Слушать в отсеках

Резанула по глазам молния – так, что игровые картинки помутились, грянул гром над всем нашим футболоустройством: «Локо» уволил Юрия Красножана. Но дышать легче не стало. Гроза была отогнана в иные края – в Италию, Германию, Финляндию, где за бизнес-матчи выдают дисквалификации и даже тюремные сроки.

Почему Ольга Смородская не назвала вещи своими именами? Не хватило смелости? Но ведь во всей своей пока что короткой, но яркой футбольной деятельности она, вооружившись здравым смыслом, шла до сих пор напролом. Президент «Локо» действовала, как поступали бы вы или я, ежели б нам удалось проникнуть в футбол и мы задались целью вернуть ему здоровье. Смородская охотно прибегала и к хирургическим методам. Она решительно поменяла в прошлом году систему премиальных в «Локо». А едва позвав в менеджеры искушенного Юрия Белоуса, поспешила с ним порвать.

Но там-то ладно – Ольга Юрьевна шлифовала по своему разумению внутриклубные принципы и правила. Зато в «деле Григорьева» развернулась. Столкнувшись с законом, допускающим мошенническое его применение, проявила, можно сказать, гражданское неравнодушие.

Но если с Григорьевым Смородская позволила себе всю возможную принципиальность, то с Красножаном нажала на тормоза. Вот я перечитываю официальное ее заявление. Там важные и недвусмысленные слова: главное – оставаться честными перед болельщиками. А рядом на газетной полосе – комментарий к заявлению Смородской гендиректора «Анжи» Германа Чистякова. И там тоже есть информация, наводящая на размышления: «В общении с руководством «Локомотив» высказывал претензии в наш адрес». И это – все равно что оперативная сводка метеорологов: гроза-то надвигалась и готова была вот-вот разразиться!

Однако дальнейшее можно – и нужно – только домыслить. Кто-то наверху разогнал тучи, что принято порой проделывать в нашем отечестве с непогодой, надвинувшейся не ко времени. Первая возможная тому причина – расследование вытащило бы на свет божий такую вереницу бизнес-матчей, змеей извивающуюся из чемпионата в чемпионат, что весь футбол пришлось бы закрывать и заводить себе новый.

Другая версия – в «Локомотиве» провинность Красножана установили, но доказательная часть применительно ко второй стороне провисла. А что если в процедуре участвовал персонаж, по формальным признакам абсолютно чуждый структурам подозреваемого клуба? Так сказать, в порядке частной инициативы болельщика? И как в таком случае быть?

Загнав скандал в рамки политкорректности, мы получили на выходе что-то вроде шахматного пата. Тренера выгнали непонятно за что. Красножан остался с пятном неизвестного происхождения и размера на репутации.

Если же основываться на здравом смысле, то футбол еще глубже ушел в самоё себя: у нас тут, мол, свои дела и разборки – не лезьте. И кто сказал, что мир стал совсем прозрачным? У нас-то всё гуще туман…

И зачем только большие начальники перед чемпионатом дразнили воображение обещанным подключением Следственного комитета? В клубах всё давно подготовили к организации пресловутой прослушки – заждались, мол, вас, гости дорогие!