О, времена! О, нравы...

Английское межсезонье наводнили футбольные мыльные сериалы. Сеск Фабрегас хочет вернуться в «Барселону», но «Арсенал» его не пускает. Лука Модрич жаждет перейти в «Челси», но «Тоттенхэм» активно сопротивляется. Карлос Тевес ищет способ покинуть ненавистную Англию и воссоединиться с семьей, но «Манчестер Сити» просит за это слишком много.

«ССФ» пытается понять, почему все эти истории стали возможны, констатирует беспрецедентный рост власти игроков над клубами и разбирается в сопутствующих вопросах морали.

Космические во всех отношениях полвека прошли с тех пор, как зарплата британских футболистов была законодательно ограничена 20 фунтами в неделю, а их работодатели могли считаться рабовладельцами лишь с небольшой натяжкой. Еще в начале 1960‑х зверствовала система, в которой клубы имели над игроками полную власть. Даже после окончания контракта футболист не мог спокойно перейти в другую команду, а клуб был вправе его сохранить, но при этом не платить зарплату.

Недовольные (такие, как, например, Джордж Истхэм, которому не разрешили перейти из «Ньюкасла» в «Арсенал») вполне могли хоть вовсе завязывать с футболом (Истхэм вот занялся… продажей пробок). Господство клубов достигло высшей точки, и с этого момента ситуация стала меняться. Сначала в 1961‑м отменили зарплатные ограничения, а еще через два года при решающем участии Истхэма корректировке подверглась трансферная система.

Прошло много лет, громыхнуло
«дело Босмана», изменилось информационное поле – и футбольный мир перевернулся. Пожалуй, именно сейчас высшей точки достигла уже власть игроков. С одной стороны, их теперь не так просто выгнать (многие до конца контракта просто получают зарплату, практически не играя), а с другой – даже подписав долгосрочный контракт, футболисты могут выбить выгодный им переход. Незамысловатая схема весьма нервозатратна, но уже вполне отработана, и желающих ее обкатать становится все больше.

В результате нынешнее английское межсезонье, видимо, стало рекордным по количеству громких трансферных саг. Помимо англо-испанской сериальной классики «Сеск в большом городе» о тоске Фабрегаса по дому и давней латиноамериканской мыльной оперы о разлуке Карлоса Тевеса с дочерьми, обнаружились и разнообразные свежие продукты. Например, балканская драма «Модрич не может расстаться с Лигой чемпионов» или пара французских многосериек неопределенного жанра. В одной из них Самир Насри хочет выигрывать трофеи или хотя бы зарплату за 100 тысяч фунтов, а в другой Шарль Н’Зогбия ищет клуб, в котором ему было бы интересно играть и при этом его там периодически не били бы на тренировках и не путали его французскую фамилию с английским вариантом слова «бессонница».

Все это, безусловно, очень разные истории, но, взошедшие почти одновременно и на одном поле, они обречены восприниматься как единое целое и идти в одном пакете. В гарантированно беспроигрышной ситуации оказываются СМИ: не затрачивая особых усилий, они способны хоть все лето забивать последние страницы газет свежими сенсационными обновлениями любой из саг.

Именно СМИ укрепляют и без того существенную власть футболистов. Раздувая конфликты игроков с клубами до абсурдных масштабов, медиа помогают футболистам добиваться их целей. И хотя владельцы или тренеры время от времени угрожают отправить бунтарей на год на трибуну, в 99% случаев угрозы не доходят до дела. Принципы, как правило, не стоят нескольких миллионов впустую потраченных фунтов – клубам проще пойти на компромисс, удовлетворив основные требования игрока (трансфер, повышение зарплаты, что угодно еще).

Отдельная линия любого трансферного сериала обязательно затрагивает вопросы морали, верности и катастрофического падения современных нравов. Поводов действительно много. Вот, например, Стюарт Даунинг, который, кажется, забыл, что «Астон Вилла» за очень весомые деньги всего пару лет назад вытащила его, на тот момент тяжело травмированного, из клуба Чемпионшипа, и уже готов сделать все, чтобы его отпустили в «Ливерпуль». Клубы и так бы наверняка договорились (около 20 млн фунтов за 27‑летнего вингера все же довольно средней ноги – предложение, от которого мало кто отказывается), однако ж Даунинг счел необходимым надавить, составить трансферный запрос (штука, по большому счету, популистская и юридически вполне бессмысленная) и ускорить процесс, заодно подпортив репутацию.

Обратный пример – Фабрегас. Испанец из уважения к «Арсеналу» и Арсену Венгеру, фактически его вырастивших, не обостряет конфликт, трансферный запрос не делает, старается вести себя максимально корректно, хотя и не скрывает желания вернуться в «Барселону», – и история затягивается до неприличия.

Мотивы игроков при этом всегда насквозь благозвучны – «новый вызов», «желание бороться за трофеи» и т.п. Мало кто способен, как защитник «Тоттенхэма» Бенуа Ассу-Экотто, признаться, что играет ради денег и переехал из Франции в Лондон исключительно поэтому.

Однако рисующаяся мрачная картина обманчива. Наивно думать, что сейчас люди стали существенно хуже или лучше, чем полвека назад. С тех пор как игроки начали получать больше тех самых 20 фунтов в неделю, футбол изменился. Кто-то ворчит, что деньги его убили, но на самом деле они его скорее спасли – по крайней мере, позволили из хобби развиться до уровня индустрии. А меркантильных, беспринципных и просто недовольных своим положением игроков хватало всегда, просто сейчас они получили новые и самые разнообразные инструменты, чтобы добиваться своих целей.

С точки зрения морали ничего нового не происходит, однако мы живем в космическую эпоху – эпоху космических цен, космических зарплат, космического внимания к футболу. И временами космической жадности. На это и стоит делать космическую же скидку, воспринимая нынешнюю ситуацию как вполне логичный и естественный результат развития. И чем жаловаться на то, чего не можем изменить, давайте просто досмотрим наши летние сериалы. При всей тривиальности сюжетов все равно ведь интересно: что они там придумают в конце?