Как Аршавин учил свою речь

Андрей Аршавин был одним из пятерки выступающих от России на выборном Исполкоме ФИФА в Цюрихе. Помогал ему готовиться к речи именно Александр Чернов.

– Речь готовил не я, – говорит Чернов. – Ее писали эксперты. Моя роль сводилась к тому, чтобы «натренировать» Андрея, отрепетировать все тщательно. Аршавин подошел к делу ответственно – мы тренировались в Москве, потом он работал со специальным педагогом в Лондоне, потом в Лондон прилетел я.

– Что подразумевается под «тренировкой» к выступлению?

– Произношение, интонации, паузы.

– Рука у сердца, касание глаза – эффект смахивания слезы?

– И это тоже. Важно было понять, какие фразы идут тяжело, неестественно звучат, не принадлежат Андрею – это мы правили еще в Москве. Что-то убрали или наоборот добавили. Изначально речь была дольше и сложнее, потому как в тот момент, когда она пишется, есть стремление напихать туда как можно больше всего. Это же не просто презентация отдельного человека. Презентация российской заявки была поделена на микроциклы, в рамках каждого из которых важно было донести преимущества, особенности или эмоциональную составляющую нашей заявки. Андрею выпало донести до членов исполкома определенный набор этих факторов. На бумаге это смотрелось естественно, а в живой речи – все наоборот. В процессе тренировок, многократного произнесения это понимаешь. И надо редактировать. Обычная работа педагога по сценической речи.

– Каковым вы не являетесь.

– Но у меня сын учится во ВГИКе на режиссерском, и я кое-что знал.

– А что за история о том, что Аршавин забыл в Лондоне листок со своей речью?

– Андрей забыл в Лондоне текст. Но ничего страшного. Те листки – с правкой, его и моей, – пойдут в музей. Впрочем, к тому времени, когда мы вылетали из Лондона в Цюрих, Андрей мог ту речь рассказать по памяти. Наизусть выучил!