«В «Гамбурге» уже два года не курят» «ССФ» разузнал у известного доктора, почему наши футболисты лечатся в Германии

– Николай, ума не приложу: зачем «Гамбургу» пять физиотерапевтов?
– По статистике, в среднем у клуба Бундеслиги одновременно в лазарете находятся пятеро футболистов. Нужно курировать процесс их реабилитации. Плюс когда начинаются так называемые «английские недели» – команда проводит две игры за семидневный цикл, – на игроков наваливается целая куча мелких повреждений. Восстановительные процедуры занимают тогда один-два дня, но только в том случае, если лечить ребят сразу и интенсивно.
– А сколько у вас всего народу в медицинской службе?
– Кроме физиотерапевтов еще два врача и тренер по реабилитации. Кроме первой команды под нашим контролем находится и вторая, которая выступает в региональной лиге. Также у «Гамбурга» уже более десяти лет работает центр подготовки подрастающего поколения. В центре с полной занятостью трудятся два физиотерапевта, а также есть врачи, привлекаемые для работы по совместительству.
– Солидно…
– Поверьте, в «Баварии» и дортмундской «Боруссии» штаты медицинских служб гораздо больше. Здесь все зависит от руководства клубов. Но сейчас без медицины – никуда… Например, в 1983 году, когда «Гамбург» выиграл Кубок европейских чемпионов, в штате клуба был один врач и один физиотерапевт.

– Отличие медицинской службы немецкого клуба от российского лежит только в области технологического оснащения?
– Не только. Самое принципиальное отличие в том, что медицинская служба клуба Бундеслиги гораздо более независима от своего руководства по сравнению с российскими коллегами. Был случай, когда «Гамбург» подписал контракт с нападающим одной из европейских сборных. Сумма контракта составляла 2 млн евро. В три часа дня должна была состояться презентация новичка. В 10 утра футболист проходил медобследование, в результате которого стало понятно, что его состояние не настолько хорошо, чтобы играть в Бундеслиге. Трансфер был аннулирован. Для «Гамбурга» это стало уроком: пострадал имидж клуба плюс были юридические разбирательства с несостоявшимся новичком команды. Теперь медицинские обследования дебютантов «Гамбурга» проводятся заблаговременно. Стараемся провести медкомиссию еще до того, как информация о трансфере просочится в прессу.
– Как, кстати, получилось, что выходец с постсоветского пространства руководит медицинской службой команды Бундеслиги?
– В Германию я приехал вместе с семьей 15 лет назад. Работал в Гамбурге в частной клинике, а шесть лет назад меня начали привлекать для работы на гонорарной основе в медицинскую службу клуба. Врачом команды был мой коллега, с которым мы вместе трудились в клинике. Он порекомендовал меня руководству «Гамбурга» на свое место, когда решил сменить работу. Почему коллега уходил? Должность клубного врача – очень специфическая работа. Не всем подходит.
– Российских футболистов чуть ли не на любую операцию и для восстановления после травм отправляют в Германию. У вас там что, все врачи – волшебники?
– В России тоже очень много прекрасных врачей. Но они не всегда располагают современным оборудованием. Вот банальный пример, но уж очень характерный – «Жигули» и «Мерседес». До определенного скоростного предела можно ехать на обеих машинах и практически не замечать разницу. Но затем все становится на свои места. Технологии имеют решающее значение не только в медицине.
– Но уровень жизни, скажем, в Великобритании не ниже, чем в Германии. Но едут к вам…
– Немецкая фармацевтическая промышленность традиционно считается более надежной. Что касается спортивной медицины, то сухая статистика гласит, что в Германии футболом занимаются два миллиона человек. Это спорт номер один в стране. Причем созданы условия для футболистов любой квалификации. В каждом городе огромное количество полей и любительских лиг. Футбол не бывает без травм. Травмируются и любители. И любителям тоже делают такие же сложные операции, как профессионалам. Например, для восстановления хряща современными методами требуется трансплантация хряща, его замена, наращивание в пробирке и подсадка. То есть у немецких медиков всегда достаточно практики.
– Но ведь не все футболисты-любители могут себе позволить дорогостоящие операции?
– Могут позволить, потому что практически у всех есть медицинские страховки. Если человеку нужен протез коленного сустава, любая страховая компания оплатит операцию. Профессиональные футболисты выигрывают лишь в том, что имеют первоочередное право на операции, тогда как любителю нужно ждать своей очереди, и ожидание может растянуться на 6–12 недель.

– Как вы контролируете футболистов во время отпуска?
– Во время отпуска игроки могут отдыхать только в течение трех-пяти дней, а затем самостоятельно приступают к подготовке. В последнюю неделю перед уходом в отпуск наша служба проводит полномасштабное тестирование команды, начиная от анализов крови и заканчивая дисбалансами в различных группах мышц. Когда футболисты возвращаются из отпуска, мы проводим аналогичные тесты, сравниваем параметры. По ним сразу видно, чем человек занимался во время отпуска.
– Как часто наставник «Гамбурга» консультировался у вас по поводу состояния того или иного игрока?
– Мы ежедневно обсуждаем здоровье футболистов. Существует правило: если игрок почувствовал недомогание, он должен явиться к нам за 90 минут до начала тренировки, потому что ровно за час до начала занятия врачебная команда дает письменный отчет, кто из футболистов в каком состоянии. И точно такой же отчет идет после тренировки. То есть тренер имеет оперативную информацию о состоянии игроков дважды в день.
– Сложные операции игроков проводятся в Гамбурге?
– Как правило. В Гамбурге можно заказать любые медицинские услуги, которые существуют в мире. В городе большое количество клиник, оснащенных лучшим оборудованием, которое только есть на нашей планете. Но, например, при определенном виде повреждения сухожилия мы можем отправить футболиста в Швейцарию, потому что в Базеле работает врач, специализирующийся именно на этом виде операций и считающийся лучшим в своем деле.

– Если город находится на пороге какой-то эпидемии, срочно делаете всей команде прививки?
– При наличии угрозы эпидемии с нами связывается доктор из вирусологического заведения города, и мы рекомендуем игрокам принять превентивные меры: ограничить выходы в общественные места и так далее. Бывает, что эпидемия свирепствует в регионе, где мы должны отыграть гостевой матч. В таком случае мы можем рекомендовать профилактические прививки. Но при этом нужно четко осознавать, что, прививая весь основной состав, мы сразу теряем 10% работоспособности и физической мощи команды. В Германии прививки – дело исключительно добровольное. Каждый человек самостоятельно решает, делать или нет. Я могу лишь представить свои аргументы.
– Где предел вашей компетенции относительно решения, оставаться травмированному футболисту на поле или проводить замену?
– Все, что касается здоровья игроков, – моя компетенция. Тренер мне полностью доверяет. Как, впрочем, и футболисты. На поле бывают разные ситуации. У врача должен быть опыт работы в спортивной медицине, потому что на исследование повреждения футболиста дается минимум времени – в этом специфика. Иногда игрок получает не слишком серьезную травму, но она дает такую болевую реакцию, что футболист сам просит, чтобы его заменили. Бывает, наоборот, травма достаточно серьезная, но игрок наотрез отказывается покидать газон.
Например, в одном из матчей минувшего сезона нашему голкиперу Франку Росту в столкновении с нападающим соперников шипом от бутсы разорвали правое бедро. Рану забинтовали, Франк остался в воротах. А пару лет назад в розыгрыше Кубка Германии на одной из начальных стадий уже в серии пенальти неудачно отскочивший мяч попал Франку в лицо и сломал нос. Однако наш голкипер уверенно достоял серию до конца, мы в той серии пенальти победили и прошли дальше.

– Какие требования предъявляются к рациону футболистов «Гамбурга», чтобы они не поправлялись и были в форме? Что можно пить, а чего нельзя пить и есть ни в коем случае?
– За этим мы строго следим. Наш повар занимается заказом питания либо сам готовит, если у нас запланированы двухразовые тренировки. Но футбол – тот вид спорта, где, к сожалению, рекомендации используются не так часто. Это не легкая атлетика или велоспорт. Футболист может себя не очень хорошо чувствовать, но благодаря удаче и опыту забить два гола и стать героем матча. Или, наоборот, быть в великолепной форме, пробегать всю игру, но остаться на голодном пайке, потому что партнеры плохо готовы. Поэтому вопрос, следуют ли нашим советам футболисты, пока не снимается с повестки дня.
На прошлогоднем конгрессе в Стокгольме по спортивной медицине, который проходил под эгидой УЕФА, было продекларировано, что у футболистов самое нерациональное питание. Самосознание зависит от многих составляющих. В Германии к дисциплине приучают с малых лет. Немец не будет переходить дорогу на красный цвет, даже если рядом не будет ни одной машины. Но многие легионеры легкомысленно относятся к нашим рекомендациям. Особенно ярко это проявляется в дни побед.
– Когда у Валерия Лобановского спрашивали, кто не курит в киевском «Динамо», он отвечал: «Только я». Нынешний «Гамбург» в этом плане похож на киевское «Динамо» 1980‑х?
– И в тренерском штабе, и в команде у нас никто не курит. Последний раз курильщики в составе «Гамбурга» были замечены в 2009 году.
– Свежо предание, да верится с трудом…
– Ваше право. Но я знаю, о чем говорю. Когда мы играем «английские недели», четыре дня из семи круглосуточно находимся в отеле. В такой ситуации довольно сложно утаивать вредные привычки. В медицинской службе, правда, был один курящий. Не я.

P.S. Уже после нашего разговора Николай Линевич сменил место работы. По приглашению Томаса Долля, с которым они вместе одно время трудились в «Гамбурге» (в 2005–2007 гг. Томас тренировал команду), Николай улетел в Саудовскую Аравию, где возглавил медицинскую службу самого популярного и титулованного клуба страны – «Аль-Хиляль» из Эль-Рийяда.