Чтоб народился новый Кипиани…

Я же грузин, мне сто лет, я обожаю – временами даже умею – витийствовать, я видел живого Давида Кипиани, при описании этюдов в исполнении которого спортивной терминологией, если совесть есть, не удовольствуешься. Ибо это футбол золотой, лучистый, отливающий ультрамарином; от такого футбола всем в поднебесной улыбчиво, всем хорошо.

Я родился там, где футбол влиял на деторождаемость, где, если ты не был горазд на поле на красивый финт, нечего было уповать на девичий взор, а уж если бы ты играл, как наши в Баку или в Мариборе, тебе было бы отказано в рукопожатиях, над тобой глумились бы старики, твоя жизнь стала бы невозможной и быть тебе, братец, невротиком жалким.

Меня, как многих, смущает то, что про футбол все знают все. Кипиани не знают, а футбол знают. Я ничего не знаю, я… э-э-э… его чувствую; он прописан в моем личном пространстве, в нем нет и не должно быть места патетичным нытикам и патентованным лузерам; он, если к нему с умом и с сердцем, может помочь конвертировать в девяносто минут наши представления о прекрасном, с химией, с алгеброй, с геометрией как ингредиентами.

Эта забава притворяется забавой, ибо футбол немыслим без интеллектуального инструментария, и это из нонешних способны доказать Дзагоев и Жирков, если не сойдут с ума от апологии в свой адрес.

Я сам мечтатель, даром что радостно имитирую прожженный цинизм, но Россия – чемпион мира… Даже большой артист Баринов поверил в этот большой прожект.

Для начала надо научиться за два тайма отдавать минимум три точных паса, а после безвольных афронтов как минимум симулировать стыд.

А то высокая цель – это, конечно, хорошо, но… учитывая… имея в виду… памятуя… смешно, как если бы, как если бы футболисты кутаисского «Торпедо» (где я играл… за резерв, успокойтесь) знали бы значения слов «перфекционизм» и «бытие».

Мое существо переполнено радостью от мысли, что скоро стартует футбольный маскарад. Есть подозрение, что в этом году будет сеча.

Желаю себе и вам, чтобы нам было не до зевоты.

Чтоб кто-нибудь пяточкой выводил сподвижника на ударную.

Чтоб ЦСКА и «Рубин» вскарабкались на вершину.

Чтоб мой Тетрадзе опрокинул клише, что грузины после Кипиани суть лузеры.

Чтоб Карпин был сильный, «Локомотив» обрел мощь, чтоб Самедов провел огневой сезон, чтоб «Динамо» играло вкусно, а Пермь ощущала себя органично на верхотуре, чтоб тренеры смешили нас на пресс-конференциях будто Эдди Мерфи, чтоб Смертин в комментариях избыл косноязычие, чтоб мой любимый Газзаев свел с ума Европу, чтоб мы помнили Домингеса, а он нас.

Да, чуть не забыл: чтоб народился новый Кипиани, а я про него написал.

Вчера известный телеведущий, шоумен и друг «Советского спорта» (Отар Кушанашвили регулярно участвует в наших опросах, дает прогнозы и проч.) принес нам исписанный чернилами листок. Разговоры о более тесном сотрудничестве велись с Отаром давно, но вчера, конечно, было не до этого. Редакционный люд был озабочен выборами президента РФС да к тому же не привык к рукописным текстам. Листок пренебрежительно бросили машинисткам, Отар с благодарностью попрощался. Через полчаса мы прочитали печатную версию и вдруг почувствовали, как сквозь законопаченные окна пахнуло весной. Мы позвонили Отару и предложили писать еще. Он согласился. Февраль, достать чернил и плакать!