«Прямая красная карточка Эменике противоречит правилам игры». Экс-глава апелляционного комитета о нашумевших делах РФПЛ. Часть 4

С первой частью статьи, которая завершается выводом о том, что системы в действиях спартаковца Веллитона не было, можно ознакомиться ЗДЕСЬ. Вторая часть, где Сергей Донцов объясняет читателю, без какого юридического аспекта принятие решения о применении санкций невозможно и поясняет, что означают понятия «безрассудное действие», «применение чрезмерной силы», доступна ЗДЕСЬ. В третьей части Сергей Донцов подробно останавливается на эпизоде с прошлогодним столкновением Кураньи и Паршивлюка (апелляционный комитет несколько раз возвращал дело на рассмотрение в КДК и окончательное решение по данному делу до сих пор не вынесено). Также Сергей Донцов размышляет над предложением Леонида Федуна «закопать томагавк войны». Об этом читайте ЗДЕСЬ.

В заключительной части, которую мы публикуем сегодня, автор говорит, какое наказание должно последовать для Кураньи и Кержакова; а также объясняет ситуацию с жестом Эменике. Напомним, что в субботу этот эпизод рассмотрит комитет по этике (видео смотрите ЗДЕСЬ).

***

Еще не разрешены до конца названные мною в этой публикации дела, а уже зреет новое – удаление Эменике в матче «Зенит» - «Спартак». И так будет всегда, пока будут играть в футбол. Что можно предложить, как говорится, на прощание от имени бывшего состава апелляционного комитета?

Начну с частного.

Дело «Кураньи – Паршивлюка».

Действующий Дисциплинарный регламент и Правила игры дают юрисдикционным органам РФС возможность принимать решения как сказано в ст. 126 Дисциплинарного регламента из принципов справедливости, добросовестности и разумности.

Надо отдать должное Виталию Мутко и Сергею Фурсенко в том, что на моей памяти они не пытались оказать давление на апелляционный комитет или рекомендовать ему то или иное решение.

Добросовестность и разумность – это те понятия, которые в праве принято называть «оценочными». Они относятся к поведению всех субъектов футбола. По сути, они относятся к оценке юрисдикционными органами того, как субъект футбола (в т.ч. футбольные клубы и их работники, игроки) осуществляют имеющиеся у них законные права.

***

Действующее законодательство может поставить вопрос о защите прав клубов и игроков в зависимости от того, осуществлялись ли эти права добросовестно и разумно. В таких случаях, например, по гражданскому законодательству (ст. 10) разумность и добросовестность сторон в возникших отношениях предполагается.

Это предположение стоит узаконить и в Дисциплинарном регламенте. Справедливость всегда понималась как одинаковое применение юридических правил к различным участникам отношений, которые этими правилами регулируются..

Именно на требование справедливости и ссылается в своей жалобе «Спартак», указывая, что по делу «Акинфеева – Веллитона» к Веллитону была применена дисквалификация на шесть матчей, а по аналогичному по сути (с т.з. вины Кураньи) в применении дополнительных санкций КДК было отказано.

***

Действительно, ст. 26 Дисциплинарного регламента требует, чтобы юрисдикционным органом РФС к лицу, признанному виновным в совершении дисциплинарного нарушения было назначено справедливое наказание в пределах, предусмотренных соответствующей нормой Дисциплинарного регламента.

Наказание во все времена преследовало несколько целей. А именно покарать нарушителя и добиться исключения подобных нарушений в будущем как для наказанного, так и для других лиц.

Наказание должно быть неотвратимым и соразмерным характеру поведения нарушителя и наступившим неблагоприятным последствиям от поведения этого нарушителя.

Как писал известный русский юрист и философ И.В. Ильин: «Справедливость требует, чтобы правовые нормы сохраняли в своих требованиях  соразмерность действительным свойствам и деяниям людей».

***

При применении спортивных санкций Дисциплинарный регламент требует учитывать и характер дисциплинарного нарушения, и степень его серьезности.

Дисциплинарное нарушение Кураньи, конечно, по форме вины неоспоримое, типичное «безрассудство» (правило №12 Правил игры), равно как и нарушение Кержакова.

По степени серьезности, т.е., прежде всего, последствий и то и другое повлекли травму соперников, вызвавшую длительную – более пяти дней – утрату возможности принимать участие в тренировках и матчах (примечание к п. 4, ст. 94 Дисциплинарного регламента).

И то, и другое нарушения по формальным признакам «тянут» на квалификацию как серьезное нарушение правил игры и применение санкции в виде дисквалификации на три матча (примечание к п.4, ст 94 Дисциплинарного регламента).

***

Не могу согласиться в этой связи с высказыванием председателя КДК Владимира Каткова, что вина Кержакова «таким образом не установлена» («Советский спорт», 12 апреля 2012 года). Рассуждения, приводимые им в обоснование своего выбора типа «мог или не мог остановиться», «мог или нет избежать столкновения» – это досужие домыслы, не имеющие никакого отношения к применению санкций.

Другое дело, что юрисдикционный орган может найти смягчающие обстоятельства, учесть личность лица, виновного в совершении нарушения (ст. 26 Дисциплинарного регламента) и с учетом этих обстоятельств назначить, например, условную санкцию (ст. 29 Дисциплинарного регламента).

Таким образом, призыв Леонида Федуна «зарыть топор войны» может быть реализован только на основании использования правил действующего в футболе законодательства и определенного такта в том смысле, что за необоснованное решение в отношении футболиста Веллитона кому-то следовало извиниться.

***

Следует также напомнить, что юрисдикционные органы РФС независимы в принятии решений (ст. 43 регламента).

Юрисдикционным органам надо быть отделенными от учета т.н. «общественного мнения».

Известный русский ученый А.Ф. Кони с учетом своего огромного опыта применения закона предупреждал: «Суду не следует служить органом общественного мнения, которое бывает изменчиво и слагается иногда случайно под слишком разнородным и неуловимым влиянием, при этом суд не может не отражать в своем приговоре голоса общественной совести, которая выражается в твердом слове закона…».

Следуя твердому слову закона, можно уверенно, обоснованно, справедливо расставить в нужном месте запятые во фразе «казнить нельзя помиловать».

Гораздо труднее отыскать справедливое решение в том случае, когда нормативные акты, регламентирующие принятие спортивных санкций, используют понятия, не имеющие под собой точных юридических признаков, не имеющих хотя бы научного или желательно юридического легального толкования.

***

Я имею в виду содержание п. 6 ст. 94 Дисциплинарного регламента, гласящего, что оскорбительное поведение игрока или официального лица клуба до, во время или после матча, т.е. использование ненормативной лексики, оскорбительных слов, выражений, а также оскорбительных жестов в отношении соперников и иных лиц, не являющихся официальными лицами матча – наказывается дисквалификацией от двух до четырех матчей и штрафом в соответствии с п. 11 Приложения № 1 к регламенту РФС.

В Правилах игры эта ситуация упоминается дважды. Первый раз – в правиле № 12, которое гласит, что игрок удаляется с поля, если он использует оскорбительные, обидные или нецензурные выражения и (или) жесты.

Второй раз – также в правиле № 12, но уже в связи с празднованием забитого гола. Эта часть правила гласит, что игрок должен быть предупрежден, если по мнению судьи он делает провоцирующие, издевательские и подстрекательские жесты.

***

Думается, что нарушение правил Эменике (если оно вообще имело место) может быть квалифицировано именно по факту недисциплинированного поведения в связи с празднованием забитого гола. Между тем, судья матча «Зенит» – «Спартак» сразу показал Эменике красную карточку, т.е. удалил его с поля (что противоречит правилу № 12 Правил игры).

***

Это важно, но не самое главное. Главное в том, что понятия «ненормативная лексика», «оскорбительные слова и выражения», «оскорбительные жесты», провоцирующие, издевательские и подстрекательские жесты нигде и никем легально не истолкованы.

Судебная практика по делам об оскорблении (как в тот период, когда оскорбление было уголовно наказуемым деянием, а с 2011 года стало считаться административным правонарушением) никогда не обходилось без соответствующей экспертизы, которая давала суду необходимую базу, позволяющую сделать вывод о неприличной форме унижения чести и достоинства другого лица.

***

Исходя из смысла Правила № 12 Правил игры, оценку жестам делает судья матча по своему усмотрению.

Однако, устанавливая сферу запретного, любое нормативное ограничение должно быть четко сформулировано в т.ч. для того, чтобы человек мог представлять границы дозволенного поведения, т.к. поведение человека за пределами дозволенного это и есть правонарушение и в том числе правил игры в футбол, дисциплинарное нарушение, за которое может последовать спортивная санкция.

***

Размытость и неопределенность границ запретного и дозволенного не позволяет судить, было ли правонарушение (дисциплинарное нарушение).

Не будет обоснованного вывода, что показанный Эменике палец в сторону трибун в матче с «Динамо» есть оскорбительный жест (видео эпизода - ЗДЕСЬ), похлопывание одной рукой по вытянутой другой руке им же – оскорбительный жест, а телодвижения Давыдова, праздновавшего гол в минувшем туре, но в другом матче (с «Анжи» – Прим. ред.), жест вовсе не оскорбительный (видео эпизода - ЗДЕСЬ).

***

Представляется, что мнение судьи это слишком слабая база для представления об этических нормах, которые должны быть восприняты неопределенным кругом лиц (зрителями на стадионе, телезрителями и т.д.) даже если бы этим судьей был родоначальник этики Аристотель или продолжатели этой науки Спиноза или Кант. Этика – это наука о нравственности и морали, как форма общественного сознания, а не одного человека (судьи матча).

Поэтому будет ли рассматриваться вопрос об обоснованности дисциплинарной санкции в отношении Эменике в матче «Зенит» – «Спартак» в КДК или комитете по этике (возможны варианты – см. ст. 32 регламента РФС по этике), решение согласно действующим регламентам РФС должно будет иметь правовое обоснование, что, по моему мнению, без экспертизы или заключения специалистов невозможно.

«В действиях Веллитона системы не было!». Экс-глава апелляционного комитета о нашумевших делах РФПЛ. Часть 1