Миллионеры из трущоб. В гостях у Кариоки

РОДИНА ЧЕМПИОНОВ МИЛЛИОНЕРЫ ИЗ ТРУЩОБ. Бразилия живет предвкушением карнавала и чемпионата мира по футболу. В этом убедилась корреспондент «ССФ», отправляясь в беднейший район Рио-де-Жанейро на интервью с отданным в аренду в «Васко да Гама» спартаковцем
news

РОДИНА ЧЕМПИОНОВ

МИЛЛИОНЕРЫ ИЗ ТРУЩОБ. Бразилия живет предвкушением карнавала и чемпионата мира по футболу. В этом убедилась корреспондент «ССФ», отправляясь в беднейший район Рио-де-Жанейро на интервью с отданным в аренду в «Васко да Гама» спартаковцем Рафаэлом Кариокой.
Футболисты в Бразилии чаще всего рождаются в беднейших кварталах, растут на последних этажах фавел, с детства стремятся спуститься пониже, ведь высота местожительства влияет на доход в обратной пропорции. Свое мастерство оборванцы оттачивают на пляжах. Там их замечает какой-нибудь амбициозный парень, недавно приехавший из соседних Штатов и закончивший курсы спортивного менеджмента. Напичканный идеями американской мечты, желая заработать, агент продвигает босоного мальчишку из фавелы на футбольный рынок. В детстве будущие футбольные идолы живут в картонных коробках. С утра тренируются – «грызут землю» на поле, а вечером босоногие мальчишки торгуют хот-догами и обирают зазевавшихся туристов. Потом благодаря дьявольскому труду и упорству попадают на глаза важным дядям из Европы и России. Голодранцы заключают баснословные контракты, покупают иномарки, бриллиантовые безделушки, платиновые часы и переезжают в загородные особняки на золотое побережье Рио-де-Жанейро. Так из трущоб выходят миллионеры.

ИСПУГАННЫЙ ТАКСИСТ

– Стадион «Сан Жануарио», – заявляю таксисту, садясь в желтую машину.
Водитель озадаченно смотрит на меня, ведь был неигровой день для «Васко да Гамы».
Сеньор мотуришту («водитель» по-португальски». – Ред.), я опаздываю, пожалуйста, побыстрее.
Мы трогаемся. Въезжая в ворота стиля ампир-барокко с надписью «Баррейра до Васко», таксист начинает испуганно оглядываться. Я замечаю, что прохожие резко выскакивают на дорогу, а водитель, делая непонятный знак рукой, во время которого прижимал большой палец к четырем остальным, стремительно проносится мимо, как будто убегая от кого-то.
– Мы не могли бы остановиться у банкомата? – спрашиваю водителя.
В ответ он истерично смеется.
– Что вы, сеньорита, в этой местности не пользуются кредитными картами!
– Тогда, сеньор, высадите меня, когда счетчик остановится на двадцати семи. У меня с собой больше нет наличных. Дальше я дойду.
Лицо моторишту покрывается испариной:
– Неужели вы местная?
– Нет.
– Тогда вы сошли с ума! Я вас высажу только у стадиона. Обратно в такси садитесь прямо у двери. Ни шагу на улицу. Вы представляете, насколько опасно для вас здесь находиться?
Если честно, я не представляла. Остановившись у главного входа, таксист с вытаращенными глазами высыпает сдачи куда больше, чем нужно. Не успеваю я пересчитать монеты, как он уже скрывается за первым поворотом.
 

ФАНАТЫ НА ТРЕНИРОВКЕ

Я оглядываюсь. Католические церквушки – даже бандиты фавел остаются глубоко религиозными – и полуразрушенные здания ХVIII—XIX веков экзотично сочетаются с ободранными картонными коробками, в которых живут люди.
Стадион также со знаками старины. Будучи открыт в 1922 году, он напоминает средневековую крепость. Главные элементы декора – красные кресты, решетки, высокие сплошные заборы – привносят дух воинственности.
Охранник с внушительным автоматом приветствует меня у входа. Пароль прохода на стадион для иностранки – Родриго. Услышав имя генерального директора «Васко», охранник сразу же дает мне пройти.
 
Среди призов "Васко де Гама", как в лесу, можно и потеряться.
Первое, что поражает, – это музей клуба: стеллажи с различными наградами, горы кубков, миллион фотографий, собранных за более чем столетнюю историю «Регатас Васко да Гама» с момента основания в 1898 году. На первом плане красуется награда 2000 года – 10 лет назад «Васко» стал чемпионом Бразилии.
Стадион «Сан Жануарио» не заканчивается одним футбольным полем команды. Это большая учебно-тренировочная база для различных видов спорта. Здесь два поля, площадки для мини-футбола и баскетбола, бассейн, колледж, ботанический сад, столовая, буфет. И везде спортсмены разных возрастов – от десяти лет и старше.
Еще один примечательный факт. Каждая тренировка «Васко» открыта для жителей Баррейры. Футболисты привыкли к болельщикам и, чтобы их порадовать, зачастую отправляют мяч на трибуны.
Команда вышла на поле в 16.30, когда солнце, казалось, плавило все вокруг. На термометре – плюс 42. Я отчаянно прячусь в тени, обмахиваясь блокнотом. Рафаэл знал, что я приеду. Мы сразу же встречаемся взглядами и всю тренировку улыбаемся друг другу. На меня стали поглядывать окружающие.
– Твой приезд активно обсуждается в команде, – подошел ко мне агент Кариоки Фредерико Мораес, показывая на перешептывающихся игроков. Он уже успел раструбить всем, что на тренировке присутствует чемпионка мира по синхронному плаванию. Ведь в Бразилии, едва входящей в мировую десятку по этому виду спорта, в отличие от лидирующей России, синхронное плавание очень популярно.

ПРОГУЛКА ПО ФАВЕЛЕ

Услышав английскую речь, на меня обращают внимание и фанаты на трибунах. Едва отошел Фредерико, ко мне подбегает девочка лет четырнадцати.
– Вы ведь нездешняя? – спрашивает она, не допуская того, что кто-то находящийся в их фавеле может не знать португальского. – Откуда вы?
Не зная языка, я понимала девочку интуитивно.
– Я русская.
– Она русская, ребята! А что вы здесь делаете? – улыбка и любопытство не сходят с ее лица. Я отвечаю на португальском, беря французскую основу и прибавляя испанское окончание. При этом моя собеседница меня отлично понимает.
– Я журналистка. Знакомая Рафаэла Кариоки.
Упоминание имени бразильского защитника вызвало оживление на трибунах. Через пять минут Найа – так зовут девочку – уже ввела меня в круг «своих». Я сидела в окружении «сложных подростков» лачуг, совершенно не опасаясь за свою жизнь и содержание моей сумочки.
– Я ведь так люблю Рафаэла, – рассказывает Найа, – я за ним слежу начиная с «Гремиу» (клуб лиги Паулиста. – Ред.). У меня есть его автограф – большой, на мяче. Вот только сфотографироваться никак не получается. Ах, какой милашка! – вздыхает она, когда Рафаэл во время двухминутного перерыва подмигивает мне из окружения ухмыляющихся однокомандников.
– Сегодня сфотографируешься, обещаю. Почему ты так любишь футбол, Найа?
– А у нас в Баррейре все его любят. Мой папа знает всех-всех игроков. «Папа, папа, это Анна, – кричит Найа проходящему мимо суровому мужчине, – она русская. Подруга Рафаэла».
Мужчина останавливается и пожимает мне руку.
– Найа, где ты живешь в фавеле?
– Мы внизу живем. Мой папа дружит с «главными», большими боcсами. Хожу в школу, даже по-английски до десяти считать умею, – Найа начинает загибать пальцы.
– Покажешь, где ты живешь?
– Пойдем.
Пока идет тренировка, я рискую сходить на экскурсию. На улице у меня от страха подгибаются колени. По дороге Найа жестом показывает местным жителям, чтобы меня не трогали.
– Если в фавеле ты свой, то это самое безопасное место на свете. Положи ночью на асфальт тысячу реалов, утром проснешься – деньги останутся в целости и сохранности.
Найа была из семьи обеспеченных жителей Баррейры до Васко. Нижний уровень возвышенности (фавелы строятся именно на горах), каменный двухэтажный дом, санузел. У Найи старенький телефон «Моторолла», подержанные джинсы.
Дома никого не было. Я мысленно крещусь и предлагаю возвращаться.
У стадиона меня встречает взволнованный Мораес:
– Ты где была? Это же безумный риск! Даже я опасаюсь ходить по Баррейре.
– Не волнуйся, лучше скажи, что значит эта надпись.
Протягиваю ему листок со словами, списанными мною с одной полуразрушенной стены фавелы.
– Ну ты и авантюристка! «Пока у Васко одно сердце, мы будем непобедимы». Слова Сиро Араньи, известного здесь деятеля. Его слова отражают образ жизни фавел. Здесь все – один за другого. Правда, сословные грани бразильской общины находятся в строгих рамках. На верхнем уровне горы – вот там, видишь, где стены трущоб сделаны совсем из тонких картонок, – показывает Фредерико на убогие коробки, напоминающие горы мусора, – живут беднейшие. Чем ниже жилье, тем богаче семья. Смельчаки, решающие спуститься на уровень ниже, вовлекаются в войну. Перестрелки устраивают средь бела дня.
– Чем живут фавелы, чем они кормятся?
– Колоссальный трафик наркотиков и оружия.
– Как же допускают, что один из лидеров чемпионата тренируется в таком опасном месте?
– Футболистов здесь никто не тронет. На них молятся. Тем более клуб дарит экипировку и билеты «большим боссам».

КАРИОКА ЖДЕТ СЫНА

Рафаэль Кариока вернулся из "Спартака" в Бразилию, чтобы попасть на глаза главному тренеру сборной Дунге. Но для начала он попал под объектив корреспондента "ССФ".
Мы подходим к административной части «Васко да Гамы». Через несколько минут сюда заявляется сияющий, как начищенный пятак, Рафаэл. Он тут же начинает перебирать все знакомые ему русские слова, передавать приветы. К этому времени появляется переводчик.
– Я вот прошлась по фавеле. Скажи, футбол – единственный способ выбраться из такой бедноты?
– Не единственный. Но, безусловно, один из реальных.
– Ты родился в фавеле?
– Нет, но в очень бедном районе. У семьи не было денег даже на еду. А потом в возрасте девятнадцати лет меня пригласили в Россию. Такой резкий перепад…
– Поэтому тебе было сложно адаптироваться?
– Под конец уже привык.
– Что послужило основной причиной твоего отъезда из России?
– Я уехал из-за беременности жены. У меня скоро родится сын. Это самая главная причина.
– Стремление попасть в сборную Бразилии сыграло свою роль?
– Как и все молодые игроки, я мечтаю играть на чемпионате мира. Сезон в Бразилии начинается раньше, чем в странах Европы. Поэтому у меня есть немного больше времени, чем у других игроков, реализовать свою мечту. Тем более в Бразилии я на виду у Дунги.
– Что Карпин сказал тебе, перед тем как ты уехал?
– Он пожелал мне хорошего сезона в «Васко».
– Цитирую его слова, сказанные о тебе: «Это был выбор самого Кариоки. 20-летний бразилец болезненно перенес столь длительное пребывание в чужой стране, так что душа его была не на месте. Уверен, что временное пребывание на родине пойдет ему на пользу. А значит, он вернется сюда, чтобы целиком и полностью сосредоточиться на игре в «Спартаке». На это, быть может, потребуется год, а быть может, несколько месяцев. Поэтому в контракт был внесен пункт о его возможном возвращении в середине нынешнего сезона».
– Это многого стоит – услышать такие слова от такого человека, как Карпин. Они говорят о том, что я достойно играл за «Спартак» и помог команде выйти в Лигу чемпионов.
Намерен ли ты вернуться в Россию?
– Время покажет. Сейчас я игрок «Васко». У меня контракт.
Какие хорошие и плохие воспоминания у тебя связаны с Россией?
– В России высокий уровень жизни, страна сильна экономически. Отсюда – очень хорошее финансирование футбола. Но холод и особенно язык были для меня непреодолимой преградой.

«РУССКИЙ ФУТБОЛ БЫСТРЕЕ БРАЗИЛЬСКОГО»

– Как участник двух чемпионатов ты можешь назвать принципиальное различие российского и бразильского футбола?
– Бразильский футбол медленнее. Технический уровень бразильцев высок, поэтому они любят показывать красивую игру, не носясь по полю. В России скорость выше, больше контакта, столкновений.
– Как ты думаешь, лучшие клубы Бразилии – «Сан-Паулу» и «Фламенго» могли бы стать чемпионами России?
– Возможно, и нет. Футбол в России очень отличается от бразильского. Думаю, «Сан-Паулу» и «Фламенго» не смогли бы адаптироваться под ваш стиль игры. В этих клубах есть игроки, которые не прижились бы в России.
Например?
– Да тот же Ибсон. Во «Фламенго» он был одним из лучших игроков. А в России он почти не играет.
– Ты знаешь, что у твоего бывшего партнера по команде недавно родилась дочь?
– Да. Мы виделись с Ибсоном, когда он приезжал в Бразилию.
– После чемпионата мира Жильберта Сильва и Жозуе завершат свою карьеру в селесао. Ты претендуешь на их места. Согласен ли, что в игре за сборную надо проявлять больше жесткости в характере, в силовой борьбе, чем ты демонстрируешь на поле?
– Это в России такие правила. В Бразилии другая ситуация. Игроки селесао могут продемонстрировать свои способности, только когда у них есть мяч. Они превосходят всех в технике, поэтому сила характера здесь не так важна.
– Почему ты временами выпадаешь из игры? Причина в потере концентрации, усталости или жесткой игре соперника?
– Игрокам моей позиции не надо выставляться перед болельщиками. Моя работа – играть на форвардов, таких игроков, как Алекс. Я дал пас, Алекс забил. Я играю в основном на команду. Меня не волнует, что думают на трибунах.

«АЛЕКС ОЧЕНЬ ЦЕННЫЙ ИГРОК»

– Чемпионат мира-2010 уже не за горами. Как оцениваешь шансы селесао в Африке? Твои прогнозы на победителя и фаворитов?
– У Бразилии очень большие шансы. Но такие страны, как Италия, Испания и Аргентина, тоже сильны и будут претендовать на победу. Это наши главные соперники.
– Говорят, что, если бразильцам привить немецкую дисциплину, они всегда играли бы в финале чемпионата мира?
– Думаю, что это не так. В истории бразильского футбола намного больше побед, чем в истории других стран, в том числе Германии. У нас свой стиль. Мы играем неожиданно, играем на эмоциях, каждый игрок у нас – личность. Я сомневаюсь, что немецкая дисциплина внесла бы позитив.
 – Такие игроки, как Адриано, Роналдиньо, Робиньо, достойны играть за сборную Бразилии?
– Да. Тот футбол, который они показывают сейчас, многократно увеличивает шансы сборной.
– Алекс попадет в сборную страны в этом году?
– Может быть. Дунга уже вызывал его в сборную. Алекс играет на разных позициях. Это очень ценно.
 
23 раза выходил на поле Кариока в прошлом году в форме "Спартака", но голов не забивал. Зато отметился однажды удалением. (Фото Константина Иванова)

«ВЕЛЛИТОН – РУССКИЙ? ХОРОШАЯ ИДЕЯ!»

– Веллитон, возможно, в скором времени станет гражданином РФ, а впоследствии и игроком национальной команды. Поможет ли он российской сборной?
– Конечно. Веллитон быстрый, умный игрок. В России любят его футбол. Я считаю, что это отличная идея – сделать его игроком национальной команды.
– А ты хотел бы играть за сборную нашей страны?
– Нет. Моя цель – защищать интересы моей страны.
Кто для тебя главный футбольный идол?
– Зидан. Его опыт, стиль игры меня вдохновляет. Я восхищаюсь им.
– Кто в мире лучше всего сейчас играет на твоей позиции?
– Хаби Алонсо, «Барселона».
– Ты хотел бы когда-нибудь играть в Европе?
– Это моя мечта, цель всей моей жизни.
– Не боишься, что не приживешься?
– С возрастом, надеюсь, все придет. Хотя навсегда из Бразилии никогда не уеду. Это лучшее место. Особенно в феврале, когда в Рио идет карнавал. Слышишь, на улицах уже танцуют самбу?
Я выглядываю из окна. На улице под звуки барабанов кружатся девушки в бикини. У Рафаэла загораются глаза от предвкушения:
– Сегодня в Барре (пригород Рио-де-Жанейро) будет настоящее шоу. Называется пагоди – под шатром соберется около десяти тысяч человек. Все будут танцевать самбу, румбу, сальсу. Живая музыка. Приедет мой друг Алессандро (защитник «Ботафого». – Ред.). Он лучший танцор. Ты должна это увидеть!
Я не могу оторвать взгляд от танцовщиц на улице. Их уже около двадцати. Как в такой нищете можно так искренне радоваться жизни, так выражать себя в танце?
Рафаэл просвещает:
– Беднейшие жители фавел, отказывая себе во всем, весь год копят деньги на костюм для карнавала. Для них танец – смысл жизни.
Мне остается только подвести итог:
– Эти люди счастливее любых богачей.

Рафаэл КАРИОКА

Родился 18 июня 1989 года.
Клуб: «Васко да Гама», Бразилия.
Амплуа: полузащитник. Рост – 178 см, вес 70 кг.
Карьера: выступал за бразильские клубы «Гремио» (2008) и «Васко да Гама» (с 2010 года), московский «Спартак» (2009). В чемпионатах России сыграл 23 матча, в чемпионатах Бразилии – 37 матчей.
Достижения: серебряный призер чемпионата России (2009).
* Анна Насекина
Заслуженный мастер спорта, трехкратная чемпионка мира, двукратная чемпионка Европы, обладательница Кубков Европы и мира по синхронному плаванию, член «золотой» олимпийской команды России в Пекине. Выпускница факультета журналистики, сотрудник газеты «Советский спорт».
Новости. Футбол