Бонусы букмекеров
ЭКСКЛЮЗИВ
С небывалым размахом Осетия отпраздновала свадьбу игрока сборной России и кумира местной молодежи Алана Дзагоева. Празднества собрали почти две тысячи человек! Сам футболист не стал нарушать классический осетинский свадебный обряд, по сути, не появившись на торжествах.
НАЗВАНЫЕ БРАТЬЯ
Бракосочетание 22‑летнего Алана Дзагоева и 25‑летней артистки московского национального ансамбля «Алания» Заремы Абаевой было проведено в минувшую субботу в загсе Тверского района Москвы. Здесь собрался самый ближайший круг – родные и друзья футболиста. Когда же привезли невесту в осетинском свадебном платье (разгамта), стало ясно: свадьбу сыграют по всем национальным обычаям.
В зал бракосочетаний невесту завели шафер – къухылхацаг (подготовьтесь выговаривать по слогам, это не последнее сложное слово! – Прим. ред.) Владимир Габулов и канга мад (названая мать), которую, как правило, выбирают из числа замужних девушек (чаще соседок). Выбору шаферов осетины придают особое значение: къухылхацагом чаще всего назначается представитель фамилии или кто-то из других родственников, но в современном свадебном обряде нередки случаи, когда столь ответственную роль поручают и самым близким друзьям жениха. Младшим шафером (амдзуарджын) был назначен другой известный российский футболист – хавбек «Рубина» Алан Касаев. Похоже, им пришлось взять отгулы в своих клубах, чтобы повести под венец своего товарища и земляка.
Более того, опять же по осетинским обычаям, каждый из них теперь считается названым братом невесты.
После загса молодожены отправились на банкет, куда были приглашены многие знаменитости. Игроки ЦСКА прибыли практически в полном составе. Здесь же можно было встретить главу Северной Осетии Таймураза Мамсурова, который за неделю до свадьбы вручил Дзагоеву высшую награду республики медаль «Во славу Осетии», а также президента «Алании» Валерия Газзаева. Празднества закончились впечатляющим фейерверком, который осветил небо вечерней Москвы.
СВАДЕБНЫЙ АНШЛАГ
Но вторая серия, состоявшаяся в воскресенье, была ярче. Дзагоевы сняли один из самых больших банкетных залов Владикавказа – «Арва» тысячи на полторы мест. А чтобы накормить и обслужить гостей, была нанята команда лучшего ресторатора республики Валерия Абиева. К 16.00 к залу уже было не подъехать. Предвидя наплыв гостей, организаторы решили не впускать транспорт на территорию банкетного зала, так что людям пришлось парковаться за сотню метров до него.
Незадолго до этого во Владикавказе зарядил сильный ливень. Поэтому девушкам в красивых вечерних платьях то и дело приходилось обходить многочисленные лужи.
«Говорила тебе, надо одеваться по погоде. Нет, ты настояла на своем», – живо обсуждали погодные капризы две девушки. – «На свадьбе Аланчика мы должны быть самыми красивыми». – «Поздно уже, упустила ты свое счастье», – ерничала подруга.
В итоге на свадьбе собралось столько народу, что даже рассадить всех не получилось. Многие приехали из отдаленных сел и даже из Южной Осетии.
На торжествах были замечены совершенно посторонние люди. И у каждого железное объяснение: не просто посидеть пришли, а пожать руку Алану за то, что достойно представил на Евро весь осетинский народ.
ДЗАГОЕВЫМ ПОЖЕЛАЛИ МАЛЬЧИКА
Между тем гости томились в ожидании невесты. Кто-то в толпе предположил, что самолет мог задержаться из-за непогоды. Все это время гостей развлекали известные североосетинские артисты, а музыкально-танцевальные номера сменялись один за другим.
«Расступитесь немного, нам не видно танцующих», – призывала народная артистка Северной Осетии Жанна Габуева.
Во время национальных танцев музыканты непременно должны видеть танцпол, чтобы не нарушался ритм.
В перерывах между музыкальными номерами слово брали почетные гости. Делегация из Южной Осетии зачитала приветственный адрес от президента республики Леонида Тибилова, а затем вручила подарок – картину с изображением пантеона наиболее почитаемых осетинами святых. Вместе с собой они привезли три больших сырных пирога и жертвенного барашка.
Наконец ближе к шести вечера послышались сигналы свадебного кортежа, и многие гости, выскочив из-за столов, поспешили во двор. Впереди белого роскошного «Мерседеса» скакали три всадника в бурках и папахах.
Машину с невестой тут же обступили со всех сторон. Молодежь повытаскивала свои фотоаппараты и мобильники и начала жадно снимать происходящее.
«Габул, держись веселее!» – крикнул кто-то из толпы шаферу.
Вратарь «Анжи» продолжал играть ответственную роль. Прямо у машины невесту и шаферов встретили старики в национальных костюмах и тремя пирогами. Самый старший из них вознес молитву Богу и попросил у него счастья, благополучия и здоровья для молодой семьи. Затем невесту завели в зал торжеств, посреди которого был подвешен символический очаг, и трижды провели вокруг него. Очаг олицетворяет хребет, ось дома. Вновь прибывший член семьи (невеста, ребенок или даже кающийся кровник) должны были приобщиться к домашней святыне, символу преемственной связи поколений родственников этого дома. С цепью, подвешенной над очагом, осетины связывают ствол древа жизни, вокруг которого растет и поднимается защищенная им семья.
Зарему подвели к старейшинам, сидящим за главным столом. Они пожелали ей принести счастье в дом своего избранника, создать крепкую семью и подарить супругу семерых сыновей и дочку. А Владимира Габулова и Алана Касаева поблагодарили за ответственную миссию и пожелали им еще не раз становиться шаферами – в Осетии это очень почетная роль.
Затем невесту отвели в специально отведенный уголок, где первым делом дали ей на руки мальчика-младенца, чтобы сбылось поверье и первенец был сыном. После этого к невесте больше никого не подпускали до тех пор, пока опять же во время обряда не будет снята фата.
…А где же Алан? Почему о нем ни слова? – наверняка спросите вы. Все это время, как велит национальный обычай, жених где-то гулял вместе с друзьями. Впрочем, спустя некоторое время Алан появился на своей свадьбе и тут же оказался в плотном кольце многочисленных родственников и просто знакомых. Каждый норовил поздравить и обнять жениха, а молодые девушки и мальчики допекали просьбами сфотографироваться. Столь повышенное внимание к своей персоне, похоже, выдержал бы не каждый, а тем более всегда скромный Алан. Поэтому через несколько минут он уехал с собственной свадьбы. И это вовсе не звездность или прихоть. Так предписывают осетинские традиции.
