Вниз по лестнице – к надежде. Сегодня Сергей Игнашевич и Алексей Березуцкий узнают свою судьбу в подвальных помещениях штаб-квартиры УЕФА - Советский спорт

Матч-центр

  • 16-й тур
    начало в 15:00
    Хетафе
    Реал Сосьедад
    0
    0
  • 17-й тур
    начало в 15:30
    Манчестер Сити
    Эвертон
    0
    0
  • Футбол16 декабря 2009 23:30Автор: Левит Александр

    Вниз по лестнице – к надежде. Сегодня Сергей Игнашевич и Алексей Березуцкий узнают свою судьбу в подвальных помещениях штаб-квартиры УЕФА

    Заседание Дисциплинарного комитета, на котором рассмотрят «дело Сергея Игнашевича и Алексея Березуцкого», пройдет в специально оборудованной для этого «Корт-рум» в подвальном этаже штаб-квартиры УЕФА.

    СОБЫТИЕ ДНЯ. ФУТБОЛ
    СЕГОДНЯ – ЗАСЕДАНИЕ КДК УЕФА ПО «ДЕЛУ ИГНАШЕВИЧА И А.БЕРЕЗУЦКОГО»

    Заседание Дисциплинарного комитета, на котором рассмотрят «дело Сергея Игнашевича и Алексея Березуцкого», пройдет в специально оборудованной для этого «Корт-рум» в подвальном этаже штаб-квартиры УЕФА.

    Не зря, ох, не зря боссы мирового и европейского футбола облюбовали для своих штаб-квартир Швейцарию! Тут не только с налогами порядок – хотя при доходах и ФИФА, и УЕФА «размер имеет значение», но и спокойствие, и воздух сказочный.

    С воздухом, кстати, УЕФА свою «старшую сестру» явно переиграл. Куда цюрихской, пусть и зеленой, окраине с берегом фантастического Женевского озера тягаться! Там, как ни крути, город. А здесь – настоящий курорт.

    Впрочем, курорт, со всеми его прелестями типа ресторанов, казино и прочих заведений, держать руку на пульсе европейского футбола сотрудникам УЕФА не мешает. Место под офисный комплекс предшественник Мишеля Платини Леннарт Юханссон выбрал на отшибе, километрах в двух от «праздной суеты». Причем здание архитекторы «утопили» к самому берегу так, что сверху, с дороги, только верхние этажи да крыша видны. И ни жилья вокруг, ни торговых центров. Чужие здесь не ходят.

    Словом, все тихо и спокойно – работай, не отвлекайся. Но, похоже, эта тихая благодать вводит здешних сотрудников в состояние перманентной скуки.

    Сужу об этом по теплому приему, который мне здесь оказывает милая дама с рецепции – и в кресло усаживает, и кофейку наливает, и сотрудника из пресс-службы приглашает моментально. Понимаю, что дело не в моей скромной персоне: просто новый человек – хоть и невеликое, а развлечение.

    «НЕ СЛИШКОМ СКАНДАЛЬНЫЙ ВОПРОС»

    Приветлив и моментально возникший – не успеваю с эспрессо покончить – молодой парень из здешней пресс-службы.

    – Из московской газеты? Наверное, вас завтрашнее заседание Дисциплинарного комитета интересует? Попробую вам помочь.

    И, что интересно, искренне «пробует». Вот только помочь может мало чем: уж больно закрыто, даже от сотрудников УЕФА, действует этот самый Дисциплинарный комитет.

    Так что информация получается самого общего плана.

    Заседание, на котором будет решаться судьба Сергея Игнашевича и Алексея Березуцкого, начнется утром – может, в девять, может, в десять часов по среднеевропейскому времени. И хотя рассматриваться будет только один вопрос – наш, заседание может продлиться долго. По словам моего собеседника, «далеко за обед».

    Сколько из десяти членов комитета (а тем более – кто конкретно) будут вершить судьбу армейцев, в пресс-службе за день до заседания ничего не известно. Но скорее всего съедутся далеко не все: во-первых, для принятия решения достаточно уже троих «заседателей». А во-вторых, как говорит представитель пресс-службы, «вопрос-то не слишком сложный и не слишком скандальный».

    АПЕЛЛЯЦИЮ МОЖНО ПОДАТЬ В ТЕЧЕНИЕ ТРЕХ ДНЕЙ

    Такой неожиданный поворот разговора не может не радовать. И не может не потребовать уточнений.

    – А что, в УЕФА есть такое мнение? – тут же переспрашиваю я.

    – Ну что вы! Мнение может быть высказано только комитетом, – моментально идет на попятную мой визави. Но продолжает, прося только не называть в газете его имени. – Просто запаха скандала не чувствуется. Впрочем, не будем торопить события. Вот пройдет первое заседание комитета, тогда и станет ясно, в каком направлении будет развиваться ситуация.

    – Первое? А что, одного заседания может и не хватить?

    – Обычно хватает. Но ведь в случае неблагоприятного результата ЦСКА может в трехдневный срок подать на решение Дисциплинарного комитета апелляцию.

    – И что? Те же люди соберутся еще раз и свой вердикт подтвердят?

    – Ну что вы! Люди будут другими! Если дойдет до апелляции, разбирать ее будет уже Апелляционный комитет.

    – И были случаи, что апелляции удовлетворялись?

    – Сколько угодно! Правда, не вспомню, случалось ли такое в допинговых вопросах. Но, кажется, к допингу данный случай имеет малое отношение. Но, еще раз говорю, давайте подождем до завтра. Вы, если хотите, приезжайте с утра. Правда, дальше этого холла вас завтра не пустят.

    – А сегодня? Нельзя ли взглянуть, а еще лучше — сфотографировать то помещение, где будет решаться волнующий нас вопрос?

    – Ну что вы! Ни сфотографировать, ни посмотреть нельзя не только вам, но и мне. Все будет происходить в расположенном на самом нижнем, подвальном этаже специально оборудованном помещении. В так называемой «Корт-рум» (court – это, в данном случае, английский эквивалент слова «трибунал», что, признаться, оптимизма как-то не добавляет. – Прим. автора). Эта комната предназначена только для заседаний Дисциплинарного комитета. Туда имеют доступ лишь его члены. Ну и еще приглашенные и специальные переводчики.

    АРМЕЙЦЕВ НА ЗАСЕДАНИЕ ПРИГЛАСИЛИ

    – А какой будет сама процедура? Представители ЦСКА смогут присутствовать на заседании от начала до конца?

    – Нет. Их пригласят с утра. Они изложат свою позицию, свои аргументы, представят подготовленные документы. Потом их попросят удалиться. Возможно, пригласят еще раз – что-то уточнить. Но решения они будут ожидать завтра. Может быть, прямо тут, вместе с вами. Вы, кстати, не знаете, сами футболисты будут? Мы информированы, что приедет генеральный директор ЦСКА и юрист клуба. А вот прибудут ли Игнашевич с Березуцким, которым тоже выслано приглашение, нам пока неизвестно.

    – Нам тоже. Возможно, приедут – ведь тут будет решаться их судьба. А их присутствие обязательно?

    – Нет. Но кому не захочется быстрее снять груз с души?

    – Значит, мы все-таки можем надеяться на благополучный исход?

    – Ох, не ловите меня на слове! Я, как и вы, все узнаю завтра. Ну, может, чуть раньше вас – но обещаю, пресс-релиз вы получите моментально. А надеяться... Фифти-фифти вас устроит?

    …Конечно, не устроит. Нам бы все сто процентов – тогда можно вздохнуть спокойно. Но мой собеседник прав: до заседания Дисциплинарного комитета ни о спокойствии, ни об уверенности речи, увы, быть не может. Остается только надеяться. Едва ли не по Пушкину: «Надежда в мрачном подземелье…»

    Правда, подземелье – совсем не мрачное. Судя по тому, что можно увидеть, заглянув вниз вдоль лестницы, по которой завтра будут спускаться представители ЦСКА, в подвальных помещениях УЕФА и просторно, и светло, и красиво.

    Дай-то бог, чтобы у Игнашевича с Березуцким (по некоторым данным, они уже прибыли в Ньон) после заседания Дисциплинарного комитета было настроение эту красоту рассматривать.

    ЧТО МОЖЕТ ГРОЗИТЬ РОССИЯНАМ?

    Если Березуцкого и Игнашевича все же признают виновными в применении допинга, то КДК УЕФА вынесет решение о санкциях к футболистам на основании Антидопингового регламента УЕФА.

    Согласно статье 18.01, «срок дисквалификации за нарушение параграфа 2.01а (наличие в допинг-пробе запрещенного вещества) <…> составляет два года, если для игрока это первое подобное нарушение».

    Впрочем, срок дисквалификации может быть уменьшен. Параграф 19.01 гласит, что, «если игрок может показать, как запрещенное вещество попало в его организм, и доказать, что это вещество применялось не с целью улучшения своих выступлений или не с целью скрыть употребление стимулирующих препаратов, срок дисквалификации должен быть сокращен. Минимальное наказание – выговор без дисквалификации. Максимальное – двухлетняя дисквалификация».

    Согласно статье 19.02, «если игрок докажет, что запрещенное вещество попало в его организм не по его вине или халатности, срок дисквалификации может быть сокращен не менее чем на половину того срока, который игрок получил бы в противном случае».