все прахом. Мелочей в таких матчах быть не может. И будь я тренером – не рискнул бы поставить Билялетдинова в защиту.

– Почему? Часто теряетесь на новом месте?

– Да не то чтобы… Просто не мое это дело. И не подходящий момент сейчас – переквалифицироваться в защитника. Я чувствую себя хорошо на своем месте в полузащите и готов принести пользу сборной именно в этой роли – даже не важно где, в центре или на фланге. А уж кому предстоит играть – решит тренерский штаб.