«Мы на ничью договорились!»

В начале этого года «ССФ» рассказывал о сборной России. За последние 12 лет наша команда шесть раз становилась лучшей в мире (даже бразильцам это удавалось реже). Тогда ребята рассказывали о себе, о своих успехах… А в октябре на чемпионате мира в Аргентине они уступили в матче за 3-е место и недавно попросили слова. Они рассказали об ужасных условиях, в которых пришлось жить, о бездействии руководителей федерации и тренере собственной команды, который сообщил игрокам, что они принимают участие в договорном матче.

«ССФ» попытался во всем разобраться.

Игорь Ломакин и Дмитрий Удалов после возвращения из Аргентины отправились в Тульскую область, в Алексин. Там проходили сборы национальной команды по следж-хоккею (на санках). Правда, на сборе парни надолго не задержались – пришлось отправляться домой в Нижний Новгород. Почему? По их словам, причина их вывода из хоккейной команды кроется в… футбольном чемпионате мира.

– Началось все со сборов перед чемпионатом мира, – говорит Ломакин. – Они проходили на олимпийской базе «Озеро Круглое». Тренировались мы на маленькой поляне с искусственным покрытием. Только на чемпионате пришлось играть на натуральном кочковатом поле, где к тому же было полно песка – костыль чуть ли не наполовину в него уходил.
Неужели нельзя было узнать, какое покрытие там будет?

– Это ладно. Самое интересное, что нам пришлось самостоятельно ехать за экипировкой с базы в Москву, – рассказывает Удалов. – Доставить ее нам на базу не смогли.

– Почему?

– Как сказал Луначарский (президент Федерации футбола инвалидов России (ФФИР). – Прим. ред.), у федерации нет лишних средств на транспорт.

– Так что сначала нам пришлось ковылять два километра пешком до рейсового автобуса, потом мы ехали на электричке, затем на метро с двумя пересадками и еще 40 минут пешком (транспортные расходы нам, понятно, никто не возместил), – рисует «веселые» картинки Ломакин. – И потом обратно тем же маршрутом…

 

– Все равно это цветочки, – утверждает Удалов. – Прилетели мы в Аргентину (перелет оплачивало Министерство спорта). Кое-как добрались до места жительства. Только выяснилось, что жить там нельзя.

– Что было не так?

– Все! Поймите, невозможно жить в подтрибунном помещении с голыми бетонными стенами и в сырости.

– Мы сказали, что не останемся в таких условиях, – дополняет друга Ломакин. – К счастью, на чемпионат мира немного опоздала сборная Анголы, так что мы оккупировали ее жилье.

– Там было все нормально?

– Ну как… Одна комната на 21 человека – игроков, руководителей федерации. Спали на двухъярусных кроватях. На всех – два туалета и один душ.

– А как жили другие сборные?

– К примеру, сборной Украины тоже предоставили плохие условия, но их руководство обратилось в посольство – и их расселили в нормальных двухместных номерах.

– А еда! – продолжает Удалов. – Нас кормили печеньем, горохом и рисом. Как-то раз «выручил» главный тренер Евгений Григорьев. Собрал со всех по шесть песо и сварил каждому по кружке супа.

– На всю команду был один врач – бабушке 63 года. Максимум, что она могла, – помазать ссадину зеленкой. О массажисте мы только мечтали, хотя после матчей все болело, – качает головой Ломакин.

 

Несмотря на такое житье-бытье, нашей сборной до поры до времени удавалось успешно играть. В первом раунде сборная России выиграла у Анголы, Англии и Гаити, во втором – вновь у англичан, сыграла вничью с бразильцами и Узбекистаном. Только вот, по словам ребят, ничья с узбеками была запланирована.

– Мы выигрываем – 3:0, что позволяет в полуфинале сыграть с Турцией, а не с хозяевами – аргентинцами, – вспоминает ход матча Ломакин. – Тренер начинает постепенно делать замены, убирает с поля меня, Диму, еще некоторых ребят. Сижу и радуюсь – побеждаем же! Ко мне подходит помощник главного тренера Александр Щербаков и с ухмылочкой говорит: «Чего радуешься? Мы с узбеками договорились на ничью».

– Зачем?

– Мы тоже задали такой вопрос, – говорит Удалов. – Внятного ответа так и не получили. А ведь ничья выводила нас в полуфинале на Аргентину – хозяев турнира. А узбеки при таком раскладе играли с турками.

– Я не выдержал, стал ругаться матом, трибуны загудели, не понимая, что происходит у нас на скамейке. Те, кому объявили о «договорняке», стали уходить, – вспоминает Ломакин. – В тот вечер после игры, в которой я получил травму, честно признаюсь, я напился на дискотеке. У меня был день рождения – и я получил такой плевок в душу в виде «договорняка».

– Говорить с президентом федерации Луначарским и главным тренером Григорьевым о сдаче матча было бесполезно – там, видимо, были замешаны все, – считает Удалов. – При этом абсурд продолжился и в полуфинале с аргентинцами.

– Что было там?

– Точнее, чего не было – двух таймов дополнительного времени после основного, – объясняет Ломакин. – По регламенту они должны быть, а нам сразу сказали бить пенальти (основное время закончилось вничью – 0:0). Мы бы наверняка забили в дополнительное время – хозяева уже с языком на плече передвигались. В итоге в серии пенальти мы уступили.

– Говорим Киянскому (вице-президент Всемирной федерации футбола ампутантов. – Прим. ред.), что надо подавать протест, – рассказывает Удалов. – А он в ответ: «Завтра подам». Какое завтра?! Абсурд! Ни один из шести человек делегации (зачем столько народа приехало?) и пальцем не пошевелил.

…В игре за 3-е место с Турцией Удалова и Ломакина не выпустили на поле. Россия проиграла – 0:1.

– Мы многого добились в футболе среди ампутантов – выигрывали чемпионаты мира и Европы. Турнир для нас должен был стать последним – мы планировали переходить в следж-хоккей. Этот вид спорта, в отличие от футбола, входит в программу паралимпийских игр, – говорит Удалов.

– Поэтому отправились на сбор национальной команды в Алексин, – продолжает Ломакин. – Нам очень хотелось выступить в Сочи в 2014 году, но нас попросили из команды. Судя по всему, по просьбе Луначарского.

– Наверное, нас теперь просто не хотят видеть в паралимпийском спорте. Так что мы, видимо, стали крайними, – предполагает Удалов.

– Нас просто зарубили, – машет рукой Ломакин. – Но что нам теперь делать, если спорт был для нас всем? Рассказать об этом через прессу – попытка что-то изменить. Ведь мы играли за страну и готовы и дальше это делать, несмотря на житье в общаге, горох на обед. Только если руководство договаривается с соперниками, мы вряд ли что-то можем. Разве что уйти с поля.