Гендиректор заявочного комитета России Алексей Сорокин: У нас сильные руки!

Сорокин демонстрирует бицепс. Англичане, весь последний год воевавшие с одним из руководителей нашего Заявочного комитета, наверняка примут поигрывание мускулами на свой счет. На самом деле посыл обращен не в прошлое, а в будущее: пора засучить рукава и готовиться к ЧМ-2018 в России.

В тот момент, когда президент ФИФА Йозеф Блаттер готовился объявить страну — организатора ЧМ-2018, я наблюдал боковым зрением за Алексеем Сорокиным. Что испытывает человек, которому в случае неудачного исхода суждено отдать руку на отсечение?..

Во всяком случае перед отъездом в Цюрих, заехав к нам в редакцию на посошок, Алексей Леонидович обещал пойти именно на эту жертву. Даже Вячеслав Колосков, судя по смелым заявлениям, уверенный в победе на сто процентов, признал опрометчивость Сорокина.

И вот прекрасное мгновение: Россия! «Восторг, смешанный с облегчением» (по описанию Сорокина). Вся наша делегация вскакивает с мест. А гендиректор тут же опускается в кресло. Выдыхает многозначительно.

Вскоре я подойду к Сорокину с не менее многозначительным и крепким, до разумного предела, рукопожатием.

– Сберегли вам руку члены исполкома, Алексей Леонидович…

– Да уж, спасибо им… Руки мне еще пригодятся. Я четыре раза в день на брусьях и турнике занимаюсь. Дочка подрастает – 16 кило уже – тоже своеобразная тренировка, люблю ее на руках подержать.

– Вы обещали праздновать целую неделю.

– Нет-нет. Пора задуматься об организации оргкомитета ЧМ-2018. Его время пошло. У меня есть опыт и желание продолжить работу, связанную с подготовкой чемпионата мира.

– Не пора ли рисовать талисман ЧМ-2018?

– Я плохо рисую. Может, Крокодила Гену? Шутка. Устроим всенародный конкурс.

Утро после бури. Сорокин, по его собственному признанию, недоспал, но, к счастью для вашего корреспондента, это не повод для переноса интервью. Если честно, у меня не возникает ощущения присутствия в чемпионской раздевалке. Я говорю с уставшим, но в то же время счастливым человеком.

– Как часто любит повторять Анатолий Бышовец, «каждый должен выпить свою бочку». Насколько велика бочка Заявочного комитета?

– Отметили мы это событие тихо, по-семейному. А было у нас семь бутылок вина на всех. Все были очень рады, но не бесновались. Процесс подготовки к событию оказался настолько морально истощающим, что не осталось сил ни на речи, ни на тосты. Просто смотрели в глаза друг другу, благодарили.

После того как завершилась пресс-конференция Блаттера, мы с Шуваловым и Мутко отправились в комнату, подготовленную для победителей. Там уже находились катарцы. Мы сообщили ФИФА, что переносим по времени пресс-конференцию в связи с приездом премьер-министра. К нам подходили члены делегаций с поздравлениями. Единственный, кто нас проигнорировал, – это руководитель английской заявки.

– Настоящий джентльмен.

– И джентльменам надо бы уметь проигрывать.

– Вы слышали, как дель Боске громко ругался на Исполком ФИФА? Тренер испанцев не принимает ЧМ в России.

– И ему в назидание: после драки кулаками не машут. Счет на табло, посмотрите туда.

– Мнения в России разделились. Далеко не все любители футбола верят, что расходование средств на ЧМ пройдет без нарушений. И даже помощник Президента Аркадий Дворкович написал в «Твиттере»: «Давайте без откатов».

– Помощнику президента виднее, какие есть проблемы в обществе. Я думаю, что мы не должны погружаться в обреченность. Давайте строить, готовиться к чемпионату мира!

– Чье поздравление за минувшие сутки запомнилось особенно?

– Можно вспомнить Хиддинка. Гус в свое время обещал нам не участвовать в поддержке голландско-бельгийской заявки, но ведь именно он, с приклеенными усами, стал одним из главных героев киноролика голландской заявки.

– Владели ли вы какой-либо инсайдерской информацией до оглашения вердикта исполкома?

– Мутко проголосовал вместе со всеми, но не знал, кто победитель. Это невозможно знать заранее. Единственное, что Виталию Леонтьевичу удалось выведать, что какая-то заявка победила во втором раунде со значительным преимуществом над остальными. Оказалась – наша.

– Постоянно менялась информация: то прилетит Путин, то нет. Вы знали истину?

– Я обратил внимание: в Цюрихе многие нервничали по поводу того, прилетят ли первые лица из Москвы. Участие в презентации Владимира Владимировича, безусловно, усилило бы наше выступление. Путин оказывает магнетическое воздействие на аудиторию. Это было бы ошеломляюще – гарантии от премьер-министра в здании ФИФА! Но неучастие премьера в презентации не умаляет заслуг всех тех, кто над ней работал.

– Мы увидели несколько занимательных презентаций, но испано-португальская оказалась чудовищно бездарной. Как подобное допустили?

– Презентацию испанцев целиком не видел. Единственное, мне сотрудники ФИФА сообщили, что испанцы очень сильно затянули с выступлениями (на 12 минут. – Прим. ред.), а это нежелательно. Мы, кстати, тоже чуть-чуть перебрали, две минуты 50 секунд.

– Выйдя на сцену, вы почувствовали, что презентация идет как по маслу?

– Да. Пришло мгновенное понимание этого. А ведь случается иной раз с точностью до наоборот. Шла как-то раз презентация в Йоханнесбурге. Я вышел к трибуне и понял: не льется речь и настрой зала не тот. В штаб-квартире ФИФА в Цюрихе было комфортно.

– Спич Виталия Мутко войдет в анналы истории. Люди не знали, то ли плакать, то ли смеяться, когда наш министр спорта зачитал обращение на английском, сверяясь с кириллицей.

– Но выступление Виталия Леонтьевича сработало на пользу нашей заявке! Человек, занимающий высочайший пост в футболе и не говорящий на английском с коллегами, всегда завоюет их симпатии, если приложит усилия, сумеет превозмочь стеснительность.

– А кто придумал для Мутко шутливое обещание о том, что к 2018 году он выучит английский так же хорошо, как Джефф Томпсон (член Исполкома ФИФА от Англии. – Прим. ред.)?

– Честно? Я.

– В таком случае браво. Впечатлила автобиография Игоря Шувалова, рассказавшего членам Исполкома ФИФА о малой родине Чукотке. К чему этот прием?

– Стандартный прием – оратор увлекает зрителя своей семейной историей, личным отношением к родине. Бекхэм вспомнил дедушку. Аршавин – отца, который отвел его в спортивную школу, а еще признался, что в детстве много шалил. Исинбаева напомнила о том, что побила десятки мировых рекордов, правда, в другом виде спорта.

– Аршавин во время выступления почесал нос. Так и было задумано?

– А мне показалось, что Андрей растрогался и слезу смахнул. Разве его жест был неискренним? Андрей откликнулся на наше предложение со всей готовностью. У него накануне была игра с «Астон Виллой». Он приехал хорошо подготовленным, к нему всю последнюю неделю приходили специалисты по ораторскому искусству. Репетировали.

– Виталий Мутко предположил, что по случаю победы журналисты будут превозносить Колоскова и Сорокина, а на заслуги самого Виталия Леонтьевича обратят внимание только в случае поражения.

– Это шутка. Проиграй Россия – оказались бы плохими все. Меня бы полностью размазали по стенке.

– Какова роль Колоскова в прошедшей заявочной кампании?

– Очень важная. Сколько лет человек работал в Исполкоме ФИФА! Там разные люди заседают, есть такие, что отказываются общаться с незнакомыми или малознакомыми людьми. А с Колосковым готовы говорить все и всегда. Так что роль «старых друзей» бесценна. Вячеслав Иванович принес немало пользы, скажем так, работая по индивидуальным направлениям.

– Речь о голосах «за Россию»? Вячеслав Иванович в интервью «Советскому спорту» предрекал нам преимущество в два голоса.

– Он единственный говорил об этом так открыто. А мне на сей счет сказать нечего.

– Владимир Путин на пресс-конференции сказал: «Блаттер заставил всех нас понервничать». Что имел в виду премьер-министр?

– Сам процесс вскрытия конверта, наверное. Это так волнительно. С приближением оглашения победителя у меня значительно участилось сердцебиение, особенно в тот момент, когда Блаттеру передали конверт.

– Большинству зрителей пришлись по душе киноролики российской заявки. Как они готовились?

– О замыслах и музыкальном сопровождении лучше поговорить с режиссерами. Я могу лишь сказать, что фильм о мальчике Саше снимался на редкость легко. Технический ролик – о дорогах, аэропортах – рождался в муках, дался с 38-й попытки. Еще один ролик – праздничный, где отражена радость народа, его тоже переделывали.

– Не возникало угрозы утечки информации?

– Самое основное: не допустить того, чтобы ролик кто-то скопировал. Не дай бог, чтобы он всплыл где-нибудь в Интернете до презентации. Мы все время меняли пароли на сервере. А вдруг кто-то посторонний окажется посвящен в наши тайны?.. В какой-то момент у нас сложилось ощущение, что папа мальчика Саши может поделиться своей радостью с прессой. Случись это, едва ли пошло бы на пользу заявке.

– Какие сложности возникали непосредственно перед презентацией?

– В связи с плохой погодой было практически парализовано авиасообщение. Многие из наших опаздывали в Цюрих. В какой-то момент стало ясно, что Анна Нетребко не успевает выступить перед исполкомом. Когда она приехала, слайды презентации уже были изъяты. Спасибо Елене Исинбаевой – выручила с выступлением.

– Почему не молвил ни слова Роман Абрамович?

– Потому что нам достаточно его присутствия.

– Вы знаете членов исполкома, которые голосовали за Россию?

– Да. Некоторые из них прямо говорили: «Мы за вас». Фамилий назвать не могу. Мутко? Он голосовал не за «вас», а за «нас».

– Ставки букмекеров накануне голосования постоянно менялись. Вы следили за этими изменениями?

– Не стоило принимать это всерьез. Вот пойду я и загружу на Катар три миллиона. И эта ставка в корне изменит коэффициенты. Победа Катара, кстати, меня удивила. А обиднее всего за австралийцев, которые набрали всего один голос.

– Ваша персональная схватка с английской прессой позади. Что это было?

– О, это была целая кампания. За нами следили, не пропускали ни одного сказанного слова и обязательно передергивали. Это явление, кстати, не отражало наших отношений с коллегами по заявочному комитету Англии. Они пожимали плечами: ничего не можем с прессой поделать. И это, наверное, хорошо. Значит, СМИ в Англии свободны. Никто не смог снять с эфира передачу «Панорама» – пресса защищена.