V4x3 l 1476132983834

ЗВЕЗДАН МИСИМОВИЧ.

Позируя для «ССФ», он рвал кругляш ржаного, силясь доказать, что недаром ест свой хлеб в России. Играя, лез из кожи вон, пытаясь разжалобить Дана Петреску. Но 30‑летнему боснийцу не было суждено стать лидером «Динамо». Первое интервью Мисимовича после перехода в китайский «Гуйчжоу» – на страницах «ССФ».

«ЖИВЕМ В ОТЕЛЕ. ЧТО ХОТИМ, ТО И ДЕЛАЕМ»

– Нихао, Звездан! Как настроение?

– Настроение боевое. 27 февраля стартуем в местной Лиге чемпионов. С «Динамо» не получилось пробиться, так хоть в Азии поиграю (смеется).

– Как тебе уровень партнеров?

– На тренировках все жмут на газ. Могу сказать, эти парни точно умеют бегать. В смысле тактики им, конечно, есть над чем работать. Но слепыми и косыми я бы их точно не назвал.

– В твоей команде много европейцев?

– Во-первых, у меня есть Муслимович, мы вместе за Боснию играли. Во-вторых, тренер вратарей – из Сербии. Еще двое испанцев из «Леванте» и бельгиец из «Мехелена».

– Говорят, Китай – другой мир.

– Китайцы невероятно гостеприимные – начиная с президента клуба и заканчивая водителем автобуса. Единственное, к чему приходится привыкать, – пища. Не сравнить с тем, что дают в китайских ресторанах в Германии. Тысяча соусов, один острее другого.

– Когда Сергей Кирьяков играл в Китае, его донимали местные жители: никакого света после 10 вечера. Даже в туалете.

– А мы почти всей командой живем в «Хайатте», что хотим, то и делаем. Насколько понял, так во всех командах. У большинства семьи живут в других городах.

– До конца контракта будешь в отеле жить?

– А что? Лучше не придумаешь.

– Ты ведь знаешь, во всем мире о китайской лиге говорят – чемпионат для сбитых летчиков и пенсионеров.

– У меня было несколько предложений из Германии, но с финансовой точки зрения они даже рядом не валялись с китайским. Поговорил с Муслимовичем, узнал, что команда играет в Лиге чемпионов. И решил попробовать что-то совсем для себя новое.

– Но главная мотивация – деньги?

– Я люблю футбол. Если любишь футбол, хочешь выигрывать в каждом матче. Вне зависимости от того, сколько зарабатываешь.

– И все же в «Гуй-чжоу» ты получаешь больше, чем в России?

– Да.

– Твоего друга Муслимовича китайцы прозвали Муси Ли. А тебя как – Миси Ми?

– Миске, как в Боснии. Видимо, это моя первая команда, где меня не будут называть Сливой (прозвище Zwetschge, с немецкого – слива, созвучно с именем Zvjezdan и закрепилось за Мисимовичем еще со времен выступлений за юношескую команду «Баварии». – Прим. ред.).

«Я ОБИДЕЛ ЛУЧШЕГО ДРУГА ПЕТРЕСКУ»

– Эмблема твоей новой команды – злобная бестия в языках пламени. Неплохая иллюстрация на тему «отношение Мисимовича к «Динамо».

– В первой половине 2012 года я показал, на что способен, стоило лишь постоянно выпускать меня в основе. Хотя изначально при Силкине  тоже все складывалось не в мою пользу. Коуч постоянно повторял: в любой другой ситуации ты был бы крепким игроком старта, но команда поймала кураж, глупо менять победный состав. Не поспоришь. Но я не сдавался и продолжал вкалывать на тренировках. А когда меня выпускали на замену, всегда жал на газ. В итоге получил шанс и воспользовался им. А при Петреску у меня не было ни единого шанса. В первой же игре против «Штутгарта» тренер убирает меня с поля. До перерыва.

– Он объяснил свой шаг?

– Нет. Но у меня есть версия, почему так произошло.

– Поделишься?

– Ни для кого не секрет, что в «Галатасарае» у меня были серьезные проблемы с Хаджи – он без причины сослал меня в дубль, сразу поставив крест на моей карьере в Турции. А Хаджи и Петреску – лучшие друзья. Мало того, Хаджи был свидетелем на свадьбе Петреску, обручальные кольца на церемонии подавал.

– Любопытно.

– На последней предматчевой тренировке перед игрой со «Штутгартом» Петреску вдруг вызвал меня на разговор. «Зачем ты говорил гадости в адрес Хаджи, когда покидал «Галатасарай»?».

– А ты?

– Я не говорил гадостей, отвечаю. Сослав меня в дубль без всякой на то причины, он объяснил свое решение тем, что я непрофессионально подхожу к выполнению обязанностей. Но ведь это неправда. Я и сказал Петреску, что считаю Хаджи лжецом. Петреску посмотрел на меня волком, а на следующий день отреагировал.

– Ты действительно считаешь, что Хаджи повлиял на ситуацию?

– А с какой стати Петреску спрашивать о подобных вещах перед игрой? Конечно, повлиял. Я не заслужил такого отношения со стороны Петреску. На тренировках всегда отдавался по полной. И не подводил, даже когда меня выпускали на замену на несколько минут.

«СЛАВА БОГУ, НА СВЕТЕ НЕ МНОГО РУМЫНСКИХ ТРЕНЕРОВ»

– Насколько унизительно игроку твоего уровня быть замененным до перерыва?

– Не поверишь, но тот матч стал первым в карьере, когда меня убрали в первом тайме. Увидев табличку со своим номером на 38‑й минуте матча, я понял, что разговор накануне был не просто так. И мозаика сразу сложилась. Какой смысл менять человека на 38‑й минуте при счете 0:0? Это же слабоумие. Я не так плохо играл.

– Устроил разборку в перерыве?

– Зачем? Со стороны Петреску я не увидел особого рвения объяснить мне тот поступок.

– В прессе Петреску объяснил замену тем, что ты не отдавался на 100 процентов.

– Я не знаю ни одного игрока, который, выходя на поле, не отдавался бы на 100 процентов. Бред.

– Когда ты окончательно понял: на тебя в «Динамо» не рассчитывают?

– Через несколько недель после игры в Штутгарте. Стало очевидно: как бы я ни вкалывал на тренировках, как бы ни бился, Петреску все равно будет игнорировать. С тех пор я ни разу не вышел в основе.

– Желтая пресса в то время писала: Петреску недоволен твоим лишним весом.

– При этом в четырех осенних отборочных играх за Боснию я забил четыре гола и сделал три голевые передачи. Видимо, на международном уровне можно забивать, даже если ты жирный? Или, быть может, за сборную можно выигрывать, не отдаваясь на все сто? В марте жду очередного вызова в команду...

– В раздевалке Петреску такой же нервный, как и во время игр?

– Крикливый тренер. Но мне больше запомнился не его крик, а слова, сказанные в раздевалке: «Я не могу работать с именитыми игроками». Ему нравится иметь дело с работягами, которые пашут на поле, выполняя его установку от и до, а потом тихонько переодеваются и разъезжаются по домам. Он много раз об этом говорил. Такая у него философия.

– Что будешь делать, если и в «Гуйчжоу» румына назначат?

– Слава богу, на свете не так много румынских тренеров (смеется) – Петреску, Луческу, Хаджи. Вот и все.

«ТАНКИ В НАЛЬЧИКЕ ЗАПОМНЮ НАВСЕГДА»

– Динамовские фанаты даже сейчас вспоминают твой безумный проход и удар пяткой в матче против «Терека». Весь стадион аплодировал стоя.

– Спонтанно получилось. Теперь думаю: уж лучше бы ударил попроще, но забил.

– В России тебя запомнили по удару пяткой. А что ты будешь вспоминать прежде всего, если лет через 20 тебя попросят рассказать о карьере в России?

– Два припаркованных у стадиона в Нальчике танка (смеется). Кажется, это был мой первый выезд с командой. Я был в шоке. Даже Грозный не произвел столь сильного впечатления, чувствовалось, там все под контролем.

Вспомню пейнтбольную атаку. Хорошо, мне не досталось – я тогда лечил травму и не был на базе. Помню, звонок испуганного Джуджака, как с дрожью в голосе он говорил, что легионерам угрожают расправой (смеется). Про удар Лазовича электрошокером тоже не забуду. Теперь, кажется, все эти истории воспринимаются как дурацкая, но при этом забавная шутка.

– Угрозы собственных фанатов на базе – тоже смешно?

– Они платят за билеты и хотят видеть, как команда побеждает. Это объяснимо. Но ведь игроки не умышленно проигрывают. Да и одно дело – выражать недовольство, а другое – угрожать Нобоа побоями. Здесь они переступили черту.

– Почему никто из игроков не ответил?

– Идти на конфликт с фанатами – последнее дело. Таким только игрой на поле можно закрыть рот.

Подводя черту, Мисимович неожиданно становится серьезным.

– На самом деле я хочу подчеркнуть: нам с семьей в России было очень комфортно. В 2012‑м «Динамо» заняло 4‑е место, хотя, безусловно, мы могли рассчитывать на большее, играли в финале Кубка. Хорошее было время. При любой возможности буду возвращаться в Россию. В качестве туриста...

Связанные материалы: