Автобус Курбана. Казань снарядила в Москву 10 автобусов, а за рулем главного в колонне традиционно расположился Бердыев

– Большие, каждый ворота перекроет, – сарказм болельщика казанцев не случаен. «Автобусы» «Рубина» – словосочетание характеризует игру казанцев от обороны, когда большая группа игроков располагается у своих ворот, – его обидели не меньше, чем испанцев.

– С детства за Казань болею, а меня на трибуну не пускают, – жалуется парень.

– Как не пускают? – удивляюсь. – Выпил, что ли?

– Да, выпил! Но с горя! – напирает Саша. – На рубиновский сектор только «автобусникам» можно. А меня, с московской пропиской, – разворачивают. Вы уж до руководства донесите: разве пешеход из Москвы не человек?

Доносим! Господа руководители «Рубина», пускайте на трибуны и московских любителей футбола, договоритесь об этом с полицией. Ведь смогли же организовать приезд почти пятисот болельщиков из Казани. Цена вопроса – всего 700 рублей, и это включая сам проезд, билет на матчи и фирменный, выпущенный к этой игре шарф.

Впрочем, можно было приехать и за меньшую цену.

– Я в Москве, на футболе, да еще и с фирменным матчевым шарфиком. И все это за 450 рублей. Выгода! – говорит мне один из болельщиков. За четыре с половиной сотни – это для тех, кто купил абонемент на «Рубин».

Рассказывают не только о выгоде, но и о трудностях в пути.

– У одного автобуса сгорел движок, – путевая история годичной давности. – Всем миром чинили – своих в беде не бросаем.

К автобусам в Казани и впрямь отношение особое. Впрочем, причина иная.

– Страшно за машину. Эти и разгромить могут, – представитель водителей Андрей смотрит в сторону фанатов. Не сказал бы, что по-доброму. – Задолбали! Шесть лет с ними езжу, все повидал.

Приглашает в салон. На полу пара бутылок да пакеты из-под соков – ничего страшного.

– Обожрутся и поют всю ночь, спят в проходах. Настоящее чистилище! – морщится водитель, бережно поглаживая кресло.

Сочувствую, иду разбираться.

– Вы что беспорядки устраиваете, – обращаюсь к молодежи.

– Да этот водитель… нехороший человек, – отвечают. – У нас вообще самая спокойная «движуха». Драк почти не бывает.

– Как не бывает?! – с обидой протягивает мужчина, кимаривший у окна. Он обернулся – я оцепенел. На шее шарф, в руках походная сумка, но…

– А вы не удивляйтесь, молодой человек, – опережает мой вопрос мужчина. – Я Ильгиз, мне 74 года.

За последние 8 лет он не пропустил ни одного автобусного выезда.

– Мне жена говорит: «Диабет, не выдержишь». А я думаю, раз езжу – значит живу.

– Видеть? – смеется.– Чуть ли не участвовать! Вот в Екатеринбурге на наш автобус динамовцы напали. Ужас! Стекла побили да деру дали. Так я за ними побежал. Парочку наши ребята поймали. Не били – в полицию сдали!

– Ну нет, я лучше у окошка посижу. А то еще морду набьют. Боюсь этих фанатов. Эти у нас еще мирные, а самарские приедут – и кресла жгут. При чем здесь футбол?

Вот так же недоброжелатели Курбана Бекиевича Бердыева говорят и об игре его «Рубина». Мол, поставят транспортное средство у своих ворот – и поди объедь!

– Вы знаете, это все шутки, – мудро объясняет Ильгиз. – Меня другое волнует. Даже пытался к Мутко прорваться, да охрана не пустила.

– Надоели легионеры. В моей молодости за «Рубин» татары играли. А сейчас?

В основном составе казанцев два россиянина – Рыжиков и Кузьмин. По-русски говорят еще белорус Кисляк и финн Еременко. Испаноговорящих – пятеро. Как же найти общий язык?

Беру манишку фотографа, отправляюсь на поле. Первым из тоннеля «Лужников» появляется Бердыев. 10 минут перебирает четки, не проронив ни слова.

Разговаривают другие.

– Эй, эй, – журналисты показывают игрокам «Рубина» на камеры.

– Фото! – кричит Иван Маркано. Откликаются испаноговорящие.

– Фото! – подхватывает Олег Кузьмин. Оборачиваются русские.

Вот такое вот лингвистическое чудо.

Матч начинается, иду за ворота Рыжикова.

– Ваня, Ваня, ближе! – окликает Рыжиков Маркано. Ваня что-то бормочет по-испански. Навас и Ансалди тоже поняли.

– Вынос! Вышли! – постоянно кричит Рыжиков. Казанцы, как и «Барса», играют в одно-два касания. Получил мяч – и ну его вперед!

Вся коммуникация – на Рыжикове.

– Начо, Нааааачо! Вправо!!! – кричит Сергей израильтянину Натхо. Полузащитник не реагирует.

– Да как же ты… – Натхо смещается вправо и говорит слово, которое я привести не рискну.

Тяжелее приходится Караденизу. У турка проблемы и с русским, и с испанским.

– Эээээ! Ээээээ! – беспомощно кричит турок, показывая два пальца. Хорошо, что Маркано понял, что с Караденизом играют два соперника.

Впрочем, подобные проблемы есть во всем мире. Не важно, на каком языке общаются игроки, главное, чтобы игровая машина не давала сбоев. Казанский не дал. Он едет дальше, а «Атлетико» со всем своим изяществом может концентрироваться на чемпионате Испании.

Курбан Бекиевич крепко держит руль. Он знает, куда править.