«Надо было в 14 лет уезжать. Как Адамов…»

«Узок их круг, страшно далеки они от народа…» Это как раз о наших футболистах премьер-лиги – далеки в финансовом отношении. Однако хотя и узок их круг – сотни две душ, не больше, но благодаря этому кружку, о котором только и пишут, и говорят, здорово искажен образ российского футболиста. А ведь по материальной части подавляющее большинство футболистов почти ничем не отличается от обычного народа…

«ССФ» решил немножко исправить перекос и встретился со «среднестатистическим» футболистом. За жизнь мы поговорили с игроком второй лиги Александром Якимовым. 

C 24-летним Александром я познакомился на тренировке: играю пару раз в неделю на Казакова с мужиками из министерства спорта – бывшими футболистами и спортсменами. Парень быстро бегал, был жаден до мяча (в хорошем смысле слова) и явно не тянул на любителя. «Кто такой?» – «Санька привел. Его земляк из Белой Калитвы. Работу ищет. Нет у тебя кого знакомого во второй лиге?»

Познакомились. Встретились в его квартире в Медведкове. Точнее, в «однушке» невесты (у нее как раз работа есть – «сидит за компьютером, организует транспортные перевозки»). Устроились на кухне, получаю чашку чая и горсть конфет.

– Начнем с истоков…

– Мама – продавец, отец – военный, на пенсии. Белая Калитва – городок в Ростовской области. Маленький (64 тысячи чел. – Прим. ред.), но со своими футбольными традициями. Стадион на семь тысяч человек, поле – одно из лучших в области. В 1960-е была у нас хорошая команда при металлургическом заводе: приезжали люди со всего Союза, получали хорошие деньги, квартиры. Кто-то остался, как мои детские тренеры: один из Азербайджана, другой – с Украины. Они воспитали Адамова (сейчас в «Ростове»), Гудукина (капитан «КАМАЗа»), Пятибратова («Амкар», «Алания»), Ермилова («Сокол»)… Гудукин (старше на четыре года) взял меня за руку и в восемь лет привел в футбол. Тогда в России был развал, но ДЮСШ каждое лето посылала нас в спортлагерь на реке Донец. Сейчас на это нет денег, на комбинат пришли далекие от футбола люди, в акционерах даже американцы. Футбол затух, но тогда наша детская команда была одной из лучших в области.

– С экипировкой были проблемы?

– С мячами и формой не было – дарили ДЮСШ те, кто играл в первой и второй лигах. Была такая традиция. Ощущали проблему с бутсами – в нашем магазине не продавали. Я приставал к родителям, и в 1995 году они заказали в Германии (там живут знакомые). Я получил настоящие «Пума» – 13 шипов!  Пришел на тренировку – все обалдели. Я был самым счастливым человеком на свете! Но нога выросла, и бутсы я отдал. Кстати, из-за дефицита бутсы в ДЮСШ переходили от одного к другому – их или дарили, или продавали. Свои вторые бутсы – «Адидас» – я взял у кого-то из старших, да и третьи тоже получил в наследство…

– Бывали матчи, когда после подходили: парень, ты далеко пойдешь?

– Конечно! Хотя я был полузащитником, но голов по двадцать за сезон забивал. Признавали и лучшим игроком турниров, и лучшим бомбардиром. В сборную области вызывали… Однажды играли против Новочеркасска, проигрывали – 0:1. Сначала я прошел с центра поля, обыграл полкоманды и забил. А потом сразу – второй: после навеса ножницами через себя ударил. Мне было 15 лет. После матча подошел тренер взрослой команды – давай к нам. В первом матче вышел на замену, а во втором – уже в основе, забил гол.

– Ты не был капитаном?

– Нет, да и не стремился особо…

– Так, может быть, тебе не хватало волчьей хватки, чтобы сделать карьеру во взрослом футболе?

– Говорили, что иногда мне не хватало футбольной злости, но это на поле. А так всегда мог подойти к тренеру объясниться, узнать, в чем мои ошибки. Тут дело не только в том, пробивной ты или нет…

– Не жалеешь, что связался с профессиональным футболом?

– Нет. Футбол для меня – все. Но спустя время понимаешь, что сделал много ошибок.

– Типа…

– Надо было лет в 14–15 уезжать, как Адамов и Гудаков, в интернат. Но нас тренеры не отпускали. Говорили: развалится такая команда, сильнейшая в области. И вот теперь, когда с ними общаешься, они говорят: да, это наша ошибка, передержали вас. И вот так получилось: была отличная команда, а из того состава только я один во второй лиге поиграл…

 

– После школы видел себя только футболистом?

– Да. Хотя мама хотела, чтобы я стал военным, как отец. Кстати, в школе учителя меня не очень любили. Когда отпрашивался на матчи, говорили: «Зачем тебе это?» – «Хочу играть!» – «Да разве это профессия?!» – «А что, мне на завод идти, что ли?» – «Да хоть бы и на завод!» И не делали никаких поблажек, ставили двойки. Зато директор защищал, ведь я за школу выступал на всех соревнованиях. 

– Когда ты понял, что футбол – это профессия? Первые деньги…

– Во взрослой команде, что играла за область, платили. В месяц выходило тысяч пять. Бывало, во время матча какой-нибудь бизнесмен мог объявить по микрофону: тот, кто забьет первый гол, получит 15 тысяч. Кто забивал, половину оставлял себе, другую отдавал команде. Почти после каждого матча бывало и такое: подходит человек: «Привет, это тебе». Вручает тысячу, иногда две-три… Ну а самые первые деньги… Мы, даже самые маленькие в ДЮСШ, перед поездками получали суточные. Если перевести на сегодняшние – рублей сто. На конфеты хватало.

– После школы ты оказался в не самом именитом клубе…

– «Прогресс» из города Каменск-Шахтинский играл на КФК в третьей лиге. Самое главное, клуб помог мне поступить в Ростовский университет на физкультурный факультет, то есть преподавателей предупредили, кто я, что мне нужно помочь, если вдруг я чего-то не буду знать. Но обошелся своими силами. Клуб и дальше помогал в учебе.

– Как это? 

– Я учился на платном дневном – клуб платил за меня где-то 30 тысяч рублей в год. Когда приходил с зачеткой и говорил, что я футболист, проблем не было – получай. Хотя были преподаватели, которые начинали читать мораль, но я  объяснял, что футбол – мой единственный способ пропитания. На военной кафедре надо было уезжать на сборы на 40 дней, но клуб устроил так, что я не ездил. Однако лейтенантом стал.

– Забегая вперед, а диплом ты сам писал?

– Нет, у меня не было времени (я уже играл во второй лиге и институт практически не посещал). Преподаватели дали готовый с условием, чтобы внимательно прочитал и знал, как отвечать на вопросы. 

– Какие условия были в Каменск-Шахтинске, что платили?

– Почти вся команда – приезжие (человек семь из Волгоградского училища олимпийского резерва), клуб всем снимал номера в гостинице. Был бесплатный обед в кафе. Клуб финансировала администрация и местные бизнесмены. Премиальные – две-три тысячи. В месяц с зарплатой выходило максимум 15 тысяч. Почти все тратил на еду. Но я был самым молодым… Да грех жаловаться. А в следующем году возникли проблемы с финансированием, и большая часть команды разъехалась кто куда. Например, Азим Фатуллаев сейчас в «Краснодаре». А мне тренеры порекомендовали «Краснодар-2000» – он играл во второй лиге. Поехал, неделю с ними тренировался, но мне сказали: молодой еще, набирайся опыта, потенциал есть. И я вернулся обратно.

– Что-то удивило в профессиональном футболе?

– Все было новое и в тренировках, и в разминке – новые упражнения, новые «квадраты»… Но включаешь голову, смотришь, как люди делают. Белой вороной не выглядел.

– Не переиграл ли ты в «Прогрессе»?

– Да, три года – многовато. Тем более команда играла уже на область (пришли ростовские мужики, за нас играли два нигерийца и камерунец). Уйти? Держала учеба, да и варианты были – шило на мыло. Агента ведь нет. Чтобы тебя кто-то заметил в провинции, нужна удача, случай. Из ребят моего возраста в Ростовской области в профессиональный футбол пробились… сосчитать на пальцах одной руки.

– В 2008-м ты все-таки стал профессионалом…

– Понял, что теряю время. Позвонил знакомым, бывшим футболистам, в Белую Калитву: не поможете? Сказали, будут искать. И нашли. «Таганрог», тренер – Павел Гусев, капитан ростовского СКА, в 1981-м выиграл Кубок СССР. Приехал на просмотр, подписал контракт на два года. Начался чемпионат, сыграл первый матч (обыграли в гостях тот самый «Краснодар-2000»). На тренировке поскользнулся, упал и сломал руку – локоть вывернулся в другую сторону. Через месяц вылечился.  

– Условия в «Таганроге»?

– Вполне! Выдали экипировку – от шлепок до шапки. На бутсы дали по 12 тысяч рублей. Купил две пары, взял чеки для отчетности. Премиальные – 15 тысяч, в месяц выходило тысяч сорок. Можно было жить на базе (двухместные номера, телевизор, кормежка), но надо было оканчивать университет, и я выбрал Ростов. Снимали с парнем однокомнатную за 10 тысяч. В Ростове жила половина команды. За нами каждый день приезжал автобус и вез на тренировку и обратно. Хороший сезон выдался, хотя команда заняла 12-е место. Но на следующий год сообщают: финансовые проблемы, урезаем зарплату больше чем вполовину. Почти вся команда вместе с тренером разбежалась. Такой облом…

– Снова обратился к знакомым?

– Да. И поехал на сборы ФК «Орел» в Крымск. Там просматривали человек тридцать пять, но уже дня через три ко мне подошли: подходишь, подписываем контракт. Доверие тренера для футболиста – самое главное, и оно сначала было, но перед началом сезона я получил небольшую травму и выбыл на пару недель. Отношение тренера изменилось, сам не могу понять почему. Играл мало. На тренировках пахал, а он: «Давай, твое время придет». Такие «завтраки»… А на поле выходили одни и те же, вне зависимости от того, выиграла команда или проиграла. 

– Не думаешь, что тебе все-таки не хватало школы?

– Может быть… Ну какая школа – всего два тренера пожилых! Ни времени, ни здоровья на всех не хватало. Бывало, кинут мяч – давайте сами! Тренировка заканчивается, а мы идем во двор – вторая тренировка.

– Вернемся в Орел. Жил там без премиальных…

– Да. Зарплата – в полтора раза больше, чем в Таганроге, премиальные – в два раза, но я-то почти не играл. Жил на 30 тысяч рублей. Снимали с одним парнем двухкомнатную квартиру за 12 тысяч. Половину платил клуб, и мы – по три тысячи. А потом клуб перестал кормить. Чтобы бегать, нужны калории, витамины… Я, допустим, слежу за своим здоровьем, не ем разные полуфабрикаты, а другие уминают. Потом животы болят – какая тут тренировка! Затаривали мы холодильник, но чаще питались в кафе – оставляли там по 200–300 рублей. В Таганроге с питанием было получше: выдавали витамины, после матча всегда – мясо, шашлычок, чтобы восстановиться, медицина. В Таганроге клуб страховал каждого, и мне лечение руки ничего не стоило, а в Орле хочешь страховаться – плати. Хорошо, не получил травмы, а то не уверен, что не пришлось бы лечиться на свои. Перед началом второго сезона я прямо спросил: нужен? Мне ответили: ничего не можем обещать. И я ушел…

– В Москву…

– Моя девушка – из Белой Калитвы, живет в Москве. На год старше, бывшая спортсменка – черный пояс карате. Не виделись давно, но прошлой зимой встретились в Белой Калитве и сошлись. Я позвонил ей в Москву, она: «Приезжай». Мне нужно было поиграть до трансферного окна летом. Бегал за Долгопрудный на КФК… Летом съездил на просмотр в «Митос» Новочеркасск, вторая лига. Но там и деньги не те, и вообще как-то все туманно.  Получалось, что в моем родном «Прогрессе» ничуть не хуже. Там и доиграл сезон. А сейчас снова ищу клуб. Сижу на телефоне. Но ведь с переходом на «осень–весну» многие команды снимаются, много безработных футболистов, а с моей трудовой книжкой…

– Орел – это клеймо…

– Да. Лучше бы его не было, смотрят ведь на статистику. Хочется играть… Есть выражение – не нашел своего тренера. Знаю много случаев, когда человек нигде не подходит, но вдруг встречает тренера: да это ж мой игрок! Жаль, век футболиста недолог – кто-то может не успеть…

– Давай в режиме вопрос-ответ. На что сейчас живешь?

– Что-то скопилось. Родители помогают – присылают посылочки: вяленую рыбу (здесь такой не купишь: лещ, шамайка, рыбец) или мамину сладкую выпечку – всегда хочется домашнего…

– Жениться не собираешься?

– Возможно. Но, опять же, все зависит от клуба. Ведь я готов ехать хоть на Камчатку!

– За границей был?

– Нет. Команды несколько раз собирались на заграничные сборы, но все срывалось – ехали на Черное море.

– Самая дорогая покупка?

– Даже не знаю… Одежда, обувь, часы, цветы девушке…  Наверное, ноутбук – купил в 2008-м.

– В детстве снились футбольные сны?

– Да и сейчас снятся. Вижу, как забиваю гол или просто тренируюсь. Просыпаюсь – и сначала не понимаю, где я.

Желающим помочь футболисту Якимову редакция подскажет его номер телефона.

Родился 13.09.1986 в Белой Калитве

Рост: 184 см

Вес: 66 кг

Амплуа: полузащитник

Карьера: 2002–2003 – «Калитва» (Белая Калитва), чемпионат Ростовской области, 2003–2007, 2010 – «Прогресс» (Каменск-Шахтинский), КФК, 2008 – «Таганрог» (Таганрог), 2-я лига, 2009 – «Русичи» (Орел), 2-я лига, 2010 – «Долгие пруды» (Долгопрудный), КФК.